Александр Сурков – Четыре логиста и собака (страница 14)
В этот самый момент танк вдруг неуклюже подпрыгнул и исчез в вихре пламени, над которым взлетела обгоревшая башня.
Картина была настолько сюрреалистической, что Филин на какое-то время потерял связь с реальностью, словно кино смотрел. Танковая башня повисев долю секунды в воздухе, обрушилась на землю всем весом подминая беспорядочные куски металла, которые только что были были грозной боевой машиной.
Мозги включились, Филин врубился в произошедшее. Про то, что укры поставили на вооружение американские “Джавелины”, в ДНР не знал только ленивый. Филин их ТТХ нашел в интернете, и своим бойцам на подготовке довел, на всякий пожарный. Но кто же мог подумать, что в реале результат действия этой противотанковой ракеты смотрится гораздо эффектнее, даже чем на рекламном видео…
Три уцелевших танка, не испытывая судьбу, развернулись и на максимальной скорости понеслись в направлении Ясиноватой. Правда, одному не суждено было уцелеть и он повторил печальную участь своего предшественника…
“Джавелины” в считанные секунды изменили тактическую ситуацию. Откуда-то справа донеслись характерные хлопки подствольников, вдоль забора начали рваться ВОГи. Российские пехотинцы, которые успели прорваться на автобазу под прикрытием танков, в панике рванули в единственный свободный проем. Там почти все и полегли под кинжальным пулеметным огнем.
Через несколько минут стрельба утихла и на поле боя опустилась тишина, нарушаемая только треском догорающего танка, стонами раненых и радостной гавкотней бультерьера, который каким-то надцатым чувством просек ситуацию и радостно мотался туда-сюда по двору.
На территорию автобазы начали просачиваться бойцы в украинском армейском пикселе.
Филин перевернулся на спину, раскинул руки и лежал, глядя на покрытое низкими облаками серое небо. Сколько же сейчас над ними висит дронов и спутников?
20. Шульга
Облака, затягивавшие небо, откочевали на север, и солнце, незаметно поднявшееся в зенит, заливало лучами поле недавнего боя. Шульга, подставив лицо прохладному ветерку пил воду из фляги и смотрел на чадящий российский танк. Точнее на то, что от него осталось.
После того, как на территорию автобазы зашел передовой отряд Апостола, усиленный “Джавелинами”, события понеслись вскачь. Наши штурмовые группы, обтекая позицию, ударили слева в сторону фильтровальной станции и справа на дачному поселку. В течение последующих трех-четырех минут судя по радиообмену сепаратистов, в кучу обожженного железа превратилось еще три танка, после чего ихтамнеты отткатились до своих опорных пунктов вдоль трассы
Пока в высоких штабах решали как распорядиться неожиданно упавшей в руки пусть локальной, но ощутимой победой, на территории автобазы хозяйничали люди Апостола. В две подскочившие медицинские “мотолыги” — так на военном сленге называют гусеничные транспортники — санитары грузили раненых. Одновременно “трофейная команда” во главе с капитаном из военной прокуратуры, который, как выяснилось, принимал участие в бою в качестве рядового бойца, проводила первичный досмотр убитых сепаратистов. Прокурорский перебирал изъятые документы, оружие, делал снимки на телефон, радостно что-то говорил помогавшим ему бойцам. Видать, россиян с компрометирующими документами обнаружил, подумал Шульга. И стволы российского производства. Курочка по зернышку клюет, а суд в Гааге пока еще никто не отменял.
Комбат, Апостол, как и прокурор, тоже задних не пас. Вошел на территорию автобазы вместе со своими бойцами, распределил людей по секторам обстрела, на танкоопасные направления выдвинул “джавелинщиков”.
Парни, прошедшие обучение в новой противотанковой школе, вовсю старались держать “покерфейсы” ко всему привычных профи. Однако уничтоженный российский танк у них был явно первый, и молодые хлопцы время от времени оборачивались к кострищу над которым продолжал подниматься жирный черный дым, словно от сожженных покрышек, и радостно переговаривались.
Группа понемногу приходила в себя. Апостол, наскоро познакомившись с “диверсантами”, взял Варяга и отправился на экскурсию в подземелье “Оценить перспективы”. Назгул, никому не доверяя, заперся в БТРе. Проходящие мимо бойцы косились на боевую машину, но, встретившись взглядом с Шульгой, вопросов не задавали. Филин, мрачный как туча сидел, прислонившись спиной к колесу. Именно он и представлял сейчас если не угрозу, то, по крайней мере, проблему. Ведь, судя по радостной физиономии прокурорского капитана, они положили и россиян.
— Документы с собой какие-то есть? — спросил Шульга у ГРУ-шника, чтобы прощупать почву.
— Ага! — ухмыльнулся Филин. — Я же на разведвыход пошел с удостоверением, правами и орденскими книжками!
— Ладно, не ежись. Просто думаю, как правильно тебя легализовать.
— Ну, и?
— Как завербованного агента. Скажем, что Назгул по своим каналам вышел на тебя еще летом.
— Я здесь с осени!
— Да, точно. Ну тогда скажем, что в январе…
— А СБУ поверит?
— А кто их спрашивать будет?
Филин кивнул, мол верю, но не особо. Трудно россиянину представить, что украинская политическая полиция и близко не так всесильна, как ихняя ФСБ. Привыкай, мужик, тебе теперь придется жить в хоть и слабой, но демократии…
Из щели ведущей в подземелье вынырнул Варяг, за ним Апостол.
— Подвал зачетный! — доложился комбат радостно, словно мальчишка, неожиданно получивший в подарок на день рождения не машинку или игру, а настоящую рогатку. — Тут же оборудовать КНП бог велел. Знали бы — еще в феврале отжали. Я уже доложил комбригу.
— И что?
— Он двумя руками не против, сам обещался через час другой приехать все осмотреть. Но вопрос не его уровня.
— Ладно, тогда готовьтесь к проверяющим, крастье траву. А мы поехали!
— Как, мамо, и чаю не попьете? — хитро прищурился Апостол и непроизвольно скосился на трофейный БТР.
— Не. Нам светиться нельзя, сам понимаешь. Еще минут пять отдохнем, и двинем по своим задачам.
— А бетеэр? — в глазах комбата мелькнули хищные огоньки.
Из-под ног Шульги недовольно заворчал бультерьер.
— Херетер! — ответил за командира Варяг. — Я ж тебе пояснял, братское сердце, отжать не получится. Это, как говорил Шер Хан, наша добыча. Трех танков и двух ихтамнетов в подвале тебе для ордена мало? Есть вопросы — сразу набирай НГШ…
Апостол ухмыльнулся, мол нет — так нет, попытка не пытка.
— Ладно, понял, не дурак. Пса придержите, бо он на меня смотрит так, словно я ему премию за сбитый самолет задолжал…
— Спасибо за помощь! Берегите себя! — ответил Шульга и протянул Апостолу руку.
— Это вам спасибо! За москальского генерала. И за позицию. Не гражданскую конечно, а вот за эту! — ответил комбат. — И, я так понимаю, я вас не видел?
— Правильно мыслишь! — сказал Варяг. — Проблем у нас не будет на блокпостах?
— Не будет. Сейчас со штабом свяжусь.
Апостол нажал несколько кнопок на Харрисе.
21. Контрразведчик
Едва капитан СБУ Степан Саленко продрал глаза и, собираясь на службу, выставил походно-полевую жену, как в комнату без стука ворвался замполит.
Контрразведчику он приходился кумом, им же был пристроен на должность, и приехал под Авдеевку получать статус участника боевых действий. Замполит, или, как его сейчас правильно называют, заместитель командира по морально-психологической работе, моралист и психолог был еще тот. Стучал, конечно, исправно, тут ничего не скажешь, но все остальное время тратил на местных предельно доступных баб и дегустацию паленого алкоголя, доставляемого в основном с сепарской стороны.
Выражение лица у кума и боевого товарища было точно такое же, как и три недели назад, когда пожилой контрактник по пьянке расстрелял прямо на передке двадцатидвухлетнего лейтенанта за то, что тот ему не вернул долг, и по линии управления морально-психологического обеспечения куму собирались влепить дежурный строгач…
— Шо, Петрович, опять залет? — поинтересовался контрразведчик, шаря глазами по столу в поисках пива.
— Спишь? — вопросом на вопрос ответил кум. — Первый час уже, охренел. Ты чего, не слышал? Бой шел с утра, я только что с КП.
— Нет, — искренне удивился контрразведчик. — Какой еще бой? Праздник же был вчера, девятое мая. Плюс у Машки из тыла днюха, часов до пяти гудели. Да отсюда все равно ничего не слышно…
Бои контрразведку не волновали — не ее юрисдикция. Вот если в штабе кто-то нарушит режим секретности — дело другое…
— Хреново, что не слышал, — переведя дух сказал замполит, сотрясаясь жирным телом, которое туго обтягивал новенький чистый пиксель.
— А что, есть информация? Ну так садись, пиши.
— Есть, но пока что не для донесения! — кум пятерней сгреб с головы кепку, вытер вспотевшую ряху.
— Опять контрабас?
— Покруче. Наши отжали в промзоне старую автобазу и взяли трофейный БТР!
Контрразведчик тут же позабыл про пиво. Перед глазами у него встал прайс-лист. Точнее, приложение к приказу Министра обороны.
— Это же сто пятьдесят тысяч премии!
— Уже двести! — проявив неожиданные познания, уточнил кум. — У меня через три дня ротация, если все успеем оформить, то сразу в Киеве деньги и получу…
Месяц назад они такой гешефт уже провернули. Не с БТР-ом конечно. Заказали местным уркам радиостанцию, те украли ее у сепаров, принесли. Контрразведчик провел как спецоперацию, главным исполнителем поставил кума. Обоих подали на награждение плюс баблишка подкинули. Но то были мелочи, а вот сейчас…