Александр Сухов – Чернокнижник #2 (страница 12)

Тьфу ты, размечтался и не заметил торчащую из-под земли арматуру, в результате, зацепившись ногой, едва не шлепнулся в грязь на глазах у своих зомбаков. Им-то по барабану, а мне было бы не очень приятно навернуться, в моральном, разумеется, плане.

Первым делом посетил сарай, в котором хранился цемент и другие стройматериалы, нуждающиеся в защите от осадков, и наложил на содержимое мешков нужное заклинание. Затем те же самые манипуляции совершил с кучей недавно доставленного щебня.

Затем подошел к краю котлована и окинул взглядом результаты труда моих строителей. А неплохо, скажу вам. Не Вардха-Нархал, разумеется, но по местным меркам оченно даже неплохо. На дне ямы уже вырисовываются архитектурные элементы будущего подземелья. Все межкомнатные стены, лифтовые шахты, вентиляционные каналы выкладываются из полнотелого кирпича, не препятствующего циркуляции маны внутри подвальных помещений, но магически усиленного до прочности, сопоставимой с гранитом. В качестве межэтажных перекрытий планирую использовать аэродромные авиационные плиты ПАГ-20, их уже доставили на участок в необходимом количестве. А вот пол цокольного этажа моей резиденции будет залит магическим бетоном для препятствия утечки маны во внешнее пространство.

Оставшись довольным результатами визуального осмотра, я спустился с помощью лебедки на дно котлована для магической фиксации готового участка стены. Заодно и бетономешалки «благословил» магией, чтобы не подвели в самый неподходящий момент. Оно, конечно, мои неживые хлопцы и безо всяких приспособлений способны горы свернуть. Но зачем их сворачивать, когда под боком имеется электричество, а парочка подержанных кубовых бетономешалок вместе со всей прочей б/у техникой обошлись мне достаточно дешево.

Вернулся обратно к автомобилю выжатый как лимон. Периодические опустошения Источника хоть и полезны для его развития, но чувствуешь себя после этого, будто тебя прокрутили в той самой микс-машине для производства магического бетона.

Спустя сорок минут неспешной езды я был на автомобильной парковке у своего московского жилища на улице Митинской. Вышел из автомобиля, и уже, было, собрался направиться к входной двери, меня окликнул сидевший на лавочке сосед-пенсионер Митрич, мужчина за семьдесят великий любитель поболтать под рюмку «беленькой»:

- Жозефыч, подь сюды, - хрипловатым прокуренным голосом обратился ко мне Коржов. – Пообщайся с простым народом.

Признаться, чувствовал себя после откачки маны не самым лучшим образом и в связи с тем, что оба лифта нашего подъезда вот уже как месяц находятся в состоянии ремонта, ползти на шестой этаж на собственных ходулях как-то не очень хочется. Ладно, раз «простой народ» приглашает, посидим, пообщаемся, организм за это время придет в более-менее нормальное состояние.

- Добрый вечер, Родион Дмитриевич! – Поприветствовал пенсионера.

Присел рядышком на деревянную лавку и откинулся на спинку. Неожиданно в памяти всплыл недавний случай. Вечерняя пора на дворе, часов семь, я готовлю на кухне ужин. Вдруг в распахнутое по случаю хорошей погоды окно влетает мат-перемат любителя посидеть на лавочке. Как оказалось со слов пенсионера, «проклятые чуреки» покрасили его любимую лавочку и лично его об этом не предупредили. Вот он сослепу, да под легким перманентным шофе и присел на свежую краску. Шуму было по этому случаю. Пенсионер потребовал от управляющей компании денежную компенсацию за испорченный костюм. Дело дошло до судебного разбирательства. В результате слушаний Карягину удалось отсудить не только стоимость безвозвратно потерянных пиджака и брюк, вдобавок получить нехилую денежную компенсацию «за потрепанные нерьвы».

- Илем, стопочку беленькой, не изволишь ли принять с устатку? – предложил пенсионер, глядя на меня своими мутными глазами.

- Спасибо, Митрич, знаешь же, что не пью, и всякий раз предлагаешь.

- Потому и предлагаю, ибо знаю, что откажешься. – Ухмыльнулся старый пень. – Оно ведь эвон сколько кругом халявщиков шастает. Этим только намекни, вмиг налетят. А водки на всех не напасёся. Ладно, раз не хочешь, я махну, так сказать, и за себя, и за того парня, то есть за тебя. Не возражаешь?

- А с чего бы мне возражать? Я не из полиции и не из каких-либо еще карательных органов, так что за распитие напитков в общественном месте арестовывать тебя не в моей компетенции и доносить не стану, без меня доносчиков пруд пруди.

- Эт точно, на днях бабка Морковкина ментов вызывала по мою душу. Мстит мне старая лярва, что после смерти моей Варвары не сошелся с ей в законном, значица, браке. А она, скажу те, по секрету, самая, что ни на есть натуральная ведьма. Может она своим недобрым глазом и свела в могилу мою Варечку.

После этих своих слов старик даже прослезился, но, приняв на грудь очередную «граммульку» и затянувшись сигаретным дымом, довольно быстро вернулся в свое обычное состояние нетрезвого благодушия.

Что же касательно пожилой пенсионерки Василисы Григорьевны Морковкиной, никакого чародейского дара я у нее не обнаружил. Стерва, конечно, еще та, но все-таки, не колдунья. Однако озвучить Митричу свои умозаключения не стал.

- Ты это, Митрич, поменьше бы пил. Как дипломированный врач, скажу тебе, что печень твоя никуда не годится, почки вот-вот отвалятся, сосуды основательно забиты никотином, а что творится в твоих легких, таки оттуда можно нефть качать баррелями. А жив ты, Родион Дмитриевич лишь благодаря своему природному здоровью, которое бездарно разбазариваешь.

- Ладно, не ворчи, дохтур. Может, я и сам хочу побыстрее избавиться от всей этой земной тягомотины. Может, на Том Свете со своей Варенькой хочу встретиться побыстрее. – И перейдя на шепот продолжил: - Я те, Жозефыч, как на духу скажу, если б не смертный грех самоубийства, давно наложил бы на себя руки. Вот только, опасаюсь, что после этого меня в Ад сошлют, и в загробной жизни мы с моей праведницей уже никогда не встретимся. – Налив в свой стакан очередную «граммульку беленькой», Родион Дмитрич опрокинул содержимое в свою бездонную глотку. И, хрустнув соленым огурцом, неожиданно переключился на обсуждение совершенно иной темы: - Ты, Илем, в курсе, сколько в середине девяностых стоила трешка в нашем районе? – Не дождавшись от меня ответа, тут же выдал: - Двадцать тыщ зеленых, что по нонешним временам всего-то порядка милльёна. Я тогда начальником участка в Метрострое работал, получал нехило. С Зайковым, Прокофьевым, Поповым и Лужковым бывшими мэрами ручкался. А вот с Собяниным не довелось, на пенсию отправили еще при Юрии Михайловиче по старости. Знать бы, что так обернется, не в «МММ» Мавроди деньги отнес, а купил еще одну квартиру или две. – Насчет потери денег в девяностых годах прошлого века Карягин мне уже поведал и неоднократно. Ну что сказать по этому поводу? Я ничуть не удивлен, человеческая, да и нечеловеческая глупость всех прочих разумных существ соизмерима с их жадностью и не только в этом мире. Так что, конторы, заточенные на оболванивании разумных, существовали, существуют и будут существовать и ничего с этим не поделать. Тем временем Митрич продолжил развивать свою мысль: - Будь у меня еще хата, продал бы и стал бы мильёнером… Кстати, ты в курсе, сколько по нынешним временам стоит квадратный метр даже в нашем Митино? Впрочем, что я спрашиваю, разумеется, в курсе, ведь ты же еще совсем недавно приобрел жилье в этом районе.

- А для чего тебе деньги, Митрич? Сам только что распинался, что на этом свете задерживаться не собираешься. На водку и закусь тебе и пенсии хватает за глаза. Живи себе в собственное удовольствие и не забивай голову мыслями о миллионах. К тому же, детей у тебя нет, а жить тебе осталось от силы пара лет. Кому после твоего ухода из жизни достанется всё твое имущество и финансовые накопления?

- Зря ты так, паря, с мильёнами как-то спокойнее. Лежат себе в банке, душу греют. А насчет наследников, у моей родной сестры из Нижневартовска сын есть, Николай. Хороший, скажу те, парень, с головой, аспирантуру заканчивает в Новосибирске по легочным заболеваниям. Помру, ему квартирка и достанется и денежки, что на моем счете хранятся. Парню по младости лет подспорье. Глядишь, свечку на пасху, или еще какой церковный праздник поставит в храме перед образами, молебен закажет за упокой раба грешного Родиона Дмитриевича Карягина, и вообще, хоть какая, но все-таки память.

На этом наша беседа с алкашом-пенсионером подошла к своему логическому завершению. Я почувствовал, себя значительно лучше. Поднявшись с лавочки, попрощался со стариком и направился домой. Родион Дмитриевич не внял моим словам насчет вреда на организм алкоголя и никотина. Этот пока в бутылке булькает не успокоится. Благо тихий, песен не распевает по пьяной лавочке и ругается исключительно с Василисой Григорьевной Моркрвкиной, которую совершенно безосновательно обвиняет в преждевременном уходе из жизни своей любимой супруги.

Остаток вечера занимался готовкой ужина и просмотром телевизора. С интересом посмотрел в очередной раз «Женитьбу Бальзаминова». Всё-таки могут снимать достойное кино, когда захотят. После удачной женитьбы Михайло Дмитриевича Бальзаминова на Домне Евстигнеевне Белотеловой начались новости. Их я смотреть не стал. Выключил телевизор, принял душ и отправился на боковую.