Александр Тапилин – Атака на земную цивилизацию (страница 13)

Здесь Аграфена подошла к остро отточенной косе, которая висела в углу. Старший её сын Егор, тоже, как бы невзначай приблизился к острому топору, который мирно лежал около чулана. Этим самым хозяева намекали непрошеным гостям, что готовы постоять за себя, и так просто сдаваться не собираются. Между тем, Аграфена всё увереннее и увереннее продолжала говорить, и голос её постепенно приобретал немного зловещий оттенок:

«Что надумал? Бестолочь ты этакая. Да разве ж можно так? Он ведь кровь на настоящей войне проливал, за Отчизну жизню свою положил, а ты вон как его. Решил, значит казака коренного, смелого казака задушить и утопить. Да, конечно, для энтого самого лихоимства большого умишки и не надо».

В этот момент женщина снова прекратила говорить и молча сняла косу со стены и чуть помахала ей в разные стороны. Егор, поняв намёк матери, тоже быстро схватил в руки остро отточенный топор. Маруся стояла посреди избы, совершенно растерянная, потому что не знала, что именно она должна взять в руки, чтобы «гости» побыстрее убрались из их гостеприимного дома. Аграфена неожиданно продолжила, да так громко, что некоторые из присутствующих в избе вздрогнули:

«Отстань ты от него ради Бога, он итак уже не жилец, так пошто ты к ему пристал, зараза ты этакая. Пошёл вон из моего дома, иди занимайся своей эксплатацией, у тебя же батраки вкалывают, ты ж у нас теперича барин. Пошёл, говорю, отсель. Ну, а если не терпится тебе, то давай, души лучше меня и в колодезь с ледяной водой сбрасывай, да не медли, а то вот, как сейчас тебя энтой самой косой да по шее, вот кровищи-то будет, долгохонько придётся пол оттирать. Да ешо советую тебе, хоть через подземелье, хоть по воздуху побыстрее ноги из нашенских мест убирать, а не то кто увидит, кому ты когда-то насолил, будучи бандитом, и советскую власть энти люди сюды живо приведут, и поздно тогда улепётывать будет. Последний раз говорю: кыш из моего дома, супостат!»

В то время когда Аграфена произносила последние слова, она замахнулась косой на бывшего атамана, а Егор приподнял топор как мог и тоже попытался замахнуться на непрошеных гостей. В это время заревел в своей колыбельке трёхмесячный Костик. Дикой, злобно взглянув на хозяйку, быстро дал знак своему человеку, пришедшему с ним, и они вдвоём моментально покинули избу. Все молча и в каком-то диком оцепенении, стояли в горнице и смотрели немигающими глазами друг на друга. Казалось, видимо, всем, кроме ещё ничего непонимающего Костика, что сама смерть с косой заглядывала к ним в избу, хотела уничтожить хозяина дома, да раздумала.

«Мама, – спросил Аграфену Егор, – а почему он папу нашего не стал убивать, чтобы отомстить за погибшего друга? Тем более, он ведь не один к нам заявился, а, скорее всего, с бывшим бандитом». На вопрос сына Аграфена ответила по- бабьи просто. Ответила так, как глубоко верующая женщина понимала этот вопрос. «Это не он нашего батьку не убил, это – господь Бог защитил его».

Как это ни странно, но Ерофей благодаря, видимо, травам и настоям, а также всеобщей любви к нему всей семьи, протянул ещё целых полгода и был похоронен на сельском кладбище рядом с могилами своих предков.

Старшему Егору запомнились слова Дикого о каких-то подземных ходах, которые якобы в стародавние времена соорудили не люди даже, а какие-то странные существа из потустороннего мира. Он, однажды, спросил об этих древних проходах и об этих странных подземных существах свою матушку, но она в ответ только лишь усмехнулась и шёпотом проговорила: «Враки всё это. Каки таки подземелья? Сколь живу, не слышала я о них. Наврал Дикой, просто сболтнул глупость, которая в голову ему в тот момент втемяшилась, а ты, глупенький, и поверил».

Но Егор решил во всём этом полностью разобраться и обязательно отыскать эти таинственные проходы под землёй, потому что не мог он поверить, что бывший атаман так оригинально придумал своё таинственное спасение от красных отрядов, которые разгромили его банду два года тому назад.

Тимошка, брательник его, был с детских лет любопытным и любознательным. Через год после того, как к ним в дом заявился Дикой собственной персоной, Тимошка, семилетний мальчуган, предложил Егору любыми возможными способами попытаться отыскать эти таинственные проходы. Маруся совершенно случайно, услышала это предложение своего младшего брата, пришла в ужас, но понимая, что братья всё равно осуществят задуманное, начала умолять Егора, что если они с Тимошкой, действительно, отправятся разыскивать эти подземные туннели, взять её с собой. Но Егор понимал, что мать их, естественно, не отпустит. Необходимо было придумать какой-нибудь веский аргумент, чтобы обмануть матушку, хотя обманывать её Егору было неловко и немного стыдно. Но неожиданно подвернулся подходящий случай.

Аграфене понадобились очень важные предметы, необходимые в хозяйстве, которые можно было приобрести только в ближайшем маленьком городке. Этот городок находился примерно в тридцати километрах от хутора. Аграфена всё-таки решилась послать за необходимыми ей покупками свою шестнадцатилетнюю сестру Марусю, которая к тому времени уже превратилась в красивую, статную девушку. У неё уже появился жених, высокий русоволосый парень с соседнего хутора. Егору в то время было четырнадцать, но, благодаря своему вдумчивому взгляду и довольно высокому росту, он выглядел старше своих лет. Тимошка в то время ещё был слишком маловат, ему тогда исполнилось всего семь. Но ему очень хотелось пойти в город, в котором он до этого, если честно сказать, ни разу не был.

Тимошка долго упрашивал матушку разрешить ему отправиться в город вместе со своими старшими братом и сестрой, но матушка никак не соглашалась, считая его ещё слишком маленьким. Тогда Егор с Марусей поклялись матушке, что будут следить за младшим братиком «пуще глаза своего». Матушка поломалась ещё немного, но затем дала своё согласие, составив целый список необходимых в хозяйстве товаров, которые её дети должны были приобрести в городе.

«Держитесь друг дружку, – говорила она, – ни при каких обстоятельствах не теряйте друг друга из виду, не ходите с незнакомыми людьми, и деньги, которых, вы понимаете, у нас немного, расходуйте с умом». Все трое поклялись матери, что всё будут соблюдать и через три дня обязательно вернутся.

До города можно было идти разными путями, в том числе по проезжей дороге (телеги у них не было). Но Маруся с Егором решили идти более дальним путём. Этот путь проходил мимо холмов. Егор не сомневался, что интересующие их подземелья находятся именно в этом районе.

Примерно через полчаса тройка очень близких родственников добралась до холмов. Егор сразу же предупредил всех: «Будьте предельно осторожны. Тимофей, ты как самый младший иди вслед за Марусей и ни в коем случае не теряй её из виду. Смотри внимательно вниз и по сторонам. Если кто из вас заметит хотя бы малюсенькую дырочку либо в самом холме, либо на земле около холма, сразу сообщайте мне. Идём осмотрительно и не торопясь, изредка подаём голос. Маруся, у тебя есть скверная привычка убегать куда подальше. Но это ты с подругами или с женихом можешь так подшучивать. Здесь я думаю, дело гораздо серьёзнее. Дикой так просто говорить не будет».

Егор задумался, явно пытаясь что-то вспомнить, но быстро продолжил свои пояснения: «Тот бой, когда была полностью разбита его банда, был слишком горячим. Тем более, красные ставили себе чёткую задачу: взять в плен как самого атамана, так и весь его штаб. Так вот как раз атаман и его штаб странным образом улизнули от них, хотя красные, я сам это наблюдал из кустов, оцепили всю округу, но тем не менее, самых главных бандитов умудрились упустить. Ясно, что здесь дело нечисто, что кто-то невидимый и не слышимый помог им незаметно и моментально скрыться. А это могли проделать так умело только гости из параллельного или потустороннего мира».

«Так ты наблюдал за тем боем? – Удивлённо проговорила и одновременно спросила Маруся, – значит, по-твоему выходит, что бой проходил именно здесь, так близко от нашего хутора. Я, например, в этом не уверена, потому что, если бы сражение проходило так близко, наш бы весь маленький хутор вздрагивал от сильного шума тех взрывов, которые раздавались повсюду. Ведь, говорят, красные даже авиацию в том бою использовали, так им не терпелось поскорее расколошматить проклятую банду. Я, вообще, была уверена, что сражение проходило довольно далеко от наших мест, километрах в ста отсюда не меньше. И ты, я уверена, Егор, обманываешь, что из каких-то там кустов мог спокойно наблюдать за сражением. Да тебя сразу бы убило. Обманываешь ты нас с Тимошкой».

Услышав, как уверенно говорит Маруся, Егор остановился, очень внимательно гляделся по сторонам, а затем, как бы сам с собой, начал не торопясь рассуждать: «Но ведь холмы точно такие были, как эти, и пригорки такие же точно, и местность сама – не отличишь от этой. Там рос густой кустарник именно на том же самом месте, где он и здесь растёт (Егор указал в сторону растущего неподалёку кустарника). Полная копия того самого места, где проходил бой. Я ещё спрятался в этом самом кустарнике, и как мог наблюдал за боем. Конечно, я понимал, что здорово рискую, но бой всё-таки проходил метрах в пятистах левее кустарника. К тому же я буквально зарылся в землю, вжался в неё как мог, и видел то я лишь небольшую часть кровопролитного боя. Пули свистели над моей головой, и это были самые настоящие пули».