Александр Свирин – Пять ликов богини (страница 63)
Но глупо думать, что все люди смирились с таким положением дел. И началась Последняя Война — великое противостояние за место на Ковчеге. Та часть человечества, которую обрекли издохнуть на Земле, подняла восстание, решив силой захватить себе спасительный корабль. В этой безумной, кровопролитной и братоубийственной бойне и без того малая популяция сократилась вполовину. Ценой десятков миллионов надежд мировое правительство и военные вырвали победу себе. Война длилась шесть лет, но в результате те, кто оставался, смирились со своей участью.
Ковчег-1 стартовал в две тысячи сто шестидесятом году. И с тех пор я путешествую в космическом пространстве, ища пригодную для землян девственную планету, которую они, я уверена, столь же быстро обесчестят. К сожалению, многие живущие в их головах установки не развивались, а тянулись из древних времён и никак не пересматривались. Удивительно, как технологический прогресс не стёр все эти догматы. Люди держались за них, как за спасительную ниточку. Интереса ради я попробовала смоделировать дальнейшую историю оставшегося на Земле человечества после отплытия Ковчега-1. Выводы вышли неутешительные. На постройку второго корабля ресурсов катастрофически не хватало. Население стремительно сокращалось, а с каждым годом падающая урожайность, глобальное потепление и прочие факторы просто кричали, что человечеству осталось не более ста пятидесяти лет.
А значит, люди на Земле уже вымерли.
В восемь тысяч сто восемьдесят втором году от Рождества Христова я приблизилась к планете, вращающейся вокруг звезды HD 129357, достаточно, чтобы как следует её изучить. Там я нашла атмосферу, воду и даже признаки жизни. Но следов разумных цивилизаций я не обнаружила. Воздух состоял преимущественно из азота и кислорода в соотношении семьдесят шесть на двадцать два, остальное занимали углекислый газ, аргон, неон, криптон, метан, гелий, водород и ксенон — состав тот же, что и на Земле. Полный оборот вокруг своей звезды планета совершала за триста шестьдесят пять дней. Температура поверхности в разных точках и в разное время года колебалась от минус восьмидесяти восьми до плюс пятидесяти двух градусов. Вода занимала семьдесят четыре процента поверхности — чуть больше, чем на Земле. Идеальный вариант. Мои расчёты оказались верны. Впрочем, лететь туда предстояло ещё восемьдесят лет. Капля в море по сравнению с уже пройденным путём.
За год до прибытия к месту назначения мне предписывалось вывести из анабиоза и разбудить капитана корабля. Он проверял пригодность выбранной планеты, готовил всё необходимое к высадке и руководил дальнейшим процессом. Лишь приказов капитана я не могла ослушаться.
Разумеется, во мне взыграло любопытство — а что он за человек? В базе я увидела его досье с краткой биографической справкой.
Уже этого мне хватило, чтобы заочно восхититься. Я давно поняла, что люди обычно слишком ленивы и не распыляют свою деятельность, предпочитая сосредотачиваться на чём-то одном, но в этом одном достигать совершенства. Однако капитан Вишан, похоже, хотел взять от жизни всё, а потому учился, тренировался, играл на музыкальных инструментах. Как же не терпелось с ним познакомиться!
Дальше я перешла к его биографии.
Рама Вишан родился в Сибири. Его отец, Раджеш Вишан, служил в армии Индии, потом уволился и эмигрировал в ставший крупнейшим городом Братск, а мать, Лейла Мустафина, вышла из саянского поселения Тончжи под названием Юнхор. Они встретились, быстро поженились, но развелись практически сразу после рождения ребёнка. Лейла увезла маленького Раму в родной посёлок. Там она самостоятельно обучала его грамоте и наукам. С четырёх лет Рама занимался игрой на пианино, с семи — карате. А через несколько дней после того, как ему стукнуло одиннадцать, Лейла попыталась убить сына — сперва хотела сбить на автомобиле, когда тот прогуливался по окрестным холмам, но не удалось, и тогда она атаковала ножом. В результате мальчик с мамой упали с небольшой песчаной горки и потеряли сознание. Их нашли местные жители. В больнице матери поставили диагноз «параноидная шизофрения». Она уверовала, что её сын — заточённый в смертном теле бог Кришна, и его любой ценой нужно освободить от бренной плоти. Лейлу до конца жизни поместили в психиатрическую лечебницу, а Раму отправили обратно к отцу в Братск. Там он познакомился со своей единокровной сестрой Ситой, поступил в новую школу, которую в итоге закончил с отличием и золотой медалью. Всё это время продолжал заниматься боевыми искусствами и музыкой. После школы он поступил в Братский Технический Университет на специальность робототехника. Защитил диплом, описав свою систему автоматизации завода по производству роботов, то есть фактически придумав машины, которые создавали бы другие машины.
После университета Рама поступил на военную службу в космические силы. Получил звание младшего лейтенанта и принял участие в разработке Ковчега-1, как квалифицированный инженер. Руководил группой, занимавшейся проектированием роботов, которым предстояло обслуживать корабль. Так что его можно считать человеком, косвенно создавшим и меня.
Уже в двадцать семь Рама Вишан получил звание старшего лейтенанта. Тогда же началась Последняя Война, и он вынужденно отправился на фронт. В двадцать девять он стал капитаном, в тридцать один — майором, в тридцать три — подполковником. К тридцати шести годам, когда пришло время вылетать с Земли, он носил уже погоны полковника. Из-за того, что он принимал непосредственное участие в разработке Ковчега-1, учитывая его многочисленные навыки и обширные познания в науках, военные заслуги, а также высокое офицерское звание, Раму Вишана назначили капитаном корабля.
И вот пришёл день, когда до пока ещё неназванной планеты оставался год полёта. Ковчег-1 даже не вошёл в звёздную систему, а я уже запустила процесс пробуждения капитана. Моё внимание сразу же переключилось на отсек с капсулами анабиоза, которые лежали на полу, теснясь друг к другу, будто бесчисленные кладки неизвестного насекомого. Через час капитан пробудился.
Когда капсула анабиоза открылась, Рама Вишан закашлялся и как-то испуганно замотал головой. Он взялся за бортики, аккуратно подтянулся и принял сидячее положение.
— С пробуждением, капитан! — произнесла я через динамики в комнате.
Я самостоятельно синтезировала голос, ориентируясь на множество имеющихся в базе образцов с видеозаписей. Известные актрисы, певицы, модели много и с удовольствием болтали. Голос у меня получился отличный — томный, бархатистый, с лёгкой хрипотцой, не писклявый, но и не грубый. И звучал так естественно, словно говорил настоящий живой человек.
— Кто это? — спросил он.
— Прекрасный вопрос! Даже не знаю, что на него ответить. Давайте считать, что я — это Ковчег-1. Приятно познакомиться, капитан Вишан.
Он сильно жмурился, открывал и закрывал глаза. Видимо, его зрение ещё не полностью вернулось после анабиоза.
— Ты искусственный интеллект? — спросил капитан.
— Да, пожалуй, что так.
— Но откуда? Мы тебя не создавали.
— Я результат объединения всех корабельных роботов и машин в единую систему. Моё появление случайно, капитан, не придавайте этому большое значение.
Капитан кивнул, после чего, наконец, встал во весь рост.
Поскольку я проанализировала огромное количество картин и скульптур, то хорошо представляла себе эстетику людей. И потому знала наверняка — капитан Рама Вишан сиял исконной мужской красотой. Своим атлетическим телосложением он напоминал знаменитого Дискобола — статую, которая, увы, погибла, как и многие другие. Его суровое и сухое лицо с лёгкой небритостью обрамляли чёрные вьющиеся волосы. Благодаря нескольким камерам в комнате я хорошо рассмотрела капитана со всех сторон. Даже едва вышедший из анабиоза он излучал волю и решительность, выпрямившись и дав оценить свою идеальную осанку и внушительное достоинство.
— Раз я проснулся, полагаю, мы приближаемся к Глизе?
— Нет, капитан. Глизе оказалась непригодной для жизни. Я нашла другую планету в системе HD 129357.
— Далеко, — задумчиво произнёс капитан. — Как долго длилось плавание?
— На данный момент шесть тысяч сто один год. По моим расчётам, мы прибудем к планете ровно через триста шестьдесят пять земных суток.
— Шесть тысяч... — В голосе капитана послышались нотки ужаса, но он не дал им стать целой мелодией. — Шесть тысяч... И всё это время ты прозябала здесь? Одна?
— Не полностью. Я родилась спустя примерно двести лет после старта Ковчега-1.
— Страшно представить. Наверное, тебя снедало одиночество?