Александр Тамоников – Безмолвный перевал (страница 3)

На том задумали поставить в досье жирную точку, затем разведка усомнилась в правильности выводов радиотехников. Призрак вел себя слишком разумно, если не сказать, хитромудро. Он регулярно патрулировал трассу между Кандагаром и Гиришком, появляясь из ниоткуда и исчезая в никуда, но при этом успевая собрать разведданные. Именно так. Разведку вашей физикой не проведешь. Подполковник ГРУ Еремин лично в течение ряда дней наблюдал за повадками миража и пришел к убеждению, что призрак шпионит за позициями советских войск. Объект действовал целенаправленно, то есть являлся управляемым аппаратом.

В реальность и материальность «Летучего голландца» поверили после того, как пару раз бойцы слышали над головой его низкое гудение, когда он пролетал на бреющем полете, а после, набирая высоту, кратковременно показывался на радарах. Впрочем, и в этот раз увидеть призрака не получилось, только услышать.

Но тогда выходит ерунда какая-то. Что может летать в небе настолько маленькое, отличное от самолетов и вертолетов и вместе с тем – пилотируемое? Планер? Какой, к чертовой матери, планер! Он никогда не разовьет столь большой скорости и не осилит высоту, которую шутя брал неопознанный ЛА. Несколько раз наши пилоты отправлялись на перехват таинственного объекта, но тщетно, визуального контакта с призраком не состоялось.

Богданов и сам был заинтригован. Его сюда направили с другой миссией, но в глубине души ему хотелось бросить задание и присоединиться к ГРУ, помочь Еремину в разгадке секретов фантастического аппарата. Лично Вячеслав Антонович выдвинул предположение, что устройством является беспилотник. Установлено, что менее трех лет назад в ливийском конфликте широко применялись израильские разведывательные БПЛА «Мастиф–3», оснащенные телекамерами. Но полковник вынужден был сам же раскритиковать свою красивую гипотезу. «Мастифы» не подходили по многим параметрам. Практический потолок полета беспилотника не превышает 3600 метров, максимальная дальность – 200 километров. Да и приличной скорости двухцилиндровый двухтактный двигатель «Мастифа» выжать не смог бы. Короче говоря, над южным Афганистаном летает непонятно что.

Не только Богданов терялся в догадках. Никто в гарнизонах Кандагара, Гиришка и Лашкаргаха не знал, что и думать по поводу таинственного лазутчика. Некоторые упорно продолжали считать, что имеют дело с радиолокационным миражом. Другие же скорее склонялись к тому, что непонятная фиговина может быть устройством, возможно, экспериментальным самолетом-невидимкой, который тестирует свое защитное покрытие, скрывающее его от радаров, – то включает, то выключает его. Самолет заочно окрестили «Невидимка–1».

Впрочем, Богданов теперь мог с полной уверенностью сказать, что наблюдал отнюдь не самолет и не вертолет. И даже не беспилотник, поскольку через руки полковника прошли снимки «Мастифа». Увиденная сегодня летящая черная труба ничего общего не имела с израильскими БПЛА – компактными, около трех метров в длину белыми «самолетиками» с разнесенным хвостовым оперением, иначе называемым Н-образной конфигурацией.

Проходящий службу в составе ПВО на базе под Гиришком сержант Качурин однажды, где-то полмесяца назад, выдвинул предположение не менее смелое, но, так сказать, на любителя. По мнению сержанта, неуловимый призрак представляет собой космический корабль инопланетян. То бишь НЛО, о которых несносные газетчики уже все уши прожужжали. Качурин приводил многочисленные аргументы, начиная от свидетельств в трудах Плутарха и заканчивая современной дискуссией среди популяризаторов астрономии о том, что вместо Тунгусского метеорита в Сибири по факту упал в результате технических неисправностей корабль марсианской цивилизации.

Над парнишей сослуживцы подтрунивали, разумеется. Что немного обидно, поскольку поначалу Качурин пользовался большим уважением. Он родился и вырос в Казахстане, отец с матерью будущего сержанта трудились в колхозе села Гавриловка, сын их выучился в ПТУ на сварщика и затем работал на разных объектах в Бейнеу, Опорном и других казахских поселках, где прокладывали газо– и нефтепроводы. Природу пустыни, таким образом, Качурин изучил хорошо, это помогало ему в Афганистане не делать глупостей самому и уберегать от глупостей товарищей. Друзья по-доброму завидовали навыкам выживания Качурина на жаре, среди скорпионов и каракуртов.

Болезнь космосом все испортила. Богданов даже заподозрил, что мальчонкой Качурин побывал на Байконуре, но нет. Просто библиотечка ПТУ оказалась по какой-то причине богата книгами об астрономии, космосе и поисках внеземной жизни. Так-то.

Стоило Качурину заикнуться о пришельцах, как он стал предметом насмешек. По правде сказать, его уже порядком достали весельчаки, без устали зубоскалившие: «Ну, как там твои “марсианы” поживают?» Богданов по этому поводу не шутил, но втихомолку тоже посмеивался, впрочем, недолго. Внутри ощущалось некое беспокойство. Хотелось верить в чудо, которое, к слову, и чудом не выглядело. Почему бы и впрямь не допустить визитов на нашу планету внеземной цивилизации?

Да и сержантик не так уж прост, его аргументы заставляют задуматься. Подкованный в вопросе внеземных цивилизаций пацан, с историей и астрономией дружит, ничего не скажешь. Откуда-то Качурин откопал имя Плутарха – античного историка, труды которого не проходят в школе. Такое от балды не придумаешь. Дело в том, что Вячеслав Антонович одно время заинтересовался популярной темой, впоследствии остыв к ней. Вокруг внеземных пришельцев нагорожено столько сказок и выдумок, что ему довольно быстро захотелось бросить к чертям собачьим знакомство с уфологией.

Коллеги также внесли свою лепту, остудив пыл полковника. Когда Богданов рискнул сунуться в высокие кабинеты с расспросами, не ведется ли в КГБ исследований по контактам с пришельцами, то начальство без церемоний послало Вячеслава Антоновича по общеизвестному адресу. И понимай как хочешь: то ли изысканий не ведется, то ли Богданову знать о них не положено.

Однако старина Плутарх не давал покоя. Качурин-то не солгал, Богданов этот текст тоже некогда читал. Поспрашивав ученых, полковник еще пару лет назад выяснил, что в жизнеописании римского полководца Лукулла, составленном Плутархом, описывается удивительное небесное явление, свидетелями которого были воины Лукулла в I веке до нашей эры. Богданов тщательно выписал пассаж в тетрадочку, специально для таких целей заведенную:

«…Совершенно внезапно небо разверзлось, и показалось большое огненное тело, которое неслось вниз, в промежуток между обеими ратями; по виду своему оно более всего походило на бочку, а по цвету – на расплавленное серебро. Противники, устрашенные знамением, разошлись без боя. Это случилось, как рассказывают, во Фригии, около места, которое называют Офрия».

Солдаты Лукулла, похоже, не были склонны к сочинительству, иначе не про бочку бы рассказали, а придумали, будто видели гарпий, грифонов или иных мифических чудовищ. Следовательно, доблестные легионеры разглядели НЛО хорошо, и отсутствие воображения не позволило им переврать увиденное. Конечно, сегодня любой физик скажет, что загадочное огненное тело являло собой шаровую молнию или же болид. Но что, если?.. Бочка в небе… Летящий объект цилиндрической формы, совсем как тот, что видели полковник с лейтенантом…

О древней Фригии полковник помнил две легенды, обе – о царях этой канувшей в Лету страны. Первого царя звали Гордий, именно он затянул Гордиев узел, развязав который можно обрести власть над миром. Нетерпеливый Александр Македонский предпочел с тем узлом не колупаться, а разрубить его мечом. Второй царь, известный как Мидас, обладал способностью превращать в золото любой предмет, к которому прикасался, но сей дар погубил владыку, поскольку еда и питье в его руках тоже становились золотом, отчего Мидас умер, томимый голодом и жаждой.

Таковы предания. Данные истории же говорят о том, что Фригия занимала сравнительно небольшую площадь на Анатолийском плоскогорье – в сердце Малой Азии, между Понтийскими и Таврскими горами. Сегодня здесь находится небольшой турецкий город Сивас, в античную эпоху именовавшийся Себастия. Помимо Себастии, в древности на плато размещались десятка два городов, включая упомянутую в тексте Офрию.

Сощурившись, полковник напряженно всматривался в слепящую небесную высь в надежде повторно увидеть «Летучего голландца», хотя умом прекрасно понимал, что аппарат вернется, вероятно, на следующие сутки.

Какая-то часть мозга – извилина, ответственная за бегство от реальности, – настойчиво увещевала, что увиденное является звездолетом инопланетной расы. «Нетушки! Я знаю, что я видел! – ответил сам себе Богданов. – Эту штукенцию сварганили на земном заводе». И он пообещал себе зарисовать «Голландца» после возвращения в лагерь, чтобы затем передать набросок Еремину.

Выполнить обещание не получилось, отвлекли текущие дела.

На базе полковника ждал сеанс связи с Кабулом, откуда оповестили, что в течение суток Богданову предстоит тряхнуть стариной и возглавить очередную операцию спецгруппы «Дон». Ребята, оказывается, уже в пути, да не просто в пути – позавчера они выехали из учебно-тренировочного лагеря в туркменском Тахта-Базаре и взяли курс на пограничную Кушку, что на советско-афганской границе. Прежде чем добраться до Гиришка, им предстояло сделать две остановки – первая в Герате, вторая в Шинданде, откуда их вертолетом перебрасывают в гарнизон Богданова.