Александр Стрельцов – Тайна Инферниса (страница 62)
Кульминацией вознесения стал пронзительный крик, ошеломивший игроков по обе стороны баррикад. Аватара открыла глаза и опустила свой взор на отступающее войско. Жидкое пламя хлынуло из выжженных глазниц и сияющих стигмат, густыми огненными потоками срываясь вниз. Лавун трясся так, что я с трудом удерживал равновесие. Первая волна божественной силы прижала меня к земле разбивая вдребезги профильный «Щит Лавы». Воздыхание, или то, во что она превратилась, яростно пульсировала, содрогаясь в безмолвной агонии. Эманации божественной мощи накрывали ряды защитников испепеляя самых слабых, и заставляя более сильных пасть в пепел. Хилы захлебывались кровью, пытаясь удержать умирающий рейд. Дружок испустил дух почти сразу и повинуясь наитию, я нырнул, прикрываясь его могучим металлическим телом. Нестерпимый жар покрывал кожу волдырями. Зелья и свитки расходовались одно за другим, излечивая и усиливая меня. Дикий не выдержал божественного гнева и вспыхнул, на моих глазах превращаясь в пепел. Погасли иконки Эннина и остальных ребят. Светильник в изнеможении рухнул рядом, отчаянно сопротивляясь божественной магии. Останки Дружка раскалились до бела и начали плавиться. Жидкий металл срывался с остова конструкта и с шипением врезался в броню, оставляя черные опалины. Последняя линия обороны защитников пыталась выставить магические щиты, но те взрывались, не выдерживая чудовищного урона. Рейд умирал у меня на глазах.
— Сочтемся, — прохрипел Светильник растрескавшимися от зноя губами, криво ухмыляясь.
В руке жреца тускло блеснул изящный кинжал с крупным драгоценным камнем. Одним ловким движением Свет порезал правую ладонь и окровавленной рукой перехватил кинжал. Вокруг лезвия появилось золотистое сияние. Хищно оскалившись, жрец с силой вогнал кинжал себе в грудь и тот испарился будто его и не было.
Игрок Светильник умирает!
Бог Яхве принимает подношение!
Срабатывает божественное заклинание «Праведная Жертва: Закон и Порядок»!
Я с ужасом наблюдал за суицидом Светильника и не сразу понял, что происходит. Поле боя накрыл туманный саван, укутывая игроков и их соратников в серебристые коконы. Туман вспыхивал и угасал, поглощая мощные эманации гнева Астарты. Небеса озарили золотистые лучи, словно в Инфернисе внезапно взошло солнце. Игроки начали оживать, воскресая из мертвых, подбирая выпавшее снаряжение и возвращаясь в строй. Не сдержав внезапный порыв любопытства, я взглянул на поле призрачным зрением и обомлел. По полю шли десятки призрачных дев. Касаясь павших, они возвращали их к жизни. Дух Светильника стоял над своим телом и совершал витиеватые пассы руками, словно дирижируя оркестром. Я никогда раньше не видел души игроков, это было странно и немного пугающе. Наконец, жрец сыграл свой финальный аккорд и саван взмыл в небеса, формируя гигантское белесое копье, окутанное всполохами золотистых молний. Снаряд выстрелил, пронзая пылающую аватару Астарты. Сила божественного удара была такова, что копье прошило кровавого ангела насквозь и с чудовищной силой вонзилось в ряды альянса «Эвергрим», безропотно ожидающих своего часа позади огненной девы. Игровой лог взорвался десятками строк о смертях и увечьях. Лавун сильно вздрогнул и опасно накренился. Терпение зверя подошло к концу, и он решил встать на дыбы. Земля под ногами развезлась и из глубоких трещин вырвалось ослепительное голубое пламя. Мне пришлось выхватить Раззар и с силой вогнать его в грязную почву, чтобы хоть как-то удержать равновесие.
Копье Яхве исчезло. Кровавый ангел медленно падал вниз, рассыпаясь искрами и истаивая на лету. Божественные силы покинули Инфернис, и Зверь начал успокаиваться, вновь погружаясь в огненную пучину. Огнежоры, Последний Бастион, Девятый Вал и Солдаты Удачи разразились победными криками. Орда защитников бросилась на охваченные паникой остатки армии Эверов.
Честно говоря, я пребывал в прострации. В голове роились тысячи вопросов. На кой черт альянсу «Эвергрим» штурмовать Оплот Огнежоров растрачивая огромные ресурсы? Откуда у Светильника такая мощная связь с Божеством? Я конечно, подозревал, что он крут, но зачем жрец использовал божественный спел? Ведь он не только заплатил высокую цену, но и показал всем свои возможности, а такая информация в Сфере ценится дороже золота. Да и вообще, почему жрец связан с Владыкой Небес?! Ведь покровительницей светлых лекарей считалась Мелисса, дочь Яхве. Уж не схитрил ли мой старый приятель, умалчивая об истинной причине своего прибытия в Инфернис? Чую кое-кого ждет допрос с пристрастием!
Пока остатки Эверов, поджав хвосты, пытались спешно покинуть остров, наши бойцы весело и планомерно орошали землю их кровью. Я отправился на поиски Катари. Не на шутку разыгравшаяся интуиция, подсказывала мне, что фурия находится где-то в крепости. Оседлав птичку я в два счета оказался на центральной площади Оплота Огнежоров. Вокруг царил полный хаос, спесивый нрав Зверя превратил в руины большую часть построек, а огромный голубоватый кристалл посреди площади пошел трещинами и частично осыпался. Ни Катари, ни Асгрида нигде не было видно, странно, неужели я ошибся? Зато по дороге мне удалось выцепить Дикого и Кормилиуса. Маг был по уши доволен своей жертвенной ролью в победе над врагом. А вот после моей «выходки» в пылу сражения, из командного чата меня с треском выкинули. В личку тоже никто отвечать не спешил. Пожав плечами, я пригляделся к огромному матовому кристаллу, что-то не давало мне покоя. Сквозь крупные трещины кристальной породы я разглядел контуры какого-то монолита. Интересно. Озабоченно оглянувшись по сторонам и не заметив никого, кто мог бы дать мне по шее, я со всей дури ударил мечом по покрытой мелкими трещинами породе. Издав звонкий треск, на землю в метре от меня рухнула крупная голубоватая глыба, обнажая сокрытое внутри сокровище.
— Твою же мать, — тихо произнес Дикий, оглядывая отрытое мною нечто. — Об этом Огнежоры, насколько я понял, не упоминали.
— О большой каменной хреновине? — деловито осведомился Кормилиус. — Нет, не упоминали.
— Это то, что я думаю? — спросил я у мага, проводя рукой по вычурным росписям, высеченным на камне.
— Что вы здесь делаете?! — взревел Асгрид вылетая из седла своей виверны, не дожидаясь пока та приземлится. — Вас сюда не звали, пошли вон!
— Полегче воевода, у нас с тобой договор, мы имеем полное право быть здесь. Ты сам нас позвал, — довольно улыбаясь ответил я. — Так что чисто технически нам не только сюда можно, но и нужно.
— Грязный дво-о-о-орф! — восхищенно протянула Катари, спешиваясь со своего дракона. — Я впечатлена! И давно у тебя в кармане пылится вход в Хелт Алкор? Не думала, что у Огнежоров могут быть такие секреты.
— Секреты?! Да теперь каждый идиот об этом знает! — взорвался Асгрид, отталкивая нас с Диким. — Кто вас просил сюда лезть, а? Дела моего клана вас не касаются!
— Зато теперь я кажется понимаю истинную причину заинтересованности Эверов в Огнежорах, — усмехнулся я, озаренный внезапной догадкой. — К тому же эти ребята ясно дали понять свою сильную связь с богами Бездны. Не удивлюсь, что Боги перешли к активным действиям, вы же качаете эллур похлеще нашего!
— И понятно откуда у этого хлыща деньжата, — шепотом заметил Дикий, косясь на монолит. — Фарм Хелт Алкора одно их самых прибыльных дел в Сфере!
Асгрид недовольно сверкнул глазами, но промолчал. Иногда молчание красноречивее тысячи сказанных слов. Кажется, мы попали в точку.
— Надо было лучше прятать свое сокровище, — рассмеялась Катари, бросая пронзительный взгляд на раскрасневшегося Асгрида. — Сколько берешь за вход, шеф?
— Вашей своре путь сюда заказан, — отрезал лидер Огнежоров, беря себя в руки. — Даже если бы я дал вам доступ в Бесконечные Пути, сомневаюсь, что вам хватило бы сил зачистить хотя бы одну аномалию. У вас шмот с эстелью есть? Нет? Свободны!
— Что правда, то правда, без эстели нас там на клочки порвут, — резонно заметил Дикий, стараясь не попадаться на глаза возбужденному дворфу.
— Я бы не была так категорична, — ведьма с укором взглянула на Асгрида. — Ты мог бы на этом неплохо навариться, я готова хорошо заплатить.
— Нет — это простое слово из трех букв, что непонятного? — огрызнулся Асгрид, с досадой пиная отколовшийся кусок кристалла. — А сейчас вам пора уходить. Крайне рекомендую не трепаться о том, что вы здесь увидели, иначе нашей сделке придет полный и безоговорочный конец. У меня есть и другие союзники.
— Как будто бы никто и не догадывается, — снисходительно фыркнула Катари и мимолетом задержав на мне взгляд, отправилась восвояси. Кажется, фурии немного полегчало, но я чувствовал, что напряжение между нами все еще сохранялось.
Асгрид же недвусмысленно намекал на бойцов Солдат Удачи и прочих наемников, выступивших в этой схватке на стороне Огнежоров. Подумав об этом, я вспомнил про Грома. Колебался я недолго и уже через несколько минут нашел храброго воина за пределами разрушенной стены Оплота.
— Без тебя, что, ни одна заварушка с участием богов не обходится? — хохотнул Гром, завидев мою скромную персону. — Везучий ты салага, ни дать, ни взять! Ну чего жмешься? Подходи, дай обниму побратима!
— Да я вот думаю, насколько ты рад меня видеть, — с толикой сомнения в голосе произнес я, неспешно приближаясь к гиганту. — Помнится разлучило нас совсем не благоприятное стечение обстоятельств.