Александр Террек – Реггилиум. Книга 1. Том 2 (страница 5)

– Что же ты замолчал, Шерман? – ухмыльнулся Макхаббит, поравнявшись с алхимиком.

– Доброго утра, Макхаббит, – кротко ответил Шит, позабыв о провинившихся студентах.

Приветствие алхимика Макхаббит проигнорировал. Он посмотрел на студентов суровым взглядом. На гладковыбритом лице мага проступила улыбка – ситуация, в которой Шерман Шит кого-то отчитывает, показалась ему очень забавной.

– Так что там с Айноу? У меня сейчас как раз лекция у этой группы, но я почему-то не вижу их старосту, – произнёс Макхаббит.

– Айноу не будет сегодня на лекции, – сдавленно ответил Шит.

– Почему же? Я жду твоей пламенной речи, которую ты так рьяно собирался произнести, пока я не появился.

Кто-то из студентов тихонько прыснул, чем вогнал Шита в краску. Не такого исхода алхимик ожидал, пытаясь защитить честь Айноу.

– Тихо там, – грозно рявкнул Макхаббит.

– Боюсь, что мне больше нечего добавить, – произнёс Шит. – Его Всесилие сам всё объявит, когда наступит время.

– Интересно. А давно ли ты на короткой ноге с Его Всесилием? И откуда ты взял мантию верховного? Разве в Храме намечается маскарад?

– Эту мантию я заслужил по праву, так что изволь обращаться ко мне как к равному, – неожиданно вспылил алхимик.

– Зайдите в аудиторию. Лекция начнётся через пять минут, – бросил Макхаббит через плечо, не спуская с Шита глаз.

Студенты, перешёптываясь, поспешили прочь.

– А вы там что пялитесь? Дел своих нет, что ли? – прикрикнул Макхаббит на другую группу, внимательно наблюдавшую за магами всего лишь в нескольких метрах от них.

Испуганные ученики, опасаясь гнева верховного мага, засеменили по своим делам. Шит и Макхаббит остались один на один.

– Кем бы ты там себя не возомнил, не смей повышать на меня голос, книжный червь, – прошипел Макхаббит. – Ты никогда не будешь равным мне, потому что твой удел варить зелья, а мой – решать серьёзные вопросы. Я уже слышал, что Его Всесилие сделал тебе снисхождение и включил в Совет, но запомни, Шерман: знай своё место и не пытайся запугивать моих учеников. Это могу делать только я.

– Они не твои ученики! – возразил Шит. – Камаранелли возглавляет кафедру боевых магов, а ты всего лишь его заместитель!

– Камаранелли возглавляет все кафедры, пытаясь усидеть на всех стульях сразу, – оскалился Макхаббит, – но, по сути, он ничего не контролирует. Я не в восторге от того, что Совет пополняется такими мягкотелыми слюнтяями, как ты. Имей в виду, я буду ходатайствовать Его Всесилию о том, чтобы тебя сняли при малейшей твоей оплошности.

– Твой голос ничего не решает!

– Напрасно ты так думаешь. Я тебя предупредил, прихвостень Йоргена.

С такими словами Макхаббит направился размеренной походкой в аудиторию вслед за своими студентами. Шерман Шит ощущал себя полностью подавленным. Никогда ещё никто из магов не смел его так унижать, но противопоставить что-либо тому, кто никого не уважал, в том числе и самого Камаранелли, алхимик попросту не мог.

Расстроенный, он двинулся дальше и буквально на следующем повороте услышал очередной пересуд Айноу. Трое молодых магов оживлённо спорили, оперируя всё теми же небылицами и слухами. Заметив Шита, они тут же притихли и поспешили в другую сторону. Маг не стал делать им замечаний. Потерпев фиаско, он решил поскорее вернуться в свою лабораторию и более не вступать ни с кем ни в какие споры.

Но покуда он шёл, на пути своём он снова и снова слышал одно и то же: все разговоры в Храме были посвящены Айноу. Кто-то, как молодые маги, при виде алхимика, замолкал и расходился, кто-то – из более опытных – не обращал на него никакого внимания.

– Так не должно больше продолжаться! Они не имеют права на подобные сплетни, – пробубнил он себе под нос, резко остановившись посреди одного из коридоров. – Его Всесилие должен знать обо всём этом. Ужасные сплетники и клеветники. Это нужно исправить. Я должен пойти к Всесильному Викенту… но, но…

Шит замешкался. Перспектива идти к Его Всесилию в одиночку напугала нерешительного алхимика сильнее, чем слова Макхаббита.

– Ещё и этот проклятый Макхаббит, – обречённо вздохнул Шит. – Йорген! Мне нужно найти Йоргена и обо всём ему рассказать.

Алхимику нужен был Камаранелли, и, кажется, Шерман знал, где его искать.

***

Как и обещал, Камаранелли вернулся к Айноу спустя три часа. Заснуть он так и не смог. То, что изначально было лишь домыслами, теперь казалось Архимагу очевидной истиной. Проведя первые утренние часы в размышлениях, Камаранелли принял несколько решений относительно своего общения с Айноу и теперь намеревался чётко следовать выбранному вектору, дабы хитрый избранник не заподозрил в нём своего врага. Если Йорген хочет выяснить, что за силы стоят за Айноу, действовать ему следовало очень аккуратно: никаких мыслей в присутствии избранного, никаких неосторожных фраз и никаких бесед на эту тему с кем бы то ни было, даже с Его Всесилием.

Разговоры их в то утро шли на нейтральные темы. Айноу, подобно своему Учителю, старался избегать вопросов о событиях прошлой ночи и сосредоточился на изучении своего нового распорядка дня. Камаранелли давал ему некоторые разъяснения. Правда, продолжалось это недолго – вскоре в дверь постучали.

– Кто это? – спросил Айноу, посмотрев на Архимага.

– Не знаю, – пожал плечами тот. – Кого попало с сегодняшнего дня в это крыло не пускают. Значит, это кто-то важный.

– Его Всесилие? – встрепенулся Айноу.

– Очень в этом сомневаюсь, – Камаранелли подошёл к двери и осторожно отворил её.

Айноу в ожидании чего-то интересного выглянул из-за спины учителя, и тут же его восторженное выражение лица сменилось полным разочарованием. Вместо Его Всесилия на пороге стоял Шерман Шит.

– Шерман? – удивился Камаранелли.

– Да, это я, – Шит нервно переминаясь с ноги на ногу, поглядывал вглубь комнаты, где, уставившись на него, стоял Айноу.

– Доброе утро, сударь! Как ваше самочувствие? – залившись краской, обратился Шит к избранному.

– Благодарю вас, хорошо, – равнодушным тоном ответил Айноу. Если прошлой ночью нерешительный алхимик казался ему забавным, то теперь Айноу явно потерял к нему всяческий интерес.

– У тебя какое-то дело? – видя, как Шит в очередной раз раскис в присутствии Айноу, спросил Камаранелли.

– Да-да, – заикаясь, ответил алхимик.

– Я слушаю тебя.

Шит молчал, всем своим видом показывая, что предпочёл бы поговорить наедине.

– Может быть, прогуляемся, чтобы не мешать Айноу? – любезным тоном предложил Камаранелли, поняв, что молчание алхимика слишком затянулось.

– Да вы мне и не мешаете, – ехидно улыбнулся избранный.

– И всё же тебе не стоит забивать свою голову чужими проблемами. Тем более, я уверен, что они сугубо личного характера, верно, Шерман? – всё также любезно произнёс Архимаг в ответ.

– Верно. Всё именно так. Сугубо личные. Прошу вашего прощения, сударь, – затараторил алхимик невпопад.

– Как вам будет угодно, – кивнул Айноу.

– Пойдём уже, – недовольно прохрипел Камаранелли, буквально вытолкнув Шита за порог и захлопнув за собой дверь.

Миновав двух стражей, приставленных охранять покои избранного, маги спустились на несколько этажей вниз по винтовой лестнице и остановились у укромной ниши в стене. Здесь было тихо и безлюдно.

– В чём дело, Шерман?

– Фух, – выдохнул Шит, вытерев рукавом новой мантии пот со лба, – не могу держать себя в руках в его присутствии.

– Это я уже понял. Ближе к делу.

Суровый взгляд Камаранелли не совсем понравился алхимику.

– У тебя всё в порядке, Йорген? – спросил он.

– Шерман, не выводи меня из себя, пожалуйста. Зачем ты явился?

– Ты знаешь, что сейчас творится в Храме? Все, кому не лень, обсуждают Айноу! При этом версии, которые они выдвигают, настолько же невероятны, насколько и нелицеприятны. То, что я сегодня имел честь слышать, просто возмутительно! Авторитет избранного ни во что не ставится!

– Это нормально, – неожиданно сухо ответил Камаранелли.

– Нормально? – едва не поперхнулся Шит.

– На данный момент никто, кроме нас с тобой да Его Всесилия не знает о том, кто такой Айноу. Естественно, его таинственный перевод в личные покои, вызвал ажиотаж среди студентов. Тем более, некоторые из них своими глазами видели, как он собирал вещи с присущей ему самодовольной ухмылкой. Как только Его Всесилие выступит с речью, всё встанет на свои места.

– Нет! – возмущённо воскликнул Шит. – Это не нормально! Я бы мог понять, если бы это был единичный случай. Но ведь подобная болтовня практически на каждом углу. И не только из уст студентов можно услышать небылицы, но и из уст опытных магов.

– Ха-ха-ха, – рассмеялся Камаранелли. – Ты что это, Шерман, в первый день после своего назначения, решил затеять революцию?

– Не понимаю, что тебя так развеселило, – обиженно ответил алхимик.

– Послушай, так было и так будет всегда. Сплетни в Храме – дело обыденное. Если за них карать каждого, то вскоре здесь не останется ни единой души. По глазам твоим вижу, что ты кого-то успел отчитать. Скажи мне, это так?

Шит смутился и ответил куда-то в сторону: