Александр Тепиш – Не быть жертвой (СИ) (страница 13)

По началу дела шли не очень хорошо. Местные купцы шарахались от чудовищ, а голосок Ирды забивал галдёж лужённых глоток опытных торговцев. Пока вдруг вождь бамбаков, не насмотревшись на потуги караванщици, не заорал во всю глотку так, что его было слышно с другой стороны площади, и сбежалась стража посчитавшая, что начались погромы. Тут дела пошли чуть лучше. Но, солнце близилось к закату, и приходило время сворачивать лавочку. Оставив двух великанов сторожить, повозку и трёх оставшихся лошадей, Ирда повела эту огромную не по количеству, но по размерам толпу вглубь города.

Не только прохожие, но и городская стража с опаской обходили эту процессию. «Вот как себя примерно чувствуют правители и тираны… наверное» — размышляла Ирда. Первым делом, девушка повела своих мужчин в уже было, желающие закрываться лавки портных. Великанам пришлось ждать на улице, когда охающие швеи выходили наружу узнать с кого это тут надо снять мерки. Приходилось доплачивать, не только за материал, но и за… нервы. И за то, чтобы рубахи были готовы к утру.

После чего остаток вырученных денег пришлось потратить на простой. Для этого пришлось скупить все комнаты в постоялом дворе, ведь чтобы уложить одного скрюченного под крышей великана приходилось сдвигать вместе три кровати. Хоть бамбаки и пытались отказаться от кровати, но Ирда настояла. В конце концов, она обещала новую жизнь и новые ощущения для этого племени.

А вот, чему члены племени истинно обрадовались, так это еде. Ирде, было тяжело представить, как могут воспринять вкус зажаренного поросёнка со специями и овощами существа, не имеющие культуры готовить. Так вот — это было словно амброзия. Они не ощущали таких вкусов ни разу за своё существование, и на тот момент не могли представить чтобы, что-то их могло обрадовать больше. Но, алкоголь, который в этом городе исправно производился Ирда, не решилась им пока давать. Ведь пьяные великаны могли стать суровым стихийным бедствием, и путешествие могло закончиться прямо здесь же.

И вот наевшись от пуза, бамбаки под поражённые взгляды и перешептывания работников трактира стали буквально расползаться из-за низких по их меркам потолков в свои комнаты, чтобы попробовать прелести сна в мягкой кровати. А Ирда захватив с собой бутылку хмельного мёда, погрузилась в тяжкие раздумья. Почти всё, что они сегодня выручили с продаж, осталось в карманах портных и постоялого двора. Конечно, они продали лишь малую часть, но так долго их маленькая компания немаленьких не протянет.

И тут Ирда, себя одёрнула. С каких пор она стала караванщицей? Нет. Даже не караванщицей, а мелочной торговкой? И тут же сама дала ответ: как ни странно, несмотря на то, что около неё всегда ходили деньги, лично сама она никогда не была вольна их тратить. Ей не нравился новый ход мыслей столь приземливший её. И глотнув медовухи, она погрузилась в воспоминания.

А ведь с этими местами девушку многое связывало. Не с этим городом именно. Это произошло северней. Её первый. Первый во многих смыслах. Он пришел с запада, где множество диких варварских племён вели бесконечные войны друг с другом гонимые религиозным ужасом пред своими древними покровителями. Войны шли, не за земли или наживу, а за удовлетворение своих владык. На алтаре должен был оказаться кто-то из чужого племени, иначе, шаман требовал, чтобы была пролита кровь соплеменника.

Взращённый, в бесчисленных сражениях не имеющих, ни смысла, ни цели. Вскормленный, средь страха и ненависти. Он первый поднял свой топор против порядков, пришедших из тьмы веков и покоривших его земли, и объявил войну древним богам, поклявшись навсегда избавить свой народ от рабских оков. Имя ему было Корд.

Повинуясь видениям он, отправился на восток в поисках силы, пред которой содрогнулись бы небеса. И в дроге ему встретилось множество тварей и чернокнижников. Но, на какую бы землю он не встал, везде на пути встречал культы, которым не было конца. Корд упорно шел, прорубаясь к цели через подлость и заговоры, через трудности и лишения, но ни разу не дрогнул и не усомнился.

Свою цель он нашел в долине курганов, где ветхий чародей окружённый войском фанатиков готовил мерзкий ритуал. Этот культ не имел ни, своего бога, чью бы силу они питали, ни чудища которое бы пытались умилостивить. Они готовились к рождению нового бога. Особая жертва — прекрасная девственница с чистейшей родословной, уже была прикована к камню, что эоны лет назад упал на землю из черноты небес. И культ был готов к созданию нового божества, что вознёс бы своих родителей над всеми земными властями.

Мерзкие слова уже сплетались в заклинание, которое не должна была слышать земля. Но варвар успел, и не осталось в живых ни одного из тех, кто знал эту чёрную тайну. Хоть нож уже и был готов вонзиться в чистое сердце «первой жертвы», но он не успел коснуться нежной кожи.

Отдышавшись после тяжелой битвы Корд, как зачарованный побрёл к алтарю, на котором лежала Ирда, смотрящая на своего спасителя сияющими от счастья глазами. Её душа пела и ликовала. Она была жива и желала жить дальше. Она хотела чувствовать себя живой. Перерубив цепи, варвар безвольно разжал ладонь, и могучий топор рухнул на каменный пол.

Мужчина, не отдавая себе отчёта, бросился на девушку, срывая с неё ритуальный саван, а она покрывала его поцелуями. Когда они оба оказались наги, девушка, словно в трансе произнесла:

— Возьми свою награду.

И Корд вошёл в неё. Он не сдерживался, и был жесток, ибо не знал ни любви, ни нежности в своей жизни. Ей было больно. Она кричала. Но крик это был и криком наслаждения. В этот момент её сознание вернулось вспять по времени, открыв перед ней все радости естества. Она уже не ощущала себя в теле, все мысли были выбиты из головы под натиском мужских движений, животная страсть лишала рассудка, заставляя двигать бёдрами в такт ударов по её нутру.

Когда они разнялись, она откинулась на спину, стараясь не забыть, как дышать. Тепло растекалось по её телу, заставляя забыть о холоде от камня и наготы. И тут выдохнув, она простонала слова из своей далёкой прошлой жизни. Последние слова, что она услышала в той жизни множество веков назад, и не предназначающиеся для её ушей. Их прошептал кинжал, и Ссэттех их услышал.

Это была награда для Корда. Способ убить тиранов, назвавшихся божествами и превративших жизненный цикл его народа в смертельную игру. Это было знание, которым он подомнёт под себя историю. Но будущий император не бросил девушку на алтаре. Он взял её с собой. Они странствовали вместе, и он берёг её от бед.

Он показал ей мир, а она ему нежность. Она любила его. Но, настал тот день, когда они прибыли в последний полис страны городов, где Корд оставил её:

— В моём сердце нет, ни милосердия, ни любви. И путь мой дальше будет кровав. На нём не будет ни друзей, ни союзников, и я на нём буду один. Если ты последуешь за мной то, погибнешь от рук моих врагов. Я не желаю тебя хоронить. Найди в этом городе дом и семью. Воспитай детей и проживи спокойную жизнь.

Он был жесток и честен. Она поняла. Она простила.

Она очнулась, поняв, что вся взмокла от воспоминаний. Сейчас ей было жаль, что Корд был её первым. Жаль от того, что он был первым перед чередой предательств и безразличия. Жаль, от того, что тогда, она не умела обращаться с мужским телом, и сейчас она могла бы подарить ему гораздо большее. Жаль, что тогда она не знала, того, что знает сейчас, и если бы знала, то проследовала за ним, зная, что герой всегда спасёт её.

А ещё Ирде, просто хотелось мужчину. Последнее у неё было то недоразумение с Бором, и с тех пор её только и терзают воспоминания о прошлом. Девушка левой рукой отодвинула полог своей накидки, а правую положила на живот и стала осторожно двигать её ниже. Пальцы немного кололись о короткий ершик отрастающих волос на лобке, что недавно сбривали культисты морского бога перед ритуалом. И опустив пальцы ещё ниже, она поняла, что совершенно намокла и там. «Ну, почему, чтобы просто заняться сексом, нужно попасть в беду и быть спасённой?!» — немым воплем пронеслось у неё в голове.

И тут ей вспомнилось, что в соседней комнате лежит великан уже дважды её спасший. Девушку как холодной водой окатило! «Но, он же монстр!» — «У тебя ещё никогда не было с монстром» — «Но, у него член ужасного размера» — и покраснела, вспомнив первую встречу — «с твоё запястье?». Ирда непроизвольно опустила взгляд, оценивая размер своей руки.

Мгновения она колебалась, но постыдный интерес взял вверх. И устроившись поудобней, упираясь лопатками в спинку кровати, она сложила пальцы вместе и попробовала ввести в себя ладошку. От возбуждения, она слышала только шум в ушах. Её соски затвердели и немного ныли от напряжения. Это были странные и непривычные ощущения.

Первые фаланги вошли легко и она продолжила. Медленно и очень аккуратно. То приостанавливалась, и немного выводя, то снова продолжая движение. И вот уже вторые фаланги скрылись в ней. Заметив собственные постанывания, она крепко зажала рот левой ладошкой, вцепившись ногтями в щёку. Пальчиками она ощущала собственную мягкость и жар. Чтобы продвинуться дальше, ей пришлось немного поводить бёдрами, и вот уже подходили костяшки. Девушка немного поддалась вперёд. Это всё было странно. Слишком странно, но всю её жизнь нельзя было назвать обычной. От сжатого дыхания кружилась голова, и немели зубы. Ей стыдно было признаться, но она испытывала удовольствие. Странное новое удовольствие. И вот, сложенная ладошка полностью проскользнула в неё, и лоно плотно обхватило запястье.