Александр Табаков – Человеческая натура (страница 7)
Командовал частью полковник. Жирный такой с сальными усами дядька – ну чистый хохол! Встретил он меня радушно, чуть ли не с рапростёртыми объятиями. Внимательно выслушал, поводил по территории, показал объём тоннажа, а потом вдруг заявляет:
– Отлично! Нам твоё предложение подходит! Давай, приезжай завтра с утра, часикам к десяти и приступай к работе.
– Ну, думаю: вот это мне фартануло! «Ахча» сама в руки прёт.
На следующий день пригоняю арендованный длинномер к воротам воинской части и тихо охреневаю. Потому что вижу там ещё троих таких же, как и я искателей счастья. То есть, натурально три «Камаза» урчат дизелями, а мой четвёртый грузовик подтянулся к ним в очередь.
– Что за дичь происходит? – интересуюсь я у мужиков, которые сидят в кабинах машин.
– Салам, Энвер! Тоже резать «чёрный» приехал? – смеются в ответ они. Смотрю: опа-на – да здесь собрались почти все мои знакомые. Такие же ухари, которые занимаются скупкой металлолома.
Оказалось, что про это сладкое место прознал не только я один. Хитрый «полкан» просто не стал торопиться и сбывать товар по дешёвке, а созвал на сегодня всех, кто делал ему коммерческое предложение по покупке металла.
Короче, собрались мы металлисты-конкуренты в круг и стоим-чешем репу. Понятное дело, что кто-то из нас явно будет сегодня лишним. Наконец, за ворота части выходит полковник и на чистом глазу заявляет: «Кто из вас коммерсантов лучшую цену мне назовет – с тем мы и будем сотрудничать!» Устроил, паршивец, между нами тендер, короче. У нас таких называют «ачкозъ». Ненасытный, значит.
Думаю, что делать? Не хочется возвращаться домой порожняком. Зря, что ли машину в такую даль гонял? Звоню на приёмку завода, объясняю возникшую ситуацию. Дескать, есть большой тоннаж различного металла (и чёрного и цветного), но командир части, который им заведует – жадный до невозможности мудак. Упускать такой шанс не хочется, но нужно ведь хоть что-то ещё с этой сделки и заработать. На заводе входят в моё положение: дают максимальную закупочную цену, пообещав не придираться сильно к засору.
Пока я созванивался, вояка, не дожидаясь меня, начал аукцион. Смотрю: металлисты, в желании урвать большой куш, потихоньку повышают ставки. Я же встал молча в сторонке и в торгах типа не участвую. Между тем страсти поднакалились, а командир части только этому способствует.
– Ну, господа коммерсанты, кто удивит меня сегодня? – посмеивается себе в усы.
В общем, подождал я пока все остальные мужики озвучат свои окончательные цены и заломил самую высокую. Оставил себе самый мизер на разнице. Уж больно много металла в этой воинской части было. Решил, что в любом случае на таком объёме что-то к рукам да прилипнет. Полковник, как услышал мою цену, даже хрюкнул от радости.
– Так, ребята! Победитель определился. Я буду работать с Энвером. Остальные – кругом марш и могут быть свободны!
Участники торгов смотрят на меня волками, но ничего поделать не могут. В минус работать – дураков нет. В общем, уехали мои конкуренты не солоно хлебавши. А я приступил к порезке, сортировке и погрузке.
Загружаем первый длинномер. Прилично так, под завязку. На глаз где-то тонн двадцать семь-тридцать точно будет. Я уже начинаю продумывать различные варианты как бы моего бравого полковника удержать подальше от весовой. И тут происходит чудесная ситуация.
– Прапорщик Фоменко! Ко мне! – подзывает командир части проходящего мимо по плацу своего подчинённого.
– Прапорщик Фоменко по вашему приказанию прибыл! – громко рапортует подбежавший по зову начальства служивый.
– В общем, так: садишься сейчас с этим деятелем в кабину «Камаза» и сопровождаешь металл на завод. Там контролируешь завес, потом возвращаешься с ним обратно сюда и сообщаешь мне получившийся тоннаж. Задание ясно?
– Так точно, товарищ полковник! – отдаёт под козырёк Фоменко. И прыгает ко мне в машину.
В общем, выехали мы за ворота воинской части и летим гружённые по трассе с этим навязанным мне прапором в кабине. Смотрю я на него и размышляю: с какой бы стороны к этому дубовому вояке грамотно подкатить? Наконец, решился.
– Слушай! – говорю, – Если не секрет: а сколько тебе полковник за всю эту поездку пообещал заплатить?
Он на меня, как на идиота, глаза таращит.
– Ты о чём?? Нисколько. Это же армия! Начальство приказало – мы выполняем.
– Понятно, – говорю. А сам, между делом смекаю: вот он мой шанс! И опять к прапору на гнилой кобыле подъезжаю: – Ну а если я тебе, скажем, за этот рейс заплачу пятьдесят гривень? Как ты на это смотришь?
– Что от меня потребуется сделать? – тотчас вытягивается в струну прапорщик.
– Да, вообще, ничего. Просто постоишь в сторонке, пока я завешиваться на заводе буду. А потом подтвердишь своему полкану тот вес, что я озвучу.
– Вообще – не вопрос! За пятьдесят гривень я тебе всё что хочешь подтвержу!
Дальнейшее, как ты уже понял, было делом техники. Чистые весовки у меня имелись. Первый длинномер, пригнанный на завод, затянул на двадцать восемь тонн. Я оформил его, как двадцать одну. Возвращаюсь обратно в часть. На вопрос полковника: – Ты завес проконтролировал? Всё точно? – подкупленный мною прапор безукоризненно кивает головой.
– Хорошо. Давай тогда рассчитаемся, – зовёт меня полковник к себе в кабинет.
Я демонстрирую заполненную мной весовку, отстёгиваю полковнику бабла чётко по ней, а прибыль с семи тонн чистого веса за вычетом полтинника гривень прапорщику, кладу себе на карман.
– Отлично! С тобой приятно иметь дело. Иди, грузи вторую машину! – благославляет меня довольный командир части.
И тут у меня начинается не работа, а – праздники. Режу, вывожу, гребу навар лопатой.
Прапорщик Фоменко встречает каждый день с утра, прямо возле проходной.
– Ну что, Энвер, сегодня ко скольки примерно загрузишься? – спрашивает, обнимая меня, словно родного.
Ему, этому прапору, так понравилось ездить со мной на завод, что он даже пару раз подменялся в смену с другими сослуживцами, только, чтобы попасть на сдачу металла. С другой стороны, кто бы отказался получать каждый день на халяву пятьдесят гривень?
Вывез я оттуда тонн под сто пятьдесят. Специально не перегружал машину, чтоб на каждой ходке больше тоннажа отмутить. Заработал прилично, слава Аллаху! Вот тебе и смекалка! Всего-то надо было сыграть на жадности полковника и не побояться озвучить во время торгов максимальную цену.
– Да это тебе просто повезло, что командир части оказался самовлюблённым павлином, который не стал вникать в процесс, доверевшись своим подчинённым, – рассмеялся я, выслушав татарскую байку до конца.
– А это уже – чистый фарт, братуха, – подняв вверх указательный палец, глубокомысленно изрёк Энвер.
«Интеллектуалка»
В один из весенних дней мы с женой выпивали на даче в компании киевлянки – молодой девахи двадцати шести лет от роду. Жительница столицы вела себя поначалу снисходительно по отношению к нам – «дремучим», по её мнению, провинциалам. От вина она сразу отказалась, а купленное специально для неё шампанское цедила нехотя, словно, делая большое одолжение. В конце концов, проведя ликбез по ценам на недвижимость Крещатика, Подола и Оболони, киевлянка, позиционирующая себя, как интеллектуалка с двумя высшими образованиями, перешла с нашей подачи к разговорам на духовную тему.
И тут, в ненавязчивом процессе общения выяснилось: девица, работающая, между прочим, ведущей на радиостанции, оказалась сама на удивление дремуча. Причём настолько, что наше с женой ироническое подшучивание над ней, перешло постепенно в некую жалость. Та детская наивность, местами переходящая в откровенную глупость, с которой она излагала свои бестолковые соображения по поводу мироустройства, честно говоря, меня поначалу даже несколько озадачила. Казалось бы, девушка уже достигла вполне зрелого возраста, несколько лет назад стала матерью, успела сходить замуж, сменить место жительства – короче, какой-никакой, а жизненный опыт у неё имелся. Однако умозаключения киевлянки вызывали порою глубокие сомнения в интеллектуальном развитии нашей собутыльницы.
Диалог наш достиг апогея, когда на вопрос, какая книга оставила в её душе самое неизгладимое впечатление, она выдала убийственный по своему невежеству ответ: – Конечно, Достоевский. Его «Мастер и Маргарита» – моё самое любимое произведение!
– Ну, понятно. У Достоевского это, вообще, на наш взгляд, одна из лучших книг, – начали тут же стебаться над ней мы. – А опиши, пожалуйста, поподробней, что тебе в ней конкретно понравилось?
– Ну, в общем, там автор всё построил на таком тонком плане, она целиком пронизана скрытым эзотерическим смыслом, – заученными где-то штампами начала излагать девушка «собственную точку зрения».
– Да нет! Ты своими словами скажи! Что тебя у Достоевского в «Мастере и Маргарите» зацепило? Какой эпизод больше всего понравился? Какой литературный герой?
– Ну, я же и говорю: там всё произведение на таком тонком плане построено, там всё, буквально, пронизано эзотерикой, – заведено повторила бедняжка, после чего диоды в её голове от сильного перенапряжения начали замыкать, и она была вынуждена признаться, что не понимает смысла вопроса.
– Господи, разве сложно описать в двух словах общее впечатление от прочитанного? – завелась моя жена.