Александр Смольников – Мой Мелитополь XX веков от сказки. Истоки. Книга первая (страница 4)
Сегодня Каменная Могила, насчитывающая около трёх тысяч плит, возвышается на двенадцать метров, раскинувшись на территории примерно трех гектаров размером 240 на 160 метров.
– Представляете, девушки! – выехала Фалестра к краю горы, смотря на открывшееся перед глазами чудо. – Какие огромные были богатыри, чтоб разбросать эти глыбы камней по всей горе! Они жили много-много лет назад! Потом, наверное, умерли, наступил холод, и жизнь умерла! Со временем опять появилось солнце, и опять всё ожило, появились древние люди, одетые в шкуры, и начали рисовать рисунки в пещерах кургана на глыбах, выбивая их камнями более твёрдой породы.
– Да! Мы были здесь в прошлом году с мамой, – Антиопа, вторая из амазонок, решила похвастаться своими познаниями. – Она мне показала рисунки на скалах, какие-то надписи. Мама сказала, что это с неба сошли Боги солнца и сошли именно в этом месте, съехав на колеснице. А ещё мне понравился рисунок на плите с изображением заостренного книзу цилиндра, покоящегося на трёх опорах. Цилиндр включает в себя несколько частей, на двух из них окошки. Наверное, это была такая огромная древняя телега, которая тоже спустилась со звёзд к нам.
– Я тоже тут была, – вступила в разговор Зарина, чтоб не отстать от подруг. – Я видела на камне выцарапанную ладью с парящим в небесах каким-то веретеном типа бочонка, и он куда-то плыл по небу!
– Да ну вас, девчонки, поскакали к реке!
И кавалькада из трёх коней рысью стала спускаться с горы, оставляя за собой красную пыль.
Амазонки побывали в разных пещерах кургана. В одной из них, такой малюсенькой и длинной, можно было проползти только на животе. Ползти приходилось медленно, с небольшим спуском, а потом в подъём, испытывая при этом огромный страх, ползти вплоть до светившегося вдали отверстия выхода.
Набегавшись, девушки ушли к реке, расположившись на берегу, полные эмоций от своего путешествия.
Река текла не спеша, ветерок, шурша, перебирал камыш, из воды выпрыгивала, играя, рыба. Побродив по берегу реки, наловили шевелящихся в ногах раков. Антиопа закинула в воду сплетённую конусообразную ловушку для рыбы, шнур от которой привязала к воткнутой в берег ветке.
Рядом в тишине паслись стреноженные кони, не спеша жующие сочную, ярко-зелёную траву. Возле них амазонки сложили в пирамиду щиты и копья, так как оружие всегда должно быть под рукой.
– Девчонки, а мне моя мама рассказывала, – Зарина посмотрела загадочно на подружек, – что в мире есть две богини: Артемида и... Баба Яга (в древние времена на огромных пространствах Евразии «баба» означало «богиня»).
– Богиню-деву, или Артемиду (лат. Диана), называют охотницей, продолжала рассказ Зарина. – Ее всегда сопровождает свора собак, а стрелы охотницы неотразимо поражают цель. Стрелы Артемиды символизируют лучи света, сияние главных небесных светил – Солнца и Луны. А брат-близнец Артемиды – бог Солнца, и зовут его Аполлон. В честь богини-девы проводят ритуалы, например лепят снежную бабу зимой. Могущественной богиней считается и Баба Яга...
– А я слышала, – подключилась к рассказам Фалестра, – что за греческой Керкинитидой (что была в античное время на месте Евпатории), стоят семь пирамид, причем они выстроены в шеренгу по прямой линии…
– Чудеса-а-а! – пропела Антиопа.
Уже давно догорел костёр, в медном котелке со сварившимися раками почти выкипела вода, а на ивовых веточках, воткнутых в землю, зажарились жирные пескари.
– Налетай на еду, смелые воины племени! – прокричала Фалестра и стала дуть на рыбку, перекидывая пескаря в ладошках.
– Зарина, ты чего не ешь? – Антиопа похлопала по плечу подружку, которая, не отвлекаясь, раскладывала прямые ивовые прутья, шёпотом произнося над ними тайные заклинания.
– Это она хочет узнать, что её ждёт в будущем! – засмеялась Фалестра. – не знаю, что тебя ждёт, Зарина в далёком будущем, но в ближайшем ещё чуть-чуть, и ты останешься голодной!
Фалестра упала на спину на траву и залилась счастливым смехом свободы и молодости!
.5.
Стычка.
– Иу, иу! – вырвалось криком из уст Фалестры.
Кони на всём скаку неслись навстречу двум всадникам, которые неожиданно выехали из леса и, заметив девушек-амазонок, посчитали их для себя лёгкой добычей.
– Это разбойники роксоланы выехали грабить слабых, встретившихся им на пути! – прокричала Зарина.
Девушки вскинули луки и достали по стреле.
Роксоланы были серьёзными противниками, в седле они находились с малых лет, росли настоящими воинами, находя удовольствие в войне и опасности. Вот и сейчас на лицах у них видны были небрежные улыбки, и они были в полной уверенности в своей победе над амазонками-девчушками.
Девчонки на скаку уже хорошо разглядели, что один был одет в шлем и латы из сыромятной бычьей кожи, на плече у каждого висели плетёные щиты, а в руке по копью и, конечно, при них были луки, мечи, к лошадям прикреплено по лассо.
– Я беру правого без головного убора, – прокричала Фалестра, – а вы второго, что в шлеме!
Амазонки разделились, и двое поскакали в обхват, заходя с разных сторон, а Фалестра неслась прямо в лоб противнику. Роксоланы, видно, занервничали и не вовремя распределили между собой атакующих амазонок. Это сыграло с ними злую шутку. Один из всадников приподнялся в седле и попытался метнуть копьё, но в это время, выпущенные стрелы с трёх сторон со свистом сорвались и тут же вонзились в шею и тела воинов-мужчин. Всё было моментально кончено.
– Ну вот, – проговорила, запыхавшись от скачки, Антиопа, – ещё двоих – и можно выходить замуж!
Солнце уже катилось к закату, когда амазонки въезжали в стойбище. За ними на бечёвках, притянутые к седлам, шли две привязанные лошади, нагруженные добычей – оружием повергнутых ими воинов из племени роксоланов.
К наездницам первыми потянулись дети, и стали на шум выходить взрослые.
.6.
Закат племени Амазонок Киз-Яра.
Много былин, историй рассказывают о воинственных женщинах-амазонках. Среди них есть сказание, рассказывающее об Александре Македонском, как великий полководец встречается с воинственными девами. Романтически разукрашенное, оно повествует, как Александр с войском, приблизившись к землям амазонок, увидел, что они значительно превосходят ростом прочих женщин, отличаются красотой и здоровьем, носят цветную одежду, сообразительны и сражаются серебряными секирами.
«Мы пишем тебе до твоего нашествия на нашу землю, чтобы ты не возвратился бесславно, – написали полководцу амазонки. – Мы ратоборствуем за нашу славу. Если мы одолеем неприятелей или они обратятся в бегство, то им останется на вечные времена стыд и позор; а если они победят нас, то окажутся победителями женщин… Итак, смотри, царь Александр, чтобы с тобою не случилось того же. Подумай и отпиши нам и найдешь нашу рать на границах». Завоеватель мира подумал и вступить в битву не решился.
Долго ли, коротко ли, но многочисленные победы сопутствовали племенам амазонок. Много походов совершили и амазонки Киз-Яра по дорогам Причерноморья, ходили они на Таврику, бились в Паннонских степях, бывали и в Мезии.
Повзрослели Фалестра и Зарина, Антиопа давно уже выполнила свой план замужества и растила дочерей. В ту пору во главе их племени стояла царица, прекрасная дева-воительница, которая не раз водила в бой амазонок. В один из таких походов они пошли вместе с сарматами.
В начавшийся бой тяжеловооруженные сарматские всадники пошли в центре боевого порядка, облачённые в железные шлемы и панцири и вооружённые длинными мечами и тяжёлыми копьями. На них были доспехи из железных пластин, пришитых к толстой коже, и точно такие же доспехи защищали лошадей.
По краям на флангах шли легковооружённые воины с нашитыми на халаты роговыми пластинами, искусно нарезанными из конских копыт. Амазонки стояли в полном снаряжении и готовности в засаде позади сарматского войска, готовые выдвинуться по первой команде.
Вдруг поле загудело, застонало по всей округе. Страшными ударами пик, пойдя в атаку, сарматские всадники пронзали порой по двое врагов сразу.
Противник было дрогнул, и сарматы, воодушевлённые первым успехом, вытащили свои мечи, и началась рубка. На земле смешались окровавленные кони, люди, сотни стрел пролетали над головами сражающихся, заслоняя небо. Но оно в этот раз было не на стороне сарматского войска. Внезапно пошёл ливень, и кони под тяжестью закованных в броню всадников скользили, падали, давя своих наездников. Упавшие уже не могли подняться и становились лёгкой добычей для врага. Их кололи пиками, рубили мечами, вгоняли в их тела кинжалы. Над степью поднимался стон поверженных, раненых сарматских воинов.
В это время, чтоб поддержать сарматов, был дан сигнал к атаке амазонкам, и конница племени врезалась в гущу сражающихся, пытаясь оказать помощь и внести перелом в битве. Напряжение дошло до своего предела. Царица племени, рассекая врагов мечом, появлялась то тут, то там, врезаясь в самую гущу боя. Воинственные красавицы бились бесстрашно, но победа становилась всё призрачней, и, наконец, был дан сигнал к отходу.
Сарматское войско стало отходить, теряя воинов. Постепенно отход начал превращаться в бегство. Амазонки поставили в круг свои кибитки, заняв оборону внутри, и таким образом пытались отбиваться от наседавшего неприятеля. Но битва уже была проиграна.