Александр Стенников – Саномания (страница 1)
Александр Стенников
Саномания
Пролог
Посвящается моей любимой бабушке Евдокии Алексеевне Третьяковой
Глава 1
СОВСЕМ НЕ ДЕТСКИЕ ВОПРОСЫ…
Лето. Это было последнее лето моего проживания у бабушки в деревне. Осенью я пойду в первый класс, поэтому уже скоро за мной приедут родители и увезут в далёкий Казахстан. А пока лето продолжало радовать жаркой погодой, тёплой, летней грозой, разнообразием деревенских, детских дел. Но с каждым днём мы росли и как нам казалось – взрослели, исходя из этого, в голове начинали возникать совсем не детские вопросы…
– Сано, привет! – из калитки появился мой друг Колька – Пузан, («Пузан», это его прозвище. У него большое пузо, от чего рубашка на этом месте не сходилась, поэтому две пуговки были всегда расстёгнуты). Он не просто появился, он как вихрь ворвался в калитку и сходу задал мне вопрос в «лоб»: – Помнишь, давеча ты спрашивал у меня, приходят ли мне в голову взрослые вопросы или нет, я тогда отшутился. А вот сейчас хочу у тебя спросить, как это так получатся, что все деревенски девчонки в тебя влюблены? Мне ж обидно…!
– Ну, прям все?
– Да, все трое… Но эт, я тебе по секрету. Сеструха моя, Зойка, проговорилась.
– Коля, а что эт значит, влюблены?
– Спорют, даже ссорются, кто из них за тебя замуж пойдёт…
– Колян, так я, замуж не собираюсь. Хотя, ой, мужуки же женются… Ну, даже и жениться! Все одно, как-то рановато… Пойдём Коль на твою лавочку, под тополем посидим не долго, а то бабуля мне каку-то работу придумала. – мы уселись в тенек под нашим любимым деревом. – Давай, Коль, для начала все распознаем! Например, откуда берётся эта самая любовь, как люди находят на ком жениться? Ты поспрашивай у родителев, у бабушки своей, и я поузнаю, а потом уж и решим, вообще, а нам это надо?! Кстати, я с няней Лидой уже говорил за любовь, и она рассказала про папу с мамой, как они встретились и поженились. Вот, слушай, со слов Лиды: – «Витя с другом приехали из Комсомольска (это соседняя деревня) к нам в Копырино работать. Практика какая-то у них, после училища. По распределению к нам и попали. Ну, и, как обычно, вечером, все в клуб пошли, на танцы. Куда ж ещё? И видят идущих впереди две девушки. Папа твой (то есть мой) и говорит другу: «Давай с ними познакомимся, твоя – с
лево, моя – с право». – Шура (моя будущая мама) как раз и оказалась с право. Так они и познакомились. А посля уж и любовь к ним пришла. А коли любовь, то уж люди жить друг без дружки не могут, вот и поженились.»
– Нянь, ну а как папка-то мог угадать, что моя мама с право?!– удивился тогда я…
«А всё в руках Божьих, как говорит наша бабуля – Авдотья Алексеевна, все от НЕГО!» – ответила тогда няня Лида. Вот такая история про любовь, Пузан…
– Сано, это хорошо, что твой папа Витя угадал, с какой стороны шла мама Шура, а то навряд ли сейчас, мы с тобой бы разговаривали…
– А что бы нам помешало?
– Да очень просто, тебя вовсе могло бы и не быть на этом свете!
– Точно, Колька, вот какой я счастливый! Уже дважды! Ещё, мне бабушка сказывала, что я в рубашке родился.
Вот на этом месте хочется уточнить. Почти каждый, кому я б не рассказывал, что родился в рубашке, спрашивали: «В клеточку или в полоску?» Но «Пузан» тогда сказал: – Сано, вот скажи, почему мы не помним того, что уже десять раз рассказывали друг другу какие-то истории? Поэтому я не буду спрашивать у тебя в какой рисунок была та рубашка, в которой ты родился…
– Колян, это образно так говорят! А на самом деле в плёнке в такой, как в пузыре и мёртвый, меня еле-еле оживили. Поэтому и называют счастливчиком, что живу, а могли б и не откочать… Ну ладно Коля, не будем, о грустном. Пошли по домам! Давай, до завтра.
Подходя к калитке дома, я увидел, как со стороны колхозной канторы на меня надвигается дождь. Было какое-то чудо; на небе, вроде ни облачка, жара стоит несусветная, прям пекло! И тут дождь! Самое не понятное, у дороги, дождь взял и остановился! Я подошёл ближе. На расстоянии вытянутой руки от меня, дождь лил как из садовой лейки, а на меня ни одной капельки не упало, так стоит стеной и льёт! Я засунул в дождь ладошку, она мгновенно наполнилась прохладными и очень крупными каплями. Тогда я снял сандалики и босиком стал носиться под дождём, иногда выныривая из него, каждый раз удивляясь, невероятному событию в моей жизни. В одно мгновенье, дождь исчез, оставив после себя на дороге тёплые лывы. Улыбаясь самому себе, я взял в руки сухие сандалии и мокрый как курица, потащился домой. Осторожно, чтоб не скрипела, отворил калитку. Бабушка, на огороде пропалывала грядки. Я стал подкрадываться, чтобы её испугать по шуточке, но наступил на сухую веточку, она хрустнула и выдала моё присутствие.
– Сано, напугал меня, окаянный! Как ты вовремя, хотела уж идтить, тебя искать. Полкаете целыми днями по деревне-то, чем хоть занимаетесь? – не отрываясь от грядок, выговаривала Алексеевна, – Забежал бы хоть, пообедал! А то, как с утра удул, вона уж солнце дальше зенита!
Взглянув на меня, промолвила с удивлением, – Сано, а что с тобой стряслось? Ты пошто такой мокрый?! С мостков, что ли в озеро свалился?
– Бабуль, да ты ж и не поверишь, я сейчас видел чудо, и даже в нем участвовал! А мокрый, от того, что бегал под дождём!
Авдотья Алексеевна, в недоверии, покачивая головой, посмотрела на небо, по сторонам и молвила, – Санушко, вот только давай без фантазий, какой дождь?! Небо, к сожалению, чистое, вона огород изныват без влаги, уж каку неделю!
– Баб, тута не было, а тамо, за оградой, прям у дороги, дождь и стоял!
– Так дождь не стоит, голуба моя, дождь идёт!
– Да в том-то и чудо, баб! Дождь надвигался, надвигался на меня, а как дорогу перешагнул, так стеной и остановился! Сначала я стоял совсем рядом, ничего не понимая, а потом уж интерес меня взял, радостно так, тогда и намок! А хорошо баб, в таку жару бегать под дождём, его было так много, прям глаза заливало! Я вовсе не боялся, не гроза же! Ни грома, ни молнии, и такой он был добрый, тёплый, он играл со мной. А я, то забегу в него, а то выскочу. Баб, а баб, а ты бегала когда, под дождём, ну…босиком?
Бабушка стояла напротив, руки в боки, передник одним краем на половину заправлен за пояс. Платочек завязанный на макушке сполз на левое ухо как у пирата, смотрела на меня и с понятным мне не доверием улыбалась во весь рот одним оставшимся во рту зубом…
– Бабуль, да вот, видишь и сандалии мои, сухие! Да и лывы, вона на дороге, не веришь, сходи и убедись, – обиженно выговорился я…
Через некоторое время, с удивлением на лице, разведя руками, Авдотья Алексеевна вернулась с улицы, – ладно Сано, не обижайся на старую, что не поверила, и правда – чуудоооо… Иди, переодень, мокру-то одежу, да обедать будем…
После обеда, мы с бабушкой любили посидеть на пороге, подставив солнышку свои лица…
– Бабуль, вот скажи, – начал я из далека подходить к главному вопросу разговора, – я тута стал замечать, что все вокруг растёт, живёт и все по два. И вот сейчас даже, посмотри, одна стрекоза гонятся за другой, вона гусь наш нахохлился и ходит так важно за гусыней, и в песне я слышал по радио, – «Даже тонкая рябина хочет к дубу перебраться», баб это любовь?
– Да, Санушко, это любовь… А ты помнишь продолженье песни про рябину?
– Помню, там дальше…, – я встал, развёл руки в стороны и запел громко на весь двор, – «Но нельзя рябине, к дубу перебраться, знать судьба такая, век одной качаться…» Бабуль, если рябина полюбила дуба, почему ей нельзя к дубу перебраться и жить вместе?
– Быват и так Сано. Да и живёт дуб-то, ты вспомни, через дорогу, да ещё за рекой широтной. Дуб сильный, большой, красивый, есть за что его полюбить, только у него семья, целая дубрава и корни глубоко в землю ушли. Да и у рябинки корни, рванула бы, да не пускают, вот и остаётся им только поглядывать друг на дружку да вздыхая, душу свою рвать.
– Тогда, бабуль, где ж тут любовь? Если невозможно быть вместе, что ж их может соединить, ведь они на разных берегах?
– А любовь, она разная, у каждого своя… И у дуба с рябиной, Сано, как и у всех влюбленных – разноцветная, как радуга. Так вот, их любовь – радуга, перекинув себя от одного берега к другому, и соединяет их. И текут по этой радуге туда и обратно разноцветные чувства, будоража и насыщая, отдавая и принимая, иной раз с болью, что иначе невозможно, а все больше с мгновениями счастья. Такая вот, Сано, печальная песня о любви…
– А я думал, что так быват только у людей, которые смотрят через дорогу на горящие окна любимой, да вздыхают. Баб, а человеку обязательно нужна любовь?
– В человеке, Сано, столько понамешано! Разные чувства в нас есть. И хорошие: доброта, милосердие, сострадание, скромность, великодушие…да много еще, чего доброго. И плохие качества, как: зависть, ненависть, злость, презрение, вранье всякое и предательство… А вот любовь, она даётся человеку Богом, как ДАР, и не кажной ещё этот дар получат…
Что бы жить плодотворно, всему на свете, нужно главно: солнце, воздух и вода, а человеку, ещё и – любовь… Для человека без любви и не жизнь это, мытарство одно. А быват, и есть любовь, а токмо однобоко живёт в твоём сердце, безвозврату, да голову беспрестанно точит. Так от любви ентой, не взаимной, мука одна, хоть и сладкая, а все одно – выть хочется, на луну по ночам. Потому как, любви выход нужен, для неё два сосуда нужны, чтоб ента любовь переливалась из одного в другой, от кипения до озноба телесного… Да хоть и так, пусть даже не взаимна, в любом ЕЁ проявлении – есть своё, особенное счастье… А без любви, человек пустой как барабан обтянутый кожей. Все в жизни природы: и у животных, растений, птиц, букашек разных, и конечно же у человека, нацелено на продолжение рода. А что бы потомство было сильным, здоровым и красивым, нужна любовь, потому как без любви, ничего хорошего в этой жизни не получатся. Вот ты и сам заметил, гусь важный, ты сказал, нахохлился, потому как, хочет показать гусыне какой он сильный, надёжный, какие у него серьёзны намеренья. Так он ухаживат за ней, оберегат, не даёт никому даже приблизиться, хочет понравиться ей. Коли она полюбит его, у них появятся маленькие, жёлтые, пушистые гусятки…