Александр Тамоников – Заморский тайник (страница 15)

Вскоре наступила ночь. Тихо было на староверческой заимке – так тихо, что и не верилось, будто здесь живут люди. И, наверно, здесь жило немало людей… Но все равно – ни звука, ни огонька. А вот окрестная тайга жила своей – ночной – жизнью. По листьям и стволам равномерно шлепал дождь, порывами налетал ветер, откуда-то издалека доносились непонятные, таинственные звуки, им вторили другие звуки, которые раздавались совсем рядом с заимкой.

– Кажется, пора, – сказал первый парень.

– А если они только того и ждут, когда мы выберемся из этого сарая? – усомнился второй парень. – Сидят сейчас в темноте и нас караулят… Прирежут или застрелят! Ну а что? От них можно ожидать чего угодно! Не доверяю я им…

– А если то, а если это! – рассердился первый парень. – Ты вообще зачем забрался в эту глушь?

– Ну так понятно зачем… За тем же, за чем и ты. За иконой…

– Вот и пошли за иконой! А то разнылся и разохался! Прирежут, застрелят… Тебя все равно когда-нибудь или прирежут, или застрелят – за такие-то дела. И меня с тобой заодно.

– Типун тебе на язык!

– Ты еще перекрестись, – насмешливо посоветовал первый парень. – Благо место – самое подходящее.

Говорили они шепотом, то и дело озираясь и прислушиваясь. Ведь, если рассуждать теоретически, и в самом деле их могли подслушивать.

– Ладно, пойдем, – сказал первый парень. – Вроде все тихо… Ты хорошо запомнил, как называется та икона?

– Кажется, «Печальный ангел»…

– «Плачущий ангел», а не печальный! Плачущий!

– А какая разница?

– Может, и никакой. А может, и есть разница. Не такие уж мы с тобой знатоки в этом деле, чтобы различать все тонкости. Наше дело – телячье, и наш номер – шестнадцатый. Добыли икону, передали ее в нужные руки, получили денежки, и гуляй себе до следующего раза!

– Так-то оно так, но его, этого ангела, еще нужно отличить от прочих херувимов и серафимов… А вдруг их там – по десятку на каждой стене!

– Ну, тебе же в подробностях описывали, как он выглядит, тот ангел. Даже заставили тебя трижды это повторить. Неужто забыл?

– Не забыл, но… А вдруг иконы с этим ангелом там и вовсе нет – в храме?

– А где же ей еще быть? Иконе полагается быть в храме. На то она и икона. К тому же древняя, говорят, даже чудодейственная. Что у нее ни попросишь, то она и исполняет. Ты не хочешь что-нибудь у нее попросить? Вот украдем – и попроси… А вдруг исполнит?

– Как же, исполнит… Суеверия все это.

– А может, и не суеверия – откуда нам знать? Ладно, пошли…

На территории скита было темно – ни огонька, ни проблеска. Не было слышно и никаких звуков – кроме тех, которые доносились из тайги. Храм смутным силуэтом виднелся невдалеке. Ни в нем самом, ни вблизи также не виделось никаких проблесков и не слышалось никаких звуков. Двери храма были не заперты – староверы не запирают своих храмов. От кого их запирать – кругом все свои. Об этом парней уведомили заранее – те, кто послал их украсть икону.

Точно – храм оказался не заперт. Первый парень нащупал на двери ручку, потянул ее, и дверь бесшумно отворилась. Оба вора, неслышно ступая, вошли внутрь и замерли. Им нужно было время, чтобы глаза привыкли к темноте. У парней были с собой фонарики, но включать их по понятным причинам можно было лишь изредка и на самое короткое время – чтобы разглядеть на стене ту самую икону, за которой они пришли.

Постепенно их глаза привыкли к темноте. Вдоль стен в храме смутно чернели какие-то предметы – кажется, это была мебель или, может, какие-то ритуальные предметы. Но они воров нисколько не интересовали – их интересовали иконы. Верней сказать, одна-единственная икона, которая называлась «Плачущий ангел». Старая это была икона, редкая, и по этой причине стоившая немалых денег. Все так же беззвучно ступая, воры подошли к стенам храма, надеясь разглядеть на них иконы и среди них – нужный им образ. Но оказалось, что все стены были пусты – на них не нащупывалось ничего похожего на икону. Иконы обнаружились лишь на одной стене – той, что была напротив входа. И их там было совсем немного – пять или шесть.

Первый парень включил фонарь. Луч света пробежал по стене. Точно – икон было всего шесть, и разглядеть среди них «Плачущего ангела» было совсем не трудно.

– Вот она! – прошептал первый парень. – Снимай ее, да побыстрее! И аккуратнее. А я подсвечу.

Икону удалось снять на удивление быстро – она висела лишь на одном небольшом крюке.

– Готово! – шепотом произнес второй парень. – Вот она, золотая рыбка!..

– Пакуй ее, и мигом отсюда! – скомандовал первый парень. – А то как бы ненароком кто-нибудь не заглянул на шум…

– Кто здесь? – раздался вдруг голос от дверей.

Оба вора от неожиданности вздрогнули, да и было отчего. Их, можно сказать, застали в самый неподходящий момент – в момент совершения ими кражи. Вот и икона с Плачущим ангелом у них на руках… И при этом непонятно, кто именно застал их за таким скверным делом и много ли их таилось там, в темноте, за дверью храма…

– Кто здесь? – повторно спросил голос. – Зачем вы здесь?

Вслед за голосом вспыхнул свет – тот, кто спрашивал, зажег свечу, которая была у него в руках. Пламя свечи неярко озарило человеческий силуэт и бородатое лицо. Без сомнения, это был кто-то из староверов, обитавших на заимке, причем старик. Непонятно было, откуда он взялся, да и зачем он пришел в ночной храм, тоже было непонятно. Да и какая разница? Дело было не в этом, а в том, что этот неожиданно появившийся старик застал воров на месте их злодейства. Причем с доказательствами злодейства, то есть с иконой в руках. Оба вора застыли посреди храма, они не знали, что им делать…

Старик тем временем подошел к ворам и поднес к их лицам зажженную свечку.

– Я вас не знаю, – сказал он. – Вы не наши. Как вы здесь оказались? Что вам здесь нужно?

И в это время старик заметил у одного из воров в руках икону.

– А это что? – спросил он. – Зачем?

И неожиданно сильным движением он вырвал из рук остолбеневшего вора икону, поднес к ней свечу и ахнул:

– Да это же… Это же наш Ангел! Плачущий ангел! Царица всемилостивая, да что же это такое творится! Да это как же? Вы что же, хотели украсть у нас нашего Ангела?

– Вот что, отец! – сказал первый парень – он первым пришел в себя. – Тут такое дело… Мы не хотим тебе никакого зла. Ни тебе, ни всем, кто живет в скиту. А потому отдай нам икону, и мы уйдем. Тихо и мирно, будто бы нас здесь и не было…

– Бесы явились в нашем скиту! – ответил на это старик. – Истинные бесы… За иконой они пришли, за нашим благодетелем Ангелом! Не зря он плачет – на иконе! Не зря! Он ведал, что за ним придут бесы, он предчувствовал такую беду! Не отдам я вам икону! Прочь отсюда, лукавые бесы! Именем спасителя нашего Иисуса Христа, именем Плачущего ангела – прочь! Не отдам я вам икону!

И старик прижал икону к груди. И, не выпуская из руки зажженную свечу, попятился к двери – то ли чтобы убежать от двух бесов, то ли чтобы громко позвать на помощь. В следующий момент второй вор подскочил к старику, в неярком свете свечи в его руке сверкнул нож, вор коротко замахнулся, и старик медленно осел на пол, уронив свечу, но с иконой, прижатой одной рукой к груди. Вор мигом наклонился над неподвижным стариком и буквально вырвал из его руки икону.

– А теперь – бежим! – звенящим шепотом сказал он. – Как можно быстрее и как можно дальше! Ну, что ты застыл? Или ты хочешь, чтобы нас здесь положили рядышком с этим дедом?

– Что ты наделал? – Первый вор встряхнул головой и провел ладонью по лицу. – Зачем?

– А что мне еще оставалось? Ты бы хотел, чтобы он позвал на помощь? Ты этого хотел, что ли? Я сказал – бежим! Или я побегу один. А ты как хочешь. Оставайся, искупай грех. Благо место самое подходящее. Здесь согрешил, здесь и получишь прощение…

Первый вор, конечно, не остался. Еще раз встряхнув головой, он, стараясь не смотреть на мертвого старика, вышел из храма вслед за вторым вором.

Заимку они покинули, никого не встретив и никого не потревожив. Люди, должно быть, спали, а собак, похоже, на заимке не водилось вовсе. В ночной тайге все так же шел дождь, и все так же из чащи раздавались непонятные ночные звуки. Не оглядываясь, оба вора шагнули в заросли, ничуть не обращая внимания на то, что на их головы сразу же обрушился целый водопад. Не до этого им сейчас было. Сейчас им надо было как можно дальше уйти от скита. Нет, они не опасались, что за ними устремится погоня. Погоня в ночной дождливой тайге – дело маловероятное. Просто двум ворам нужно было уйти как можно дальше – что называется, от греха. И с украденной иконой.

Они знали, куда идут. К северу от скита в трех километрах была река, и там у них была припрятана моторная лодка. На этой лодке они намеревались плыть и плыть, пока не достигнут ближайшего города. А в городе они будут в полной безопасности. Город – это была их стихия.

До лодки они добрались благополучно. К тому же и надоедливый дождь к тому моменту прекратился. Уселись, второй вор завел мотор, и они поплыли вниз по течению.

Какое-то время они плыли молча, а затем первый вор что-то сказал.

– Что? – не понял второй вор. – Говори громче, а то мотор трещит на всю тайгу!

– Я говорю, откуда он взялся, тот старик? Зачем он пришел ночью в храм?

– А, ты вот о чем… – равнодушно проговорил второй вор. – Ну, может, он хотел помолиться этому Ангелу, который плачет… А в общем, какая разница? Главное, что все закончилось благополучно. Если эти бородачи нас и хватились, то мы уже далеко. И притом непонятно, в какую сторону мы подались. Может даже, провалились сквозь землю – если уж этот старик обозвал нас чертями! Хе-хе-хе…