Александр Сорокин – Системный Творец III (страница 35)

Вальтер провел рукой над ранами, проверил результат и коротко кивнул. Бережно, почти по-отечески, он вернул тело Каэла Горсту.

— Отнеси его в особняк, немедленно. Ему нужен покой, но он будет жить.

Капитан, не в силах вымолвить ни слова, лишь беззвучно кивнул. Слезы ручьями текли по его окаменевшему лицу. Он поднялся, прижимая сына к груди, и медленно, словно сомнамбула, поплелся прочь. Вальтер на мгновение встретился со мной взглядом. Мне показалось, что в глубине его ледяных глаз мелькнула тень тяжелого, почти отцовского сочувствия. Но миг прошел, и передо мной снова был лишь магистр Империи, непроницаемый и холодный.

Я проводил взглядом сгорбленную фигуру Горста. Мне было жалко Каэла, до дрожи. Но это был его выбор… Глупый, юношеский, продиктованный бушующими гормонами и желанием доказать миру свою значимость. В его возрасте это сильнее разума. Однако у всего в этом мире есть своя цена, и Каэл заплатил свою. Сколько таких же юнцов, горящих от самомнения, погубили свою судьбу, пытаясь доказать, что знают жизнь лучше других? С тяжелым сердцем я повернулся и медленно пошел следом за капитаном.

Следующие шесть часов пролетели в одно напряженное мгновение. Подвал в особняке баронессы снова стал нашим временным пристанищем, кузницей, где мы ковали не сталь, а слаженность. Мы с Вальтером, Эдварном и Кроном, который, к моему уважению, успешно прошел первое Посвящение и теперь выглядел более собранным и грозным, пытались наладить то, что военные называют боевым взаимодействием.

Мы все понимали: за такой короткий срок создать безупречно отлаженный механизм немыслимо. Каждый из нас был уникален: Вальтер — словно острая игла, точный и смертоносный одиночка; Эдварн — несокрушимый молот, сметающий все на своем пути; Крон — надежный щит, опытный и несгибаемый; а я… был той самой дикой картой, чьи истинные возможности еще только предстояло раскрыть. Но мы не сдавались, оттачивали простейшие связки, учились чувствовать ритм друг друга, предугадывать движения, обходясь без лишних слов.

Вальтер был беспощаден. Он выискивал малейшую ошибку, заставляя повторять упражнения снова и снова. Но я научился использовать те редкие, драгоценные паузы, которые он давал на передышку Эдварну и Крону. Пока они, тяжело дыша, утоляли жажду и растирали затекшие мышцы, я отходил в угол, прислонялся к прохладной каменной стене и на несколько секунд закрывал глаза.

«Резервуар Живой Энергии: 48/90». Этого было достаточно.

Мгновенное погружение. Виртуальная мастерская, пульсирующая голубыми узорами. Мысленный приказ — и запасы «Зрелой Древесины» в инвентаре исчезали, преображаясь в смертоносную сложность «Колючего Часового». Я ощущал, как энергия покидает меня, оставляя приятную, щемящую пустоту. Всего несколько секунд — и первый артефакт был готов. Я возвращался в реальность, чтобы услышать крик Вальтера: «Макс! Твоя очередь! Не зевай!»

Так, урывками, между спаррингами и отработкой тактических схем, я создал два первых «Часовых». Это было изнурительно — жонглировать между физическим напряжением боя и тончайшей ментальной работой творца. Но другого пути не было.

Ближе к концу шестого часа, в очередную короткую передышку, когда знакомый прилив сил наполнил меня, а в углу сознания заветные «48/90» засияли ярче обычного, я снова погрузился в себя. Последний «Колючий Часовой». В него я вложил всю свою усталость, ярость и надежду. Энергия утекала, словно вытягивая мою суть через тончайшую соломинку…

И тогда это произошло.

Когда последний виток энергии был вплетен в артефакт, виртуальное пространство мастерской содрогнулось. Светящиеся голубые узоры на стенах вспыхнули ослепительным пламенем, а в центре зала символ — рука с резцом и ростком — разразился сиянием, от которого перехватило дыхание. Мимио, паривший рядом, радостно завибрировал, его листики-ручки расправились, а из его груди хлынул ответный, мощнейший поток энергии. Над Скрижалью всплыло сияющее, торжествующее уведомление:

Поздравляем! Навык «Живое ремесло» достиг 4 уровня!

Я почти физически ощутил, как внутри меня расширился резервуар, превратившись из озера в безбрежное море силы. Мысленно вызвав обновленное описание, я с жгучим интересом принялся его изучать:

Навык: Живое ремесло IV (4 уровень навыка)

Прогресс: 0.01 %

Шанс получения Одухотворённой щепы: 8.5 %

Резервуар Живой Энергии увеличен до 540 ед.

Резервуар Живой Энергии Помощника увеличен до 1080 ед.

Скорость восстановления Живой Энергии: 144 ед./час

Пассивный бонус «Природная настройка» увеличивает шанс получения щепы на 5 %. Совокупный шанс: 13.5 %.

Отлично! Все расчеты оправдались. Теперь, имея запас в 540 единиц, я мог наконец приступить к главному. Желание немедленно изучить новые возможности четвертого уровня, пришлось отодвинуть. Каждая единица энергии была на счету. Сейчас — только Системное оружие.

Я открыл глаза и поднялся. Вальтер, почувствовав перемену, тут же подошел.

— Получилось? — спросил он без предисловий.

— Да. Через два с половиной часа, когда энергия восстановится, я смогу сделать первое оружие.

Одобрительный кивок дяди был лучшей наградой. Затем он сунул руку под полы своей строгой мантии и извлек оттуда оружие. Это был боевой кистень. Не грубая деревянная дубина с шипами, а изящное, смертоносное произведение искусства. Рукоять из темного, почти черного металла, украшенная серебряной инкрустацией, а ударная часть — идеально отполированная сфера размером с крупное яблоко. Вот чем пользовался магистр Империи в настоящем бою.

— Держи. — он протянул его мне. — Рассчитываю на тебя.

Кистень удобно и уверенно лег в ладонь, его баланс был безупречен. Кивнув, я направился к выходу, чтобы привести себя в порядок. Но едва я выбрался из подвала в гулкий коридор особняка, до меня донеслись приглушенные голоса. Горст и… Каэл. Значит, парень очнулся! Облегчение теплой волной прокатилось по телу. Не желая вторгаться в их тяжелый, интимный разговор, я прошел в свою комнату, смыл с себя пот и пыль тренировки и переоделся в чистое.

Едва я закончил, как в дверь постучали. На пороге стоял капитан Горст. Его лицо все еще хранило следы страдания, но в глазах зажглась новая, твердая решимость.

— Макс… Он зовет тебя.

Я лишь кивнул и пошел за капитаном. Мы молча поднялись на второй этаж, к одной из комнат. Капитан открыл дверь, жестом приглашая меня войти, а сам остался в коридоре, всем своим видом давая понять, что предоставит нам уединение.

Войдя, я увидел Каэла. Он лежал на широкой кровати, бледный, как полотно. Его запавшие глаза встретились с моими. Парень слабо, беззвучно улыбнулся, и в этой улыбке было столько тоски, что сердце сжалось.

Я сел на стул у кровати.

— Ну, герой. — тихо произнес я. — Доложи обстановку.

Каэл вздохнул, и его взгляд скользнул к окну.

— Я пошел на это… из-за тебя. — прошептал он. — Видел, как ты изменился, стал сильным… Невероятно сильным. И я… захотел так же. — он сглотнул, и голос его дрогнул. — Но все пошло совсем не так, как я себе представлял.

Он закрыл глаза, словно вновь погружаясь в пережитое.

— Я оказался где-то высоко в горах. Холод, опасность и… ни души. Но монстров было предостаточно. Таких я не видел никогда. Стремительные, как ветер, с когтями из черного льда. Приходилось прятаться в пещерах, без еды и воды. Выбирался лишь изредка, чтобы подкараулить одиночною тварь, и то выжил лишь чудом. А в самом конце… — его голос сорвался на шепот, — они нашли мое укрытие. Их было несколько, из-за темноты я не успел заметить их появления. Они вцепились в ноги… Я чувствовал, как они вгрызаются в плоть. С трудом убив последнего, я ощущал, как умираю сам. Но последний монстр дал мне недостающие очки, и меня выбросило обратно. А дальше… помню лишь крик отца и темноту.

Он беспомощно обвел рукой комнату.

— Отец сказал, что меня спасли каким-то имперским зельем. Раны зажили, но ноги… не вернуть. — он посмотрел на меня, и в его глазах застыла пустота. — И выходит, все было зря. Я получил свою силу… класс «Странник Скал»… но какой в этом толк? Я стал калекой, бесполезным обрубком. Какой смысл жить теперь? Ведь я…

Он не успел договорить. Мое тело среагировало само, прежде чем мозг успел отдать хоть какую-то разумную команду. Я встал и врезал ему по лицу. Не смертельно, но достаточно сильно, чтобы его отбросило на подушки. Каэл ахнул, схватился за расквашенную губу и уставился на меня в полном шоке, не понимая.

— Возьми себя в руки и перестань хныкать! — мой голос прозвучал резко и холодно, как удар стали. — Передо мной сейчас не воин, который учил меня драться, а плаксивая девчонка, у которой юбка испачкалась! Да, ты потерял ноги! И виноват в этом только ты! Твоя глупость и самоуверенность! Теперь тебе придется жить с этим. Помнить свой выбор. Но не опускать руки, черт возьми! Сдаться — это удел слабых. А ты слабым не был. Так что хватит сопли распускать! Вытри их и начни думать головой!

Каэл взорвался. В его глазах плескалась обида и ярость.

— Ты понятия не имеешь, что значит стать калекой! — выкрикнул он, и в его голосе впервые проснулся огонь, вытеснив прежнюю апатию. — Как ты можешь мне что-то советовать⁈

— Да, я не знаю, каково это! — парировал я, не отступая. — Но я знаю, что такое вера! Вера в себя! В какой бы заднице ты ни оказался, ты не проиграл, пока не сдался! Какие бы испытания ни бросала тебе жизнь — борись! Держись! Цепляйся за нее зубами, когтями! До последнего вздоха! И даже после! И тогда… ты никогда не проиграешь по-настоящему!