Александр Соловьев – Психика на гарантии. Самое простое руководство по устройству, уходу и применению (страница 2)

До стальных моим нервам было далековато. Я терялся в сложной ситуации, цепенел в новой обстановке, а рядом с девушками впадал в ступор. Зато, находясь в компании приятелей и желая среди них утвердиться, я превращался в настоящего придурка и болтуна: мог совершить несуразный поступок или наврать с три короба, чтобы потом запутаться во вранье, быть на нем пойманным и целую вечность себя в этом корить.

Вот почему иногда я переставал быть сангвиником и превращался в холерика и впадал то в уныние, то в эйфорию. Короче говоря, психика в те годы у меня была крайне нестабильная.

Вдобавок ко всем напастям организм взрослел, и меня, как и многих моих сверстников, преследовали эротические фантазии и связанные с ними состояния, к которым тоже надо было как-то приспосабливаться. Возможно, кто-то из читателей, особенно мужского пола, понимает, о чем я говорю.

А жизнь тем временем подбрасывала такие головоломные задачки, словно их нарочно для меня придумывал некий хитроумный сценарист.

В девятом классе я по уши втрескался в самую красивую девчонку из моей школы. Разумеется, я не осмеливался признаться ей в чувствах, и это еще больше усиливало мою нерешительность и скованность. Случайно встретившись с ней взглядом на перемене, я спотыкался на ровном месте.

Примерно в то же время меня стал донимать один здоровенный парень из десятого класса. Он невзлюбил меня за что-то и при каждой встрече придумывал новый способ поглумиться.

Ух, до чего же он был изобретателен, этот вечно ухмыляющийся толстяк! А я-то даже понятия не имел, как отвечать на его дурацкие насмешки и всякий раз просто стоял и выслушивал их, переминаясь с ноги на ногу, ненавидя и его, и себя, украдкой поглядывая по сторонам: только бы девчонка, в которую я влюблен, не застала меня здесь в эту бесславную минуту.

Постепенно багаж моих неудач и поражений тяжелел, и это настолько меня удручало, что иногда я чувствовал себя буквально на грани кризиса.

Видели голливудские фильмы про юных лузеров, которые терпят невзгоды, а позже ни с того, ни с сего открывают в себе сверхспособности? Так вот, та часть фильма, что про невзгоды, – это обо мне. А вторая – фантастическая – о том, что творилось в моем воображении.

Иногда я думал, что моя жизнь – сплошная катастрофа. Я ведь не знал, что многие в этом возрасте, который называют переходным, тоже страдают от стереотипов мышления и потому испытывают сомнения и страхи, с которыми им предстоит разобраться. Я был глубоко убежден, что мой случай один на миллион, поэтому считал, что мне будет невероятно сложно привести свою жизнь в порядок.

Позже, читая умные книги, внимательно присматриваясь к окружающими, я понял, что психологические проблемы есть у многих людей. Точнее – у подавляющего большинства. И каждый преодолевает их по-своему – кто-то с большим успехом, кто-то с меньшим.

Многие учатся маскировать их внешние проявления за показной бравадой, чтоб затем так и жить всю жизнь, хорохорясь и пряча страхи глубоко в душе. Другие же ведут себя осторожно, как полевые суслики, и стараются поменьше высовываться и избегать острых ситуаций, а если избежать не удается, «прогибаются» и терпят, смиряются, год за годом копя в себе токсичный негатив. А есть и такие, которые умудряются превращать свои детские разочарования в творческую силу. Такой способ психологи называют сублимацией. Вы ведь слышали о феномене Илона Маска? А знаете, что на самом деле этот человек стал суперуспешным в том числе и ради того, чтобы насолить школьным обидчикам?

Отчасти к последним – сублиматорам – правда, далеко не в такой степени, как Маск, – относился и я, хотя тогда еще этого не понимал и не догадывался, что как раз в этом заключалась моя большая удача. Я категорически не хотел мириться со своими страхами и поражениями.

Это недовольство я трансформировал в поиски знаний и навыков. Я упрямо пытался разобраться в себе, найти общий язык с окружающим миром, утвердиться среди равных, доказать состоятельность. Не для того, чтобы побеждать и властвовать. И не для того, чтобы хвастаться крутостью. Моя конечная цель была куда практичнее: я стремился к элементарному душевному комфорту – состоянию, в котором, как я планировал, должна будет пройти основная часть моей увлекательной, творческой жизни.

Словом, я считал так: комфорт для психики – это как моторное масло для двигателя; если его будет недостаточно, быстро наступит износ. И вокруг себя я видел множество подтверждений этому.

Чтобы побороть неуверенность, я решил окрепнуть физически и стал ходить в спортзал. Вы уже знаете, что я был неплохо промотивирован, так что тренировался так упорно, как только мог. Рядом пыхтели другие подростки, и наверняка у них были те же мотивы. Глядя на них, я старался изо всех сил, глубоко веря в то, что уважение окружающих достигается исключительно тяжким трудом. Как же я был наивен!

Спустя несколько месяцев изнурительных занятий на турнике и с гантелями мои мышцы заметно окрепли и даже слегка увеличились в объеме. Это отразилось на походке, осанке и поведении: внешне, как мне казалось, я и вправду стал вести себя более дерзко.

Тем не менее, было очевидно, что внутреннее состояние изменилось не так значительно, как хотелось бы. Меня не покидало чувство, что привычные страхи по-прежнему неотвязно бредут по пятам. Моя страстная влюбленность до сих пор оставалась тайной за семью печатями, а тот здоровяк-десятиклассник продолжал видеть во мне удобную мишень для издевок. Короче говоря, мне нужны были по-настоящему кардинальные решения.

Одним из мест, где я искал ответы на свои подростковые вопросы, была, как я уже писал выше, городская библиотека. Я считал, что современные ученые знают много важного и интересного о работе человеческого мозга, о том, что такое психика и как она устроена, и надеялся, что им известны какие-то особые секреты ее правильного использования. Если бы я узнал эти секреты, то, возможно, научился бы настраиваться таким образом, что в любой ситуации чувствовал себя уверенно и действовал эффективно.

Провинциальная библиотека не отличалась разнообразием «научпопа», но все же там нашлось несколько полезных книг, с которых и началось мое психологическое образование. Правда, в основном это была литература по психиатрии, предназначенная для спецов, работающих с психическими расстройствами. Но были там и какие-то книги по психопрофилактике.

Помню, например, «Психогигиену» Карла Гехта, психотерапевта из ГДР. Эта книга несколько месяцев лежала на моем столе. Время от времени я брал ее в руки. Продираясь сквозь нескончаемые отступления о преимуществах марксистского метода в науке, я находил кое-какие любопытные мысли, записывал их, а после обдумывал.

Отлично помню и другую книгу, по-настоящему вдохновившую меня в те годы, – «Искусство быть собой: индивидуальная психотехника». Вы, наверное, о ней слышали. Ее написал врач-психотерапевт Владимир Леви. Эта книга поведала мне о способах повышения самооценки, а также о чудесных возможностях аутогенной тренировки и других методов психического самоуправления, которые я тут же попробовал применить на практике.

Я поразился тому, насколько сильно этот ликбез повлиял на мое мировосприятие. Я действительно становился спокойнее и увереннее, и сам не заметил, как жизнь постепенно стала налаживаться.

Например, я записался в школьную вокально-инструментальную группу и после нескольких репетиций уже выступал вместе со всеми на вечерах в качестве гитариста и бэк-вокалиста. Да что там, – когда приходилось, я запросто исполнял номер в одиночку при большом количестве народа, и это было круто!

День за днем я шагал к своей цели, совершая одна за другой маленькие победы. Книги не только служили опорой, но и открывали передо мной увлекательный и многообразный мир психологии и нейронауки. И это было действительно захватывающе! Со временем я так увлекся изучением научной и популярной литературы, что решил после окончания школы поступать в медицинский институт.

Прошло много лет. За это время та девчонка, в которую я влюбился в школе, стала моей женой, и у нас чудесная взрослая дочь. Тот парень, что донимал меня в школе, теперь один из моих приятелей, и мы часто общаемся: он тактичный, позитивный человек, отличный муж и отец троих детей. А я стал врачом-психофизиологом – я исследую психику в ее единстве с телом, мозгом и нервной системой, и мне нравится моя работа. А еще я пишу книги по психологии и научным методикам саморазвития.

В сфере медицины я уже больше тридцати лет. За это время мне довелось тесно пообщаться с огромным количеством людей – как тех, кто имел психологические проблемы, так и тех, у кого таких проблем никогда не было. Я много наблюдал за своими клиентами и понял, что один из главных столпов, на которых держится психическое здоровье, – уважение к собственной психике.

Для человека очень важно умение содержать ее в чистоте и равновесии. Кстати, это не так то уж и сложно – для этого надо по-настоящему осознать ценность своей психики, хорошенько усвоить основные правила ухода за ней и выработать привычку регулярно их соблюдать.

Кто-то удивится и возразит, что люди не похожи друг на друга, у каждого – своя судьба, условия жизни, свой характер. К тому же психика – слишком сложное явление, чтобы к ней можно было применить стандартные правила. Они скажут: «Человек – не робот и не компьютер, он не может действовать по заданному алгоритму».