Александр Свечин – Стратегия (страница 43)

И горе, и смех вызывало перед мировой войной сообщение Гл. арт. упр., что последнему нужно 420 дней для мобилизации патронов и снарядов. Мы стремились к тому, чтобы уже в первый месяц войны стратегическое развертывание наших средств и сил было закончено. Новая экономическая мощь человечества дает мобилизации измерение во времени, растягивает ее на всю войну, делает перманентной. Несомненно, было ошибкой, что к мировой войне готовились, в сущности, как к маленькой войне, и имели в виду, собственно говоря, маленькие мобилизации.

Как известно, Германия в мирное время действительно охватывала воинской повинностью только 70% наиболее сильной физически части населения; часть этих 70% была мобилизована непосредственно при объявлении войны, а другая часть должна была явиться пополнением для них; эти 70% были обеспечены мобилизационными запасами снаряжения. Но так как война предъявляла требование крайнего напряжения сил, нельзя было оставить неиспользованными остальные 30% человеческого материала; из них можно было составить новые части, обучив их, организовав кадры, заказав нужное им снаряжение, при чем, конечно, можно было широко использовать остатки снаряжения частей, мобилизованных в первый прием. И действительно, через две недели после объявления войны, 16 августа 1914 года, как только схлынула мобилизационная горячка, военный министр генерал Фалькенгайн отдал приказ о сформировании 6,5 новых корпусов (ХХII-XXVII резервные корпуса и 6-я баварская резервная дивизия). На это формирование было предоставлено 55 дней (срок готовности 10 октября). Солдатский состав этих корпусов, наполовину из добровольцев, был превосходен, командный состав оставлял желать много лучшего, так как для этих формирований не было предусмотрено никакого выделения кадров из полевых частей, и он образовывался за счет отставных и ландштурменных офицеров. Так как промышленность еще только приступала к мобилизации, то снаряжение пришлось собирать по мере возможности; каски раздобыли, отобрав их у полиции. Как только военная промышленность заработала, 13 ноября был отдай приказ о третьем эшелоне-мобилизации 41/2 новых корпусов (XXXVIII- XXXXI резервные корпуса и 8-я бав. рез. див.). Срок был дан 68 дней (к 20 января 1915 г.). Полевая артиллерия этих корпусов была получена путем заимствования с фронта, где батареи перешли с 6-орудийного к 4-орудийному составу. Надежные кадры пехота и штабы получили путем назначения энергичных начальников с фронта. Одновременно требовалось формирование железнодорожных, телеграфных, автомобильных, авиационных частей, — общей численностью в 150 тысяч человек. В течение 1915 года, путем перехода дивизий в трехполковой состав и новых формирований, было образовано 50 дивизий. В течение 1916 года было сформировано 14 новых штабов корпусов (№№ 51-64) и 48 новых дивизий, частью за счет понижения состава существовавших дивизий. В 1917 году было образовано заново 10 новых дивизий (231-240); приказ был отдан 6 ноября 1916 года, исполнен — в марте 1917 г.; за ним последовало 14 новых дивизий и 4 новых штаба корпуса; еще 8 новых дивизий получено было за счет уменьшения штата старых. Параллельно с этим тыл энергично формировал пулеметные части, увеличивая число их во много раз против намеченных первоначальным планом мобилизации; число легких и горных батарей с 1.141 поднялось до 2.821, противосамолетная артиллерия увеличена с 18 до 2.558 пушек, тяжелая артиллерия в течение войны из состава в 35 тысяч человек, 3.400 лошадей и 576 орудий выросла до 419 тысяч человек, 202 тысяч лошадей, 6.500 орудий. В такой же степени росли и другие технические части. Столь же поучительный пример перманентной мобилизации представляет и Англия. В мирное время английская армия состояла из 6 полевых и 14 территориальных дивизий. Уже в сентябре прибыла первая канадская дивизия на поддержку полевым дивизиям на французском фронте, в ноябре началось прибытие индийских дивизий, в декабре прибыли первые две территориальные дивизии из Англии. Китченер составил план удвоения полевых и территориальных дивизий и формирования 30 новых (Китченеровских) дивизий, и этот план был осуществлен. В 1916 году, через 20 месяцев после начала войны, Англия согласилась расширить свой фронт во Франции; в 1917 году все дивизии были готовы, но командование являлось еще неокрепшим; дивизии были бы мало пригодны для маневренной войны. В 1918 году надо рассматривать напряжение Англии, как достигшее кульминационной точки. Еще более поразительный пример перманентной мобилизации представляет формирование армии Соединенных Штатов в 1917-18 г.г.; Соединенным Штатам в этот период не приходилось удерживать какого-либо фронта, и работу они могли вести вполне спокойно. Мы остановились на примерах из мировой войны. Весьма любопытна также война за нераздельность Соединенных Штатов в 1861-65 г.г. Опыт гражданской войны, конечно, также говорит за перманентность мобилизации в течение всей войны, так как вся Красная армия возникла в процессе производившихся во время войны формирований. Франция в настоящее время решает мобилизационную задачу поэшелонно. "Армия прикрытия" — 32 дивизии, имеющие сильные кадры, образуют первую очередь. Вторая очередь, это — новые формирования, для которых имеется два миллиона резервистов, но отсутствует очень многое — и 90% кадров, и часть необходимого снаряжения. Не дни, а месяцы потребуются на мобилизацию второй очереди. И совершенно самостоятельная мобилизационная работа будет кипеть в колониях по формированию чернокожих войск. Только готовность армии прикрытия ставится вне всякой зависимости от успеха мобилизации промышленности. Отсюда мы должны прежде всего сделать вывод; что роль тыла в течение войны далеко не ограничивается производством первой мобилизации и дальнейшей высылкой укомплектований. Даже в том случае если бы неуспешность промышленной мобилизации и властные веления Экономики заставили отказаться от расширения вооруженных сил, все же, несомненно, пришлось бы формировать много новых технических частей, так как, сколько бы ни стремились мирные соображения ответить потребностям будущей войны, все же характер ее во многом окажется непредусмотренным нами, и нельзя не считаться с необходимостью внесения серьезных поправок в существующую организацию. Современная эшелонная мобилизация заставляет нас вспоминать давно минувшее. Летом 1813 г., в течение перемирия, русская действующая армия в Пруссии была усилена с 90 до 170 тысяч; одновременно в пределах Польши формировалась так называемая польская резервная армия Бенигсена, поспевшая к Лейпцигскому сражению; во внутренних губерниях России приступлено было к формированию следующего эшелона резервной армии Лобанова-Ростовского. Как и тогда, так и теперь было экономически не по силам закончить всю подготовку к началу войны и открыть ее с максимумом напряжения сил.

Необходимость гибкости. Необходимость гибкости мобилизационных предположений обусловливается требованием подчинения мобилизации политической обстановке, сложившейся к моменту мобилизации. В России в 1914 году существовал план общей мобилизации, но политическая обстановка требовала лишь мобилизации, направленной против Австрии. Мобилизация Петроградского, Виленского и части Варшавского округов являлась мероприятием, явно направленным против Германии; желательно было бы избегнуть его, чтобы отклонить от себя одиозность прямого вызова Германии на войну. Между тем, мобилизация части военных округов оказалась технически не проработанной; округа были связаны между собой обширными передачами запасных и т. д., и отказ от предусмотренной во всех деталях общей мобилизации бросал русскую армию в русло импровизации. Поэтому военное командование употребило все меры, чтобы вырвать приказ об общей мобилизации, что ему и удалось. Политика подчинилась дубовой, негибкой мобилизационной технике. Средства торжествовали над целью. Конечно, мобилизация приводит государство в состояние, подобное кипению, и, чтобы не заблудиться в этом потоке бродяжничества, наиболее просто каждому указать твердо определенное место. Но необходимо предъявить к мобилизации требование величайшей гибкости и децентрализации; армия должна иметь возможность мобилизовать любое число любых дивизий, нисколько не нарушая этим мобилизационной готовности остальных. Мобилизация всей армии должна являться лишь суммой мобилизаций всех ее частей, а не представлять самодовлеющего целого. Так как мы теперь видим в мобилизации не единичный акт, а непрерывный ход работы, то понятие общей мобилизации мы вовсе не можем признать отвечающим сути дела. Каждая мобилизация теперь является частной; даже мобилизацию всей Красной армии в начале войны мы будем рассматривать лишь как первый эшелон мобилизации. В том историческом периоде, в который мы вступаем, надо ожидать и возвращения к затяжной подготовке к войнам, господствовавшей в до-Мольткевский период. § 12 Лиги наций, стремление использовать ресурсы доминионов (Англия), чернокожих африканских колоний (Франция), необходимость вооружиться (Германия), низкая степень мирной подготовки (Соединенные Штаты) убеждают нас в этом. Можно нарисовать себе картину объявления в настоящее время в двух враждующих государствах Экономической мобилизации при неподвижном состоянии вооруженных сил на мирном положении. Решительно всюду должно господствовать начало экономии сил. Оно будет нарушено, если мы назначим для войны большее количество сил, чем способно выставить государство. Россия к началу 1917 года перемобилизовалась. Оно будет нарушено также в том случае, если на войну будет назначено больше сил, чем надо для того, чтобы уверенно разрешить ее задачи.