Александр Сурков – Четыре логиста и собака (страница 17)
25. Шульга
Как только Лендровер поравнялся с первым же переулком, Варяг резко дернул руль вправо. Не ожидавший этого особист сперва обрушился на плечо водителя, потом, словно отброшенный пружиной, отлетел к двери.
— Куда!!! — заорал майор. — Вы что, охренели? Немедленно возвратиться на маршрут! — и осекся, ощутив на затылке холодный ствол.
— Спокойно! — сказал Шульга. — Не дергайся, целей будешь.
Добавляя ситуации драматизма бультерьер просунул голову между сидушек и хрипловато гавкнул, изо всех сил изображая свирепость.
— Яяя… мыыы… — замычал особист, разом потеряв весь свой державный вес.
— Руки на торпеду положь! — добавил Варяг. — А если обоссышь мне сиденье, будешь языком оттирать…
Шульга глянул в зеркало заднего вида. “Герой ДНР Моторола” свернул вслед за ними, а БТР разведчиков встал поперек проезда, перегородив проезд таблетке и особистскому джипу. Вокруг него метались бойцы с повязками ВСП.
— Газу! — скомандовал Шульга.
Варяг притопил до полика, за спиной взревел БТР.
— Все, командир, спасибо! — сказал Варяг в рацию. — Ты их там продержи минут пять. Больше не нужно, они нас на своих корчах и так хрен догонят.
— Принял! — хрипнул динамик. — Все сделаем, береги там себя.
Укороченная колонна промчалась мимо каких-то садовых домиков, вылетела на поле, пересекла его по грунтовке, обогнула по объездной еще один дачный участок. Остановилась.
Впереди серел асфальт.
— Трасса на Констаху, — сказал Варяг. — Километров сорок ходу. На такой технике для всех опорников мы — мишень.
— Какие рядом позиции? — спросил Шульга.
— Левее наш дивизион САУ, и еще минометчики, — доложил Варяг, тыкая пальцем в планшет. — Но эти не опасны, они в нас на ходу фиг уцелят. А вот бойцы в Каменке и Новоселовке Второй — злые и резкие. Увидят надписи — отработают сто пудов, — он кивнул на размалеванный бок сепарского трофея. — От же народ, хотел замазать, так у Апостола, баночки водоэмульсионки в целом батальоне не нашлось. Как они интересно на ППД бровки красят?
— То есть сначала откроют огонь, а потом будут думать? — уточнил Шульга.
— Ну так! Говорю же, что опытные…
— Ладно, тогда давай по-скорому хоть как-то перелицуемся и поехали. Минут через десять нас эти инвалиды точно догонят. Давай, действуй. А я пока с красавцем поговорю.
Варяг соскочил на землю и пошел к БТРУ, а Шульга выволок из лендровера особиста и, не церемонясь, пинками погнал в кусты. В конвоировании ему активно помогал бультерьер, который, судя по всему, уже ощутил себя полноправным членом команды.
Убедившись, что их не видно с дороги, Шульга прислонил пленника к деревцу и зафиксировал стяжками руки-ноги. Охреневший майор покорился судьбе и безропотно исполнял все команды как клиент в примерочной у портного.
— Я командир спецгруппы, — спокойно сказал Шульга. — Действую по заданию Генерального штаба. Какого ты хрена, контрразведчик, вообще к нам полез?
— Не я! — промычал майор, косясь на сидящего рядом пса. — Замполит бригады, кум… Мы с ним хотели премию…
Зубы контрразведчика постукивали, делая речь несвязной, но Шульга, по службе знакомый с махинациями штабистов, в суть дела врубился сразу.
— Бизнесмен гуев… ну шо, сынку, помогли тебе твои ляхи?
— К-к-какие л-ляхи?
— Ну вот. Еще и безграмотный. Слушай здесь. Ты лично мне нужен, как зайцу стоп-сигнал. Я тебя сейчас развяжу, но заберу патроны и телефон. Минут через десять твои догонят, машина у вашего ВСП, больше сорока, я так понимаю, даже под горку не разгоняется. Скажешь им, что получил по дороге новый приказ. Вернешься к своему куму и объяснишь чтобы прикинулся ветошью и забыл про свои гешефты. Иначе будет дослуживать на границе с Гомельской областью, где комары размером с него… — Шульга мотнул головой в сторону бультерьера, тот зарычал, мол так и есть, лично видел. — Ты понял меня, или ударить тебя?
— П-понял, п-понял, товарищ… — заикаясь ответил майор, снова не оценив красоту цитаты.
— Хорошо. Молодец!
Шульга обыскал пленника, вынул магазин из неухоженного ПМ-а, выщелкнул на ладонь все патроны. У айфона батарея не извлекается, пришлось положить аппарат на камень и раздавить. Покончив с формальностями Шульга вытянул нож, освободил пленника. Сунул ему триста долларов компенсации за смартфон — не грабить же идиота. Затем развернулся и зашагал к дороге.
Провоцирующая надпись с борта никуда, увы, не исчезла, но теперь хоть на антеннах лендровера и БТР-а гордо реяли под дуновением легкого ветерка украинские флаги. В добавок ко всему на крыше внедорожника появилась мигалка.
Пока Шульга улаживал дела с особистом, разведчик, явно не желая попадать под дружественный огонь, общался по Харрису с каким-то комвзвода, которого, судя по всему, знал лично. В переводе с матерного на суржик, его экспрессивную речь можно было передать как убедительную просьбу: «Друзья, мы тут сейчас немножко повезем по дороге трофей, так вы не обращайте внимание на сепарские картинки и постарайтесь не стрелять в нас, пожалуйста»…
— Вроде договорились, — завершив дипломатический раут сказал разведчик. — Ну, давай, двигаем пошустрее. Наглость города берет. Пока опомнятся… Комвзвода — это конечно власть, но с нашими махновцами хрен его дядьку знает…
Бультерьер оглянулся на БТР, словно оценивая перспективы. Рассмотрев на борту злосчастный дыровский флаг, рявкнул, как выматерился, и полез в лендровер.
Варяг врубил мигалку с сиреной. Колонна выскочила на асфальт и, обходя выбоины, помчалась, набирая скорость, в сторону Константиновки.
26. Городецкий
— То есть как, ушли? — переспросил Городецкий. — Трепченко, ты ничего не путаешь?
— Виктор Андреич, куда уж точнее! — виновато оправдывался Трезор. — На блокпосту их инициативно встретили бригадная контрразведка и ВСП…
— Эти-то с какого перепугу?
— Вот, разбираюсь. Говорят, что с целью досмотра трофейной техники. ВСП попыталась сопровождать, но они ушли в переулок и оторвались.
— Ты сейчас где?
— На перекрестке. Дальше ни души и поля. Они куда угодно могли свернуть.
После того, как Городецкий просчитал поведение Шульги, происходящее не было для него неожиданностью, но на Трезора нужно понагнетать, чтобы почувствовал вину и не расслаблялся.
Если Городецкий все правильно понял, то его компаньоны, оторвавшись от преследования, либо спрячут то, что вывезли из промзоны, либо перегрузят кому-то еще, а потом спокойно сдадутся и все отлично залегендируют. Тем более — прецедент налицо. В прошлом году они работали на той стороне, и СБУ-шники группу приняли сразу по возвращении на аэродроме…
Знать бы, что именно они там нарыли. Вопрос важный, если не ключевой! Чтобы предугадать их дальнейшие действия, нужно понять, что они там везут. Но это потом, сейчас нужно закрыть текучку.
— Ты сообщение получил? — спросил он Трезора.
— Да. Номер телефона!
— Это шлюз на военный ретранслятор. Свяжешься, скажешь пароль “Десна”, попросишь связать с “Корабелом” — это позывной командира группы быстрого реагирования. Они сейчас в воздухе, другой связи нет.
— Понял. Что с ними делать?
— Они переподчинены тебе. Две вертушки. Скажешь чтобы подлетели, сядешь. Будете с воздуха искать БТР, а я пока местную полицию подключу.
— Что делать, когда найдем?
— Заблокировать и начать переговоры. Шульга тебя знает, войну не начнет. Скажешь чтобы со мной связался.
— Понял.
— Действуй. Обо всех новостях сообщай немедленно!
Городецкий отключился, выпил кофе, продолжил анализировать. Итак, какой груз, весом больше полутонны, можно вытащить с территории, где уже полтора года идут бои? Это должно быть что-то предельно ценное. К примеру наркотики. Или какой-то архив. Больше ничего в голову не приходит. Самое вероятное, конечно, наркота, но Шульга с Назгулом не те люди, которые ради ничейной дури слетят с винта.
Ладно, зайдем с другого конца. Что бы это ни было, спрятать его могли до начала боевых действий, но не раньше зимы четырнадцатого, конечно, когда регион стал «пограничной зоной».
Этот период и нужно прогнать по сводкам. Городецкий открыл систему поиска, поставил фильтры на время, регион и характер информации. В список ключевых слов ввел «контрабанда», «наркотрафик», «спецоперации», «подозрительная активность». Стал ждать.
Результат оказался обширным. На девяносто процентов он состоял из агентурных сведений по контрабанде и сообщений о задержаниях. Тут был и наркотрафик, но такой мелкий, что особого внимания не заслуживал. Единственное, что всплыло, так это весьма подозрительная деловая активность вокруг Авдеевского коксохима. Вот они, значит, как там деньги зарабатывают, и с кем делятся по обе стороны линии соприкосновения, как ее называют официальные документы… Что же, будет чем расплатиться с директором СБУ за оказанные услуги, он шорох там наведет. Но это потом, потом….
Нужное отыскалось минут через двадцать. Сообщение от ЦРУ, полученное в порядке закрытого дружественного обмена с обычной формулировкой “ для всех, кого это касается». Американское разведведомство сочло нужным поделиться с партнерами, что два с половиной года назад “по неуточненным агентурным данным, полученным из Венесуэлы, на территорию «западнее Донецка» был доставлен маркированный контейнер, который мог содержать либо новое оружие, похищенное со складов в Техасе, либо сумму наличными, примерно двести пятьдесят миллионов долларов, отмытую одним из колумбийских наркокартелей.”