Александр Свечин – Стратегия (страница 61)

Пока обе стороны преследуют негативные цели, господствует позиционное затишье. Уменьшается убыль людей и расход материальных средств на фронте, что отзывается самым благоприятным образом на последующих эшелонах мобилизации. Поэтому, если подготовка обеих сторон весьма недостаточна и, в особенности, недостаточны заготовленные материальные запасы, можно с большой вероятностью ожидать принятия войной позиционных форм. Весьма существенные позиционные уклоны замечаются в борьбе Севера и Юга Соединенных Штатов в 1861-65 г.г., к которой обе стороны были мало подготовлены. Осенью 1877 г. русско-турецкая война на болгарском театре получила сильный позиционный уклон вследствие неспособности турок преследовать позитивные цели и недостаточности сил, с которыми русские вторглись, на Балканы. Последующие высылки новых русских корпусов на театр военных действий приближаются к современным последовательным эшелонам мобилизации. В русско-японскую войну позиционный фронт на р. Шахэ зародился вследствие трудности сообщений у обеих сторон и истощения наличных сил, что заставило перейти временно к преследованию негативных целей. Позиционный фронт легко создается и в том случае, если одна из враждующих армий представляет перевезенный из-за моря десант, подвижность которого стеснена (Севастополь — 1854-55 г., Архангельск — 1919 г.).

Малые государства к позиционной войне мало способны. Действительно, фронты, которые им пришлось бы занимать, уменьшаются в гораздо меньшем размере, чем территория, которая своими средствами должна питать их сопротивление; при подобии очертаний двух государств, если фронт одного будет короче в 8 раз, то территория будет меньше в 64 раза; а необходимо иметь больше тысячи квадратных километров спокойно работающего тыла, чтобы содержать один погонный километр позиционного фронта. Вся эта математика очень условна, так как экономические условия территории имеют существенное значение; однако, несомненно, что для создания Великой Китайской стены нужен Великий Китай, и что нельзя бронировать судно, имеющее тоннаж миноносца.

Завлекательная сила отступления весьма значительна в маневренной войне; нужна сильная воля и сознательность управления, чтобы войска тотчас же не расплылись в очищаемый неприятелем район. В позиционной же борьбе фронт каждой стороны положительно стремится опереться на фронт неприятеля. Действительность как бы не терпит пустого пространства между передовыми частями обеих сторон; преувеличенная оценка Значения местности, вытекающая из потерь, коими надо заплатить за продвижение в несколько сот метров, заставляет фронты сближаться. В существе позиционной войны, преследующей негативную цель, лежит двухсторонняя иллюзия подготовки к наступлению; поэтому позиционный фронт в большинстве случаев тактически характеризуется, как исходное положение для атаки, а не как выгоднейшее расположение для обороны. Лучшие позиции покидаются, если имеется возможность продвинуться на несколько километров вперед. Войска годами стоят в полных воды окопах, под расстрелом, на низине, иногда всего в 2-3 километрах впереди здоровой, сухой, возвышенной местности. Позиционная борьба, где техника так широко представлена, где управление жестоко централизовано, где война принимает столь материальные формы и организуется, на первый взгляд, научными методами, в действительности представляет широкое поле для стихийных явлений. Свободное от иллюзий, благоразумное высшее командование может овладеть стихийным процессом и достичь больших результатов: систематически стянув свои войска на выгодные участки, можно заставить неприятеля на протяжении сотен километров расположиться самым неудобным образом.

При отказе от маневра происходит переоценка значения различных участков; на первый план выдвигается географическая ценность прикрываемого района. Богатый промышленный центр, важный узел сообщений, близость ценной для рокировки магистрали заставляет крепче занимать участок; бедная местность, лишенная ценных географических объектов, будет прикрываться слабее; но эта разница не будет столь значительна, как в маневренной войне; второстепенные участки, в общем, выигрывают в своем значении. Важнейшим участком позиционного фронта во Франции и Бельгии в 1914 г. сделался прилегающий к Ламаншу, так как владение северным побережьем Франции дало бы большие выгоды немцам при организации подводной блокады Англии. Фронт в Лотарингии и Вогезах, который до войны так детально изучался французским генеральным штабом, Сделался второстепенным, так как здесь не было ни важных для Франции Сообщений, ни промышленных городов, за исключением Нанси.

Втянуться в позиционную борьбу легко, даже помимо своей воли, но Выход из нее связан с большими затруднениями; в мировую войну это Никому не удалось. Если позиционный фронт имеет ограниченные размеры, то чрезвычайно выгодных результатов можно добиться посредством обхода открытого фланга. Французы еще в мирное время подготовили Элементы для создания с началом мировой войны позиционного фронта на франко-германской границе; обход этого фронта через Бельгию представлял основную идею плана Шлиффена. Русская 10-я армия, при своем вторжении в Восточную Пруссию, заняла к началу 1915 г. позиционный фронт, но не протянула правого его крыла вплоть до Балтийского моря; отсюда для Людендорфа явилась возможность выгодного маневра в обход правого русского крыла, который привел к окружению центра 10-й русской армии в Августовских лесах. Угроза катастрофы всего позиционного фронта, которой угрожает этот маневр из-за фланга, заставляет растягивать позиционный фронт во всю ширь театра военных действий и примыкать его фланги к надежным преградам — к морю или нейтральному государству, способному вооруженной рукой обеспечить свой нейтралитет.

Таково было существо "бега к морю", операции, последовавшей в 1914 г. за Марнской. Мы видим в ней не преследование обеими сторонами позитивной цели — обхода неприятельского фланга, а преследование негативной цели — контрманевр против такого возможного обхода. "Бег к морю" лежит в русле стратегической обороны, а не наступления.

Позитивные цели, к преследованию коих переходят, устроившись и оправившись в процессе позиционной борьбы, могут быть двух родов: или они будут преследовать развитие давления на неприятеля, не выходя из рамок позиционной войны, и тогда получается позиционная операция (Верденская и на Сомме в 1916 г., Фландрская в 1917 г.); или же они будут направлены к тому, что бы порвать с позиционной войной и перейти к маневренной. При позиционном фронте, пересекающем весь театр, последнее может быть достигнуто тремя путями: прорывом (попытки мировой войны — наступление Брусилова в 1916 г., Нивеля в апреле 1917 г.), обходом, который достижим путем нарушения нейтралитета или вступления в коалицию нового союзника (Румыния в августе 1916 г.), или, наконец, отступлением, имеющим целью достичь общего сдвига. Последний метод базируется на завлекающей силе отступления. Возможно отойти и на некоторых лишь участках, чтобы создать такой изломанный фронт, который не являлся бы обороноспособным ни для одной стороны. Некоторые участки могут быть вовсе очищены, а за удерживаемыми можно собрать посильнее резервы, готовые к переходу в наступление. Продвижение неприятеля должно выполнить функцию подготовки такого наступления. Подобные предложения неоднократно возникали в течение мировой войны, но не разделялись ответственными стратегами. Повидимому, на богатой, изрезанной железными дорогами местности такая мысль представляется чисто теоретическим, не осуществимым в жизни положением. Отход ведет к пожертвованию слишком важными интересами экономики и сообщений. Но нельзя не отметить, что на белорусско-польском театре для такого маневра открываются наиболее благоприятные перспективы.

В будущих войнах нужно считаться с тем, что хотя бы некоторые участки "позиционного фронта будут организованы уже с самого начала, в период оперативного развертывания. Если граница тянется лишь на немногие сотни километров и опирается на солидные географические рубежи, то можно ожидать уже в начале войны возникновения непрерывного позиционного фронта. Массивность требуемых для ведения войны материальных средств, необходимость выждать результатов промышленной мобилизации и последующих эшелонов военной — делают в будущем, например, при франко-германском столкновении, временный отказ от преследования позитивных военных целей весьма возможным. Маневренная война едва ли сразу сможет охватить и весь наш западный театр. Конечно, позиционная борьба может принимать более мягкие формы — например, те, которые создались на русском фронте в зиму 1914-15 г. и допускали довольно значительное маневрирование в промежутках между позиционными участками, при чем не всюду позиционные фронты совпадали друг с другом (например, между Наревом и границей Пруссии оставалось значительное пространство для Праснышской кадрили). Но готовиться к позиционной войне необходимо. В известных условиях нельзя помещать зародиться позиционному фронту. Возможность перейти к маневру в широком масштабе, может быть, придется еще подготовить, преодолев попытки противника создать позиционный фронт.