Александр Снегирев – Как мы бомбили Америку (страница 29)

– Здорово, платья в них самое удачное, пожалуй.

– Парни, идите сюда! – донесся крик Бельмондо из гостиной. Юкка вышел. Я собрался было за ним, но вопрос Лицы остановил меня:

– Хочешь, покажу, как я шью?

– Конечно, хочу. – Я приготовился скучать, мысленно упрекая себя за мягкость и сожалея о том, что не увижу оружие. Лица достала железную коробку и поставила мне на колени.

– Здесь у меня хранятся лоскутки тканей. Потрогай, какие мягкие. – Лица открыла коробку и заставила меня пощупать несколько лоскутков. Затем она достала другую коробку. – Здесь кружева. У меня есть даже старинные кружева из Европы. А здесь… – Лица достала третью коробку. – Здесь ленты, тесьма и золотые нити. Смотри.

«Боже, ну почему мне так везет на психованных? Почему я не нравлюсь обычным девчонкам? Обязательно попадется ненормальная!» – думал я, перебирая атласные ленточки.

– Алекс, ты веришь в инопланетян?

– Мы с твоим отцом говорили об инопланетянах…

– Отец тут ни при чем, у него какая-то дурацкая теория, я говорю про настоящих инопланетян.

– Про настоящих?

– У нас тут есть место, где они иногда появляются… Хочешь, сходим туда вместе?

Я перекатывал в руке комочек серых шелковых лент. Услышав последнюю фразу Лицы, я сжал комочек и вскрикнул. Что-то сильно укололо меня.

– Боже, это булавка! Она осталась в лентах! Извини! – Лица бросилась искать платок.

Я смотрел на свою ладонь, на которой выступила красная капля. Вот так комочек атласный! Лица стерла кровь:

– Извини, мне очень жаль!

– Пустяки, не переживай. Пойдем, иначе твой отец решит, что я причиню тебе вред, – я подмигнул Лице, сделав вид, что забыл про ее предложение.

Компания разместилась на диванах. На полу, как при обыске, были разложены черные стволы.

– Хорошая коллекция, – со знанием дела говорил мистер Панайотис, примериваясь к раритетному автомату Томпсона.

– Это еще не все! Кое-что припасено на случай неожиданного нападения, – Бельмондо подвинул рабочий стол так, чтобы была видна сторона, с которой расположены ящики. Под столешницей крепилась кобура с крупнокалиберной «береттой».

– Они врываются, а я сижу за столом. – Бельмондо сел за стол и для наглядности развернул его в нашу сторону.

– Не поцарапай паркет, – строго сказала Марианна.

– Ничего! Они входят, а я бах, бах!

Все зааплодировали.

– Ну что, Лаки, а теперь посмотрим твое оружие? – сказал Бельмондо, задиристо уперев руки в бока.

– Уже поздно, давайте в другой раз.

– А, испугался! Я же говорил, что у него такого нет! – Бельмондо заглядывал каждому в глаза. – Я же говорил!

– Ничего я не испугался, – отпирался Лаки.

– Пойдем, ужин остынет, – выручила брата Марианна.

Все гурьбой повалили на улицу.

– Признайтесь, что вы скрываете от нации правду об инопланетянах! – приставал к цэрэушнику Бельмондо, пока шли обратно к ресторану. Мистер Панайотис отвечал туманно, набивая себе цену.

– Есть разные версии…

– Признайтесь, что у армии в плену находятся несколько инопланетян с тарелки, потерпевшей крушение, – продолжал Бельмондо.

– В нашем ведомстве вся информация секретна. Я лично не занимался этим вопросом.

Когда все снова расселись вокруг стола, Марианна осадила Бельмондо:

– Да что ты заладил про этих инопланетян, давайте выпьем за наших отличных работников, Алекса и Джея!

Это было неожиданностью. Мы смутились.

– За Алекса и Джея!!! – подхватили все. – Лучших наемных работников у нас никогда не было!

Зазвенели бокалы.

– Будь вы греками, мы бы выдали за вас наших дочерей! Правильно я говорю?! – сказал Бельмондо.

Я поперхнулся.

– Я бы свою Мишель отдала, – сказала Олимпия, трепля меня по волосам.

– А я бы Лицу, – заявил Бельмондо, хлопая Юкку по колену.

– Такой зять, просто загляденье, – вставила Марианна, глядя на моего друга.

В постели

От усталости и алкоголя нас порядком развезло. До кровати мы доползли аж к четырем утра. Я залез под одеяло, с трудом стащив с себя одежду. Юкка не поленился принять душ.

Он вышел из ванной, состроил суровую мину и спросил:

– Кто ид-е-е-ооот? Скажи мне, кто ид-е-о-от?

Я захохотал и игриво заверещал, кутаясь в одеяло:

– Папочка.

– Кто? Не слышу!

– Мой папочка!

– Да, это я, мой малыш, – захохотал Юкка.

Видел бы это Лаки. Точно бы решил, что мы педики. Но у каждого из нас есть причины, по которым мы не можем спать одни. Юкка вырос в многодетной семье. Он всегда спал в одной кровати со старшим братом, а в комнате еще была сестренка. Я же просто боюсь. Несколько дней кряду я находил на простынях какую-то тварь. Огромная, черная, похожая на кузнечика и жутко злобная. Я пытался ее прогнать – ничего не вышло. Пришел Юк и одним шлепком тапки решил проблему. Забыл мамочкины уроки любви ко всему живому. Так что мой дружбан обеспечивает безопасность в постели. Как я буду спать без него, когда мы вернемся домой, ума не приложу.

Недостатков у совместного спанья навалом. Юкка постоянно перетягивает на себя общее одеяло, и я замерзаю. Юкка мучает меня, хватает за жопу, просовывает под меня ноги, хотя знает, падла, что это щекотно, а я дико боюсь щекотки. Я бешено ору и прячусь в подушку. Мы ржем от души.

– Кто твой папочка?

Я не успеваю ответить. Мы засыпаем.

Последний вывоз мусора

Утром нас подняли ни свет ни заря. Отпуска заканчивались, гости съезжали в массовом порядке, и надо было убирать комнаты. Проснулись мы в такой позе – я зарылся Юкке под мышку, а он обнял меня рукой.

– Твою мать! – воскликнули мы вместо «доброе утро». Какая гадость! У Юкки под мышкой оказалась какая-то небритая мохнатая пизда!

Мне снилось, что я сервирую столы в ресторане «Вестминстер» полотенцами: три больших, два для рук, два для лица. За мной приглядывает Бельмондо с автоматом наперевес. У одного из обеденных столов обнаружился выдвижной ящик, наполненный водой, в ящике плавали крупные золотые рыбки. Я решил показать ящик Бельмондо, но увидел, что он трахает официантку Робин дулом своего автомата. Робин стонала от наслаждения, а потом шепнула мне, касаясь моего уха своими губами-булками: «Я получила целых сорок три оргазма». Сорок три оргазма Робин…

Работа шла медленно, мы еле передвигали ногами и с трудом соображали. По моему департаменту началась тотальная нехватка расходных материалов, стало заканчиваться все: полотенца, коврики для душа, мыло, туалетная бумага, пластиковые стаканчики. Казалось, мотель израсходовал все ресурсы, и ему больше нечего отдать своим клиентам. На складе было шаром покати. Я решил проблему просто – начал недокладывать в комнаты самое необходимое. Устроил американцам Советский Союз. Хотите туалетную бумагу? Нету!

Мы решили один день прожить без мата. Юкка вычитал в Интернете, что мат рушит биополе. А без мата как? Надо говорить не: «Где, блядь, чистые полотенца?», а просто: «Где полотенца?». У меня без мата лучше, чем у Юкки, получалось. К концу дня Юкка послал свое биополе на хуй и успокоился.

– Эй, парни! – Лаки помахал нам из офиса. – Подите сюда!

Мы нехотя поплелись.

– У Киса выходной. Надо помочь Олимпии вывезти мусор. Она поведет, а вы будете грузить.