Александр Стаматин – Таксист в Междумирье (страница 11)

– Смекаешь на лету. А теперь подумай – почему именно они хозяева?

– Из-за происхождения?

– Мимо, – качаю головой я. – Подумай, вот ты будешь платить мне чем?

– Своим временем. Правда, у меня его нет, да и вряд ли много… ааааа, – усмехается пассажир. – Альвы бессмертны.

– Технически – нет. Просто у них десяток тысяч лет уже заложен Первосоздателем или бес знает чем ещё. Поэтому могут позволить себе тратить его и планировать прибыль вдолгую. К тому моменту, как альв должен пойти по нулю – его фирма приносит бешеную прибыль.

Виталий кивает и остаток поездки до Бухты прибытия тихо молится. Не вышло у меня чего-то его приободрить. Ну да ладно. Свои пару недель за него я получил, так что можно и немного выдохнуть.

– Проложи место в самую лучшую кофейню на западной окраине центрального Архипелага, – весело прошу я, когда инспектор по новоприбывшим догружает мне последние минуты.

– Не догружу. Тебе важное сообщение пришло.

– Прям настолько важное?

– Прям настолько.

СООБЩЕНИЕ от: Консорциум Сангвиум

Автор сообщения: Дефо

Текст сообщения: 18 атолл. Встреча в твоих интересах.

Приложения: скан_расписки.pdf

Тэги: деньги, кровь

Что ж. Я рассчитывал, что встреча с Дефо будет попозже, когда месяцы долга начнут задерживаться. Видимо, до него начали доходить слухи, что его лошадь пашет как не в себя – и он начинает подозревать, что Иван Иванович умудрился где-то прогореть.

– Не стоило мне брать ту нору, – морщусь я. Основа наших взаимоотношений с кровососом – взятые взаймы тридцать лет, которые я выплачиваю по два месяца в месяц. Их я взял ради модульного бунгало на одном из живописных атоллов восточного архипелага.

– А если сдашь обратно, может тебе вернут хотя бы часть потраченных лет?

– Именно что часть. А пока мы с тобой уверенно работаем на выплату. И ладно бы просто работали – уже отработали девять лет. – Я молчу, плавно выворачивая уходя в поворот над очередным проливом. Мне грозят кулаком с лодки, и в ответ я только газую, поднимая водяную пыль с поверхности океана. Брызги окатывают и лодку, и лобовуху «Малышки».

– Обязательно было так делать? Морская соль вызывает коррозию, ты в курсе?

Я смеюсь в ответ.

– Вообще не обязательно. Зато хоть настроение себе поднял перед встречей с зубастиком.

Атолл № 18 – это шрам на лице океана. Не остров, а свалка, куда магией сметают весь хлам центра Междумирья. Миры выбрасывают из себя куски земли, асфальта, людей и нелюдей, но кроме полей, сёл и лесов иногда вываливается полный хлам: старые заводы, трущобы и куски малоэстетичного камня. Всё это сметают в кучку и называют атоллом. Через лет пятнадцать какой-нибудь «Кристалл» или «Нибулон» вытащат всё ценное руками пройдох, магией смешают почву и воткнут очередной жилой массив, но сейчас это дыра, на которой из жизни только спасательный пост для «плавунов», выкинутых посреди глухомани.

Будь я побоязливее, то предложил бы встретиться где-нибудь в более цивилизованном месте. Но Дефо пиететен в деловых вопросах, хоть и не очень любит освещение – и встречаться в дырах стало делом привычки. Так что я веду «Малышку» низко над свинцовыми волнами, и она ворчит на каждом порыве, ненавидя каждую секунду этого рейса. Впереди вырастает его силуэт: не башни, а гнилые зубы ржавых вышек и полуразрушенных доков. Бр-р, тоска

Воздух здесь, прямо скажем, не как в Кавминводах и даже не на Лаго-Наки. Смесь соляной взвеси, вони чего-то топливного и сладковатого душка остаточной магии. Холмы «Восемнадцатого», ощерившиеся какими-то обломками стен, скрывали в себе много иномирного дерьма – и мало кто желал посещать такое место. Ну, по крайней мере без костюма химзащиты. И дальше вооон того квадрата ржавого железа – посадочной точки.

– Только не говори, что нам нужно садиться именно там, – тоскливо стонет «Малышка».

– Могу вбить посадочное задание клавиатурой, чтоб ты села на голую землю и откинуться назад.

– Вариант с посадочной просто прекрасен! – с подчёркнутым энтузиазмом отзывается такси.

– Целься, дорогая. Поболтаем со старым приятелем, хряпнем «на ход ноги» и разбежимся работать.

Садимся. Удар. Вибрация. Тишина, нарушаемая только воем ветра и далёким скрежетом металла.

– Гостеприимно, – говорит Малышка, глуша двигатель.

– Ага. Прямо как в Суворовском жилмассиве.

– Сканеры говорят, что в тени фигура. Выдать тебе что-то из конфиската?

– Серебро есть?

– Я бы сдала его в ломбард, если бы нашла, – язвит такси.

– Тогда забей. Дефо, вылезай! – кричу я в открытое окно и вылезаю следом. – Не ел я чеснок в этот раз, мамой клянусь!

Фигура в хреново подогнанном костюме-тройке неохотно, мелкими шажками, вылезает в полумрак. В отблесках фар становятся видны острые уши и бильярдная лысина.

– Мирра и фмы фебе, Ифан.

[– Стандартная формула приветствия тебе, Иван.]

– Мира и тебе, старый хрыч, да любви в гробу и после него.

Дефо – самый, что ни есть, вампир. Точнее – носферату. Понятия не имею, в чём они отличаются от обычных кровососов физиологически, но в этой реальности они в триста раз уродливее стереотипных принцев из романтических саг, а их дикция хуже обычной раз в пятьсот. С торчащими частоколом зубами не выговоришь «шерше ля фам» или там «Гжегож Бженчишчикевич». Даже «рыбка» вынуждена подумать, прежде чем перевести его обороты.

Мы не ручкаемся. Не к месту. Когда пришла в голову безумная идея о тихой гавани – пришлось обращаться к кредиторам. А носферату одни из лучших кредиторов. Если бы в залог не брали кровь. Причём, скотины этакие, берут по хитрой схеме – при несдаче месяцев обязуешься сдавать кровь несколько лет, пока не откинешь копыта.

– Я сфыфаф, фто у фебя мнохо рафоты. Пррррофлемы?

[– Я слышал, что у тебя много работы. Есть какие-то проблемы?]

– Дефо, брат, я рад что ты беспокоишься о моём здоровье. Но проблемка только одна и она стоит передо мной.

– Уфку ефвф фто ли? – дергается лысая башка.

[– Какая именно? Никак не могу взять в толк.]

– Я не вижу у тебя шеврона «Налоговая служба». Или «Патруль времени». Или «Кристалл». В принципе ты не относишься ни к одному из тех кланов, которые извращённой волей местного первосоздателя имеют право залезать мне в карман.

– А фы ффафныф мафыф. Я фы фефя пофафиф команфофаф рафами. Но фофк эф фофк.

[-Выражаю великое почтение к твоим финансовым талантам. Но вынужден настаивать на независимом аудите твоих задолженностей.]

– Я вроде бы уже оплатил что нужно было. Следующий платёж только через месяц. Есть подозрения, что не смогу платить больше?

Дефо разводит сцепленные руки в стороны и жмёт ими. Видать, подсмотрел в одном из наших фильмов.

– Я фолфжен дифефффициффровать риффиски. Я фелофой вампир, а не фкафкой-фто фтам Фкаллен.[– Я обязан распределить угрозы по разным корзинам. Я вампир-предприниматель, а не какой-нибудь представитель клана Калленов.]

– Какая тебе, острозубый, разница? Месяцы капают, проценты крутятся. Все довольны, правда?

Носферату вздыхает, словно имеет дело с маленьким ребёнком. Впрочем, с его высоты все мы такие. Даже эльфы.

– Фоюффь я, Ифан, фто фругие фредифтофры фдоберутффся фдо фтебя.

[– Страшусь я, уважаемый и досточтимый Иван, что иные собиратели долгов доберутся до твоего горла раньше меня.]

– Мне хватает и твоей киношной рожи. Это всё, о чём хотел потолковать?

Дефо кивает. Спасибо, предупреждение принято.

– Еффли фоиффьфся профффрочить фолг – проффто привефи фо мне однофо из «плыыфунофф», и мы буфем ф рафчоте!

[– Если трепещешь перед грядущим сроком платежа – просто доставь ко мне одного из попаданцев, и мы сочтемся!]

– Скорее я тебя напою чачей, кровосос.

– Фруфо! – ворчит носферату. Впрочем, я не назвал его «кровосисей» – вот это было бы уже по-расистски.

В дурном настроении друг от друга мы расходимся. Надо спросить у залётных магов, всегда ли так бывает после деловых переговоров.

– Он кровопийца, не так ли?