Александр Святецкий – Генеральская дочка (страница 17)
В аудитории стояла гробовая тишина. После увиденного курсанты сидели смирно, не задавая лишних вопросов. От грубого, строгого голоса волосы становились дыбом, не хотелось даже шевелиться.
Константин сразу вспомнил слова Лизы. Она говорила, что он узнает в свое время, кто ее отец. Теперь все становилось яснее некуда.
– Если нет вопросов, начальники курсов, личный состав в вашем распоряжении! – сказал генерал-майор Емельянов, выйдя из-за трибуны. Он вышел из аудитории. Тарасов стоял, не шевелясь, опустив голову вниз. Были видны его слезы, но он не хотел их показывать, хотя выходило у него это из рук вон плохо.
Начальник курса Макаров подошел к нему, взяв за плечо, спросил:
– Ты как, Тарасов? Как самочувствие?
Тарасов поднял голову, его глаза были залиты слезами.
– Товарищ майор! Я не хочу уходить! Пожалуйста, дайте доучиться! Пожалуйста, я прошу! Не выгоняйте меня! – умолял Тарасов.
– В казарме поговорим! А теперь бегом в строй, – сказал Макаров спокойным голосом.
Все вышли из аудитории. Теперь все в училище знали: Елизавета Емельянова является генеральской дочкой…
***
Прошла неделя с того случая, как с курсанта Тарасова сорвали погоны у всех на глазах. Начальник колледжа отсутствовал в этот момент в городе, но об этом инциденте доложили сразу по его прибытии в училище.
Его распоряжение было таково:
– Курсанта Тарасова не отчислять без моего согласия, пока я сам не разберусь…
Начальник колледжа полковник Задорнов Владимир Сергеевич был уважаемым человеком среди курсантов Пермского колледжа. Он всегда давал второй шанс любому оступившемуся. Неважно, кто он: курсант или офицер, второй шанс должен быть у каждого.
Начальник колледжа по приезду, разобравшись во всем, дал шанс Тарасову и отчислять за данный проступок не стал, ослушавшись приказа самого генерала-майора Емельянова. Задорнов понимал: скоро наступят большие перемены. Приезд нового начальника Управления, переименование училища в высшее учебное заведение.
Новогодние праздники прошли очень быстро, и курсанты возвращались со своего краткосрочного отпуска. Начался учебный процесс заново, хотя оставался до окончания первой сессии всего месяц, курсантам не терпелось вернуться обратно домой.
Елизавета Емельянова, решив свои дела, прибыла обратно в училище. Ее начали обсуждать за спиной. Генеральская дочка, как говорили некоторые курсанты, поступила и учится «по блату» благодаря своему отцу и нужным людям. Но для нее эти разговоры были безразличны. Она считала себя простым курсантом и не хотела решать вопросы от лица своей фамилии. Лиза по характеру была прямолинейной, энергичной, жизнерадостной, иногда вспыльчивой, старалась быть самой собой, и неважно, что могло за это ее ожидать. Костю эти качества лишь притягивали к девушке. В ней было и нечто особенное, Ткачев видел в ней нежность, красоту и изящество. Они понимали друг друга с полуслова, с полувзгляда, как будто они знали друг друга давно, и это было видно каждому курсанту в группе. Постепенно об их отношениях узнавало все больше и больше людей.
Зависть захлестывала некоторых девчонок. Они видели, как он к ней относится и как она к нему. Дворцов не оставлял попыток подшутить над ними, но никого это не волновало.
Генерал Емельянов успел разузнать все о личной жизни своей дочери.
– Курсант Емельянова встречается с одним парнем по фамилии Ткачев! – проговорил начальник курса Абрамов, когда генерал спросил об этом.
Любому руководителю несложно взять личное дело курсанта и узнать его поближе. Не надо даже приглашать домой на чашку чая для разговора. Но для отца Лизы в личном деле было маловато информации.
Это Александра Васильевича настораживало. Отец для своей дочери хотел найти достойную кандидатуру. Отдать в хорошие руки и познакомить с молодым человеком – одна из задач Емельянова. И Ткачев был не тем человеком, по его мнению.
После учебных занятий группы курсантов стояли в строю у административного корпуса. Лиза в этот раз находилась в наряде.
– Курсант Ткачев! – крикнул дежурный по колледжу с дежурной части.
– Я! – крикнул Константин.
– Бегом, зайди в учебный кабинет 322. Там тебя ждут!
Выслушав приказ, Константин выбежал из строя и подбежал к дежурному.
– А кто ждет? Случилось что-то?
– Без лишних вопросов, курсант, давай бегом туда.
Костя со всех ног побежал в указанную аудиторию.
Парень даже не мог представить, что или кто может его там ждать. Когда Ткачев взлетел по ступенькам колледжа, он увидел, что кабинет гостеприимно открыт. Горел свет. Зайдя в аудиторию, он увидел отца Лизы, генерала Емельянова. Он сидел за преподавательским столом в верхней форменной одежде, расстегнутой до кителя. Его взгляд был, как всегда, груб и строг.
Но вдруг он изменился в лице, улыбнулся и начал разговор:
– Привет, Константин! – голос казался довольно приветливым.
– Здравия желаю, товарищ генерал-майор! – заикаясь, поприветствовал его Константин.
– Да ладно, можно просто Александр Васильевич! Так, ты иди сюда, присаживайся! – показал на стул, который стоял рядом. Константин недолго думал, учел доброжелательность собеседника и приземлился на стул.
– Ну, как у тебя дела? – начал расспрашивать он Константина. – Как с учебой? Может, есть проблемы, я могу быстро их уладить.
– Да нет, Александр Васильевич, все хорошо, с учебой справляюсь! – отвечал спокойно, без заиканий Константин.
– Ну, может, в увольнение не отпускает начальник курса?
– Да нет, отпускает!
Секундное молчание. Емельянов встал со стула. Убрав руки назад в замок, начал ходить по аудитории.
– Константин, я тебя вызвал на разговор! Ты парень грамотный, с головой дружишь! В учебе все хорошо! Да и на службе, я так думаю, тоже…
– Так, наверное, вы забыли случай на КПП? – перебил Константин. По лицу Емельянова было видно, что перебивание его речи ему не понравилось. Но он промолчал и продолжал говорить:
– Да ничего! Ты ведь сделал все правильно! Я бы так же поступил. Наоборот, я хотел похвалить тебя. Ты ведь не знал, кто я, – ответил Емельянов. – И я подумал! Ты достоин большего! У меня есть для тебя хорошее предложение! Не хочешь пройти практику в Москве в Управлении ФСИН? Ну, конечно, с перспективой остаться там? Я все организую, даю слово! – сказал Емельянов.
Глаза Кости округлились.
– Александр Васильевич! Спасибо большое. Для меня это большая честь…
– Но есть одно «но», – генерал перебил Костю. – Ты должен порвать отношения с моей дочерью.
Константин замер. Сердце начало биться сильнее. Он не знал, что сказать. В горле образовался сухой ком, который он не мог проглотить. Тело бросило в пот. А Емельянов говорил без остановки, сразу закрывая все возражения.
– Костя! Ты пойми, вы не подходите друг другу. Ей нужен другой. Ты парень добрый! Ее ты не осилишь финансово. Она, как кукла: надо то платье, то телефоны. Тебе нужна девушка попроще! Ты меня понимаешь?
А он говорил все больше, искал причины, чтобы Константин согласился. Но лицо Константина поменялось. Брови свелись к переносице, от ушей до кончиков пальцев он начал краснеть от праведного гнева. Он не мог поверить своим ушам. Константин резко встал со стула, перебив чудный рассказ:
– Александр Васильевич, пусть ваша дочь выбирает, что для нее будет лучше, сама! Если она скажет мне уйти, я уйду, а за ваше предложение спасибо, но нет. Не таким способом…
Секундное молчание.
– Ну, хорошо. Идите, курсант Ткачев! Больше я вас не задерживаю! – Тон генерала стал серьезным, и приказные нотки вновь появились в его речи. Константин развернулся, но, не дойдя до двери, услышал, как Емельянов добавил: – Ткачев! Об этом нашем разговоре знать она не должна. Ты все понял? А по поводу практики ты зря мне отказал. Во ФСИН не принято отказывать руководству. Если ты не знал об этом.
– Я люблю вашу дочь, Александр Васильевич! И хочу быть с ней, а то, что вы говорите про меня, про финансы, если надо, я это все сделаю. Только чтобы она была счастлива, – сказал Константин, стоя в дверях.
– Любовь! Что ты знаешь о любви, курсант? Пустые слова! Ну-ну! – с усмешкой, как будто издеваясь, сказал Емельянов и отвернулся к окну.
Константин вышел. Он увидел, что совсем рядом с дверью стояла Мельник.
– Иринка, ты что тут делаешь? Ты подслушивала, что ли? – спросил Константин удивленным голосом.
– Да нет. Я тут просто сегодня дежурная, в кабинете убираюсь, – ответила Мельник. Она не умела обманывать, все читалось по глазам. В этот момент генерал решил покинуть кабинет, послышались его шаги.
Ткачев, недолго думая, взял за руку Ирину и забежал в соседний кабинет, выключив свет за собой.
– Тихо! – прошептал Константин, закрыв рукой рот Мельник. Дверь хлопнула, и Емельянов прошел мимо кабинета в сторону лестничного марша. Звук шагов стал тише, а затем и вовсе умолк.
– Что это было? – спросила напуганным голосом Ирина. Константин включил свет в классе и начал выговаривать:
– А мама тебя не учила, что подглядывать и подслушивать нехорошо? – грубо спросил Константин.
– Так я не хотела, Кость! Я вижу, в аудитории свет включен. Пошла выключать. Вижу, ты, и он над тобой кружит. Говорит что-то про Москву, про тебя, Лизу…