Александр Сурков – Скелеты в оружейных шкафах. Книга третья. (страница 8)
Телевизионную панель, куда обычно выводят для пассажиров карту полета, само собой, никто не включал, так что о том, куда за это время мог залететь элитный бизнес-джет, оставалось только гадать. Чем, собственно, Назгул и занялся.
Судя по солнцу, "Гольфстрим" летел на Восток. За это время можно долететь до Урала, плюс Кавказ, Ближний Восток и Северная Африка. Выбор, короче большой и интересный. За десять лет работы страховым детективом Назгул имел бизнес во всех этих регионах, и не везде его, как выразился главный поэт исторической родины, поминали незлым тихим словом.
Самолет нырнул в облака. Ну вот, сейчас и узнаем. Вскоре в иллюминатор начала просматриваться лазурная гладь и береговая черта. Россыпь курортных вилладжей, цепь отелей вдоль побережья. Уже легче - по архитектуре это европейское Средиземноморье. Ну а когда "Голфстрим" начал заходить на посадку - сомнений не оставалось. Единственный в этом регионе крупный аэропорт, где взлетная полоса упирается прямо в море, расположен неподалеку от городка Ларнака, а, стало быть, это Кипр.
Приземлились мягко и чуть пружинисто. «Гольфстрим» сбросил скорость, следуя за машиной сопровождения откатился на дальний край летного поля, въехал в просторный ангар.
Стюардесса опустила дверь-трап, в салон ворвались нежаркий пряный сентябрьский воздух и отдаленный шум моря. Внизу на бетонной площадке стоял микроавтобус с логотипом местной туристической фирмы.
Тем же порядком - впереди правый с вещами, за ним Назгул, замыкающим левый, они проследовали мимо пограничника-киприота, который, пользуясь айпэдом как подложкой для документов, во мгновение ока хлопнул въездные штампы в паспорт и отсканировал пластиковые айди охранников.
Микроавтобус покинул таможенную зону через служебные ворота и ушел на окружную в западном направлении. Минут двадцать шли по трассе, затем свернули направо, к морю. Попетляв в частном секторе, выскочили на дорогу, которую Назгул ни с чем бы в жизни не спутал. На Декелиа-роад, соединяющей Ларнаку с мертвым городом Фамагустой, он прожил больше десяти лет.
Вскоре микроавтобус завернул к хорошо известному Назгулу прибрежному комплексу и остановился. Целью путешествия оказалось ничем не примечательное двух или трех, смотря откуда считать, этажное здание, состоящее из двух бетоных коробок. Количество этажей невозможно определить по той причине, что у здания не было ни одного окна, а о его предназначении свидетельствовала разве что лаконичная неоновая вывеска, расположенная на плоской крыше. Какого Пунги, подумал Назгул, надо было меня тащить за тридевять земель в "Голден Фиш"? Что, в Эдинбурге не нашлось закамуфлированного под фешенебельный ночной клуб борделя?
Проституция в Республике Кипр, как стране Европейского Содружества была, естественно, строго запрещена. Но местные агентства с соответствующей лицензией имели право ввозить на временную работу "актрис для участия в развлекательных шоу". Трудовые мигрантки со всех концов мира выступают в таких вот клубах под строгим наблюдением иммиграционной службы, которую здесь боятся сильнее местного КГБ. Главное чтобы не попытались в стране остаться и не стали работать налево. Ну а как они обустраивают свою личную жизнь - в демократическом государстве никого не касается.
"Голден Фиш" - один из немногих клубов, который обслуживает исключительно местных: киприотов и постоянно живущих на острове ливанцев и англичан. Туристов, особенно из "стран бывшего СССР" в подобные места не пускает хорошо подготовленный фейс-контроль.
Киприоты славятся феноменальной сексуальной озабоченностью, девочки им быстро приедаются, и их полностью меняют раз в два-три месяца. Такая текучка кадров позволяет не только зарабатывать на "свиданиях", но и организовывать конфиденциальные бизнес-встречи для серьезных людей. Обслуживающий персонал не местный, клиентов не знает и часто меняется, покидая страну, так что внедрить сюда постоянного осведомителя практически нереально.
Поднявшись на крыльцо, они зашли в скромную деревянную дверь и, миновав небольшой предбанник, попали в зал со столиками и сценой. Зал был по дневному времени пуст. Внутри темно и прохладно. Между столиками бродила, наводя порядок, уборщица. На шестах, укрепленных на сцене, лениво, без огонька репетировали "актрисы" в купальниках. По дальнему концу зала тянулся ряд отгороженных стеклом лож.
Строго говоря зал не был совсем уж пуст. Один из столиков оказался сервирован, и за ним сидел посетитель.
Назгул, оторвавшись от сопровождения, подошел, не ожидая разрешения плюхнулся на стул, прямо из горлышка хлебнул минеральной воды Перье и раздраженно поинтересовался:
- Какого тасманского черта, Том!? Насколько мне известно, мобильную связь на Кипре не запретили. Зачем ты устроил этот летающий цирк Монти Пайтон?
Глава 10
После нескольких часов пребывания в четырех стенах эпизод из фильма про Штирлица, где тот коротает время перед допросом в застенках папаши Мюллера, раскладывая спички, перестал казаться Шульге забавным.
Звукоизоляция в камере была полная, снаружи не доносилось ни звука, так что оставалось лишь спать и думать, не делая суетливых движений под запись на скрытые камеры. Чем Шульга и занимался, прокручивая в памяти факты и пытаясь осмыслить ситуацию в целом.
О том, что неожиданная смерть Ореста запустила цепочку событий, масштабы которых Шульга просто не мог представить, свидетельствовал сам факт его нахождения под замком. Городецкий резко перестал ему доверять - это ясно. Но почему?
Версию о том, что олигарх все же узнал, что именно Шульга стал, пусть и невольной, но причиной гибели его племянника, Шульга отмел сразу. Для того чтобы предъявлять личные претензии системный кризис - время не самое подходящее. Да и не нужно олигарху разыгрывать из себя Мюллера. Достаточно уволить Шульгу из армии и "охранной фирмы", уничтожить президентское помилование, лежащее в сейфе Ореста и подкинуть нужные бумаги по прошлым ликвидациям в Генпрокуратуру - и против Шульги начнет работать система, которая его законопатит на пожизненное скорее чем он успеет свалить из страны.
Нет. Тут что-то иное. За два года работы простым бойцом Шульга особенно не задумывался о политике и стратегии. Все цели были очевидными: предатели и враги - депутаты, чиновники и военные, которые работали на спецслужбы России или воевали на стороне донецких коллаборантов. Если и были у Городецкого в таких убийствах личные политические мотивы, то на втором плане.
Исключением стало разве что недавнее похищение беглого экс-президента из-под Ростова. У этой операции была очевидная цель - дать Городецкому козырь в непрекращающейся борьбе разных политических группировок за близость к президентскому телу.
Операция была первой, где командиром штурмовой группы был не Ричер, а Шульга. Официально Ричеру не разрешили работать в России из-за приметной внешности, поручив общее руководство и обеспечение встречи. Орест уже тогда понял, кто на самом деле планирует все удачные операции группы...
Итак, вопрос в группе. Исходя из сегодняшнего резкого и откровенно нервного поведения Городецкого, кто-то, пользуясь смертью куратора, пытается перехватить над ней контроль. Чем же это чревато?
Вариант "а" - дворцовый переворот. Будут назначены новый куратор и "новый Городецкий", а все остальное останется точно так же. Но это вряд ли. Потому что в украинской политике других людей которым "за державу обидно" скорее всего больше просто и нет.
Стало быть вариант "б" - приватизация. Новые хозяева попытаются перепрофилировать группу в личную частную военизированную компанию, а скорее, как было в четырнадцатом с некоторыми милицейским добробатами, в организованную преступную группировку. Для группы вариант крайне гнилой - против того, кто попробует это сделать ополчится весь украинский политикум, а шила в мешке не утаишь.
И тогда будет вариант "в" - зачистка. Группу просто расформируют по-тихому, кого поймают - закроют, или же втихаря отстреляют. Опять же прецедентов по четырнадцатому-пятнадцатому навалом.
Наиболее фантастичный, киношный, вариант "г" - уход в тишину. Городецкий, действуя по принципу "так не достанься же ты никому", уничтожает все документы и отпускает группу в свободное плавание, что, с учетом связей Назгула, сразу превратит ее в ЧВК. Только вот базовую страну придется менять, потому что без господдержки оставаться на нынешней базе под Киевом им никто не позволит. А, стало быть, основная миссия - внесудебные ликвидации на пользу своей страны, будет утеряна.
Шульга тихо порадовался что послушал новозеландца и втихаря, без малейшей огласки, подготовил "запасной аэродром" в доставшемся от Тугрика бывшем пионерском лагере. Туда можно было нырнуть в любой момент и отсидеться, не вылезая на протяжении пары месяцев. Кстати - вариант "д". Если конечно ему удастся сегодня отсюда выбраться...
Вывод из этих размышлений вырисовывался один - с Городецким нужно любой ценой договориться. Только вот в сложившихся обстоятельствах у олигарха все козыри на руках.
Дверь бесшумно раскрылась. На пороге стоял Городецкий.
- Думал на пару часов всего отскочу, - сказал он тоном, в котором не было даже надуманного извинения. - На Банковую как заедешь, так до вечера и не выберешься, не здание, а Бермудский треугольник какой-то. Проголодался?