Александр Скопинцев – В сердце вселенной. Неизвестное зовёт (страница 11)

– Детали операции, лейтенант, – произнесла она, и в её голосе не было ни нотки нетерпения или беспокойства. Это был не вопрос и не приказ, а простая констатация факта: информация должна быть предоставлена полностью и немедленно, потому что так требуют интересы корпорации и успех миссии.

Максимилиан сглотнул и снова склонился над своей консолью, его длинные пальцы заработали по клавишам с точностью пианиста-виртуоза, вызывая на экран потоки расшифрованных данных, временных меток, координат и секретных кодов:

– Подробности операции остаются засекреченными даже для нас, капитан. Штаб-квартира концерна в Новой Женеве не отвечает на наши прямые запросы – действует стандартный протокол многоуровневой информационной безопасности. – Он сделал паузу, собираясь с мыслями. – Однако, согласно данным нашего предварительного анализа перехваченных радиопереговоров диспетчерских служб и информации, полученной от орбитальных наблюдательных постов, установлено следующее: целью диверсионной операции являлась исследовательская колония «Первый луч» в звёздной системе Вольф 359, где группа учёных Корпуса Развития проводила сверхсекретные эксперименты в области квантовой механики и пространственной инженерии.

Лейтенант замолчал на мгновение, его взгляд скользнул по строкам данных на дисплее, и в этом взгляде читалось понимание всей серьёзности ситуации:

– По нашим расчётам, основанным на мощности взрывного устройства и конструктивных особенностях исследовательской станции, учёные должны были получить доступ к интересующим нас материалам незадолго до детонации. – Его голос стал ещё более официальным. – Теперь… согласно всем объективным данным, эти материалы были полностью уничтожены вместе со станцией и всем, что на ней находилось.

По мостику корвета прокатилась едва заметная волна напряжения, словно электрический разряд пробежал по нервам каждого присутствующего. Все члены экипажа отлично понимали, ради чего они находятся здесь, в этой бесконечной космической пустоте, так далеко от уютных городов колоний.

Секретные научные разработки Корпуса Развития в области квантовой физики, теории суперструн и пространственно-временной инженерии могли дать концерну «Северная Звезда» решающее технологическое преимущество в беспощадной корпоративной войне за право называться властителями галактики.

Капитан Изабелла медленно поднялась со своего командного кресла, и каждый миллиметр этого движения был продуман и выверен. В её жестах не было ни малейшего признака разочарования или гнева – только холодное, методичное обдумывание изменившихся обстоятельств, поиск новых возможностей и альтернативных путей достижения цели. Она сделала несколько шагов к центру мостика, её высокие каблуки выстукивали по композитному полу ритм, подобный отсчёту метронома – размеренный, неумолимый, гипнотический.

– Наш первоначальный план операции «Сумеречный ворон» не предполагал, что кто-либо из персонала исследовательской колонии сможет выжить после детонации заряда, – произнесла она медленно, отчётливо артикулируя каждое слово, и в её голосе послышались стальные обертоны, подобные звону древнего толедского клинка, извлекаемого из ножен перед дуэлью. – Мы рассчитывали на полное и безоговорочное уничтожение объекта вместе со всем находящимся на нём персоналом, оборудованием и, что самое важное, всеми носителями информации – как физическими, так и электронными.

Она остановилась перед большой картой звёздного неба, которая занимала значительную часть центральной зоны мостика, и её силуэт на фоне мерцающих звёзд казался силуэтом древней богини войны, размышляющей о судьбах смертных.

– Выжившие свидетели и, что ещё хуже, возможные носители секретной информации представляют собой неучтённый фактор, который может кардинально изменить всю стратегию нашей миссии, – продолжила она, и каждое слово падало в тишину мостика, как капля кислоты на металл. – Но именно в таких ситуациях и проявляется истинное мастерство военного стратега.

Лейтенант фон Штрауб нервно провёл языком по пересохшим губам. Ему совсем не хотелось быть тем человеком, который приносит командиру неприятные известия, способные разрушить тщательно выстроенные планы операции, но священный долг перед корпорацией и личная преданность капитану были превыше любых опасений:

– Мы… мы действительно не могли предвидеть такое развитие событий, капитан. Все наши разведывательные данные, полученные агентурной сетью за последние восемнадцать месяцев, однозначно указывали на то, что исследовательская колония «Первый луч» является обычной научной станцией с минимальным гражданским персоналом и стандартными системами защиты. – Он сделал паузу, вызывая на дисплей архивные данные.

Капитан медленно кивнула, принимая к сведению эту информацию, но не показывая ни малейших признаков того, что неожиданный поворот событий как-то обеспокоил её. Напротив, в её тёмных глазах появился новый блеск – блеск охотника, который понимает, что дичь оказалась не такой лёгкой добычей, как предполагалось изначально, и от этого охота становится только интереснее.

– В таком случае, джентльмены, – сказала она, поворачиваясь лицом к своей команде, и её взгляд медленно скользнул по лицу каждого оператора, задерживаясь ровно столько, чтобы каждый почувствовал на себе всю силу её внимания, – мы будем импровизировать. План операции изменился, но наша конечная цель остаётся неизменной: любой ценой заполучить секретные разработки Корпуса Развития в области технологий. Не допуская их в руки Развития.

Она сделала паузу, позволяя своим словам достичь сознания каждого члена экипажа, и в наступившей тишине можно было услышать, как учащённо бьются сердца этих закалённых в космических баталиях людей.

– Мы направляемся к координатам взрыва немедленно и на максимальной скорости. – Её голос приобрёл командные интонации, не терпящие возражений.

Капитан подошла ближе к центральной карте, где среди множеств звёзд медленно пульсировала красная точка – их цель.

– Но мы – хищники высшего порядка, – продолжила она, и в её голосе появились новые обертоны, напоминающие низкое рычание большой рыси, затаившейся в засаде перед решающим броском. – И наша специализация – охота на самую опасную и умную дичь во Вселенной: на людей, обладающих секретными знаниями. Если кто-то из исследовательского персонала колонии действительно сумел выжить в этом аду, если у них сохранились копии экспериментальных данных или, что было бы ещё более ценно, сами физические носители информации или даже живые свидетели, способные воспроизвести результаты экспериментов…

Она замолчала, и в этой паузе каждый член экипажа чувствовал, как адреналин начинает поступать в кровь, готовя организм к предстоящей схватке.

– Тогда охота обещает стать значительно более интересной и прибыльной, чем мы предполагали изначально.

Старший навигатор – коммандер Бьёрн Андерсен, седовласый ветеран дальних космических переходов, не поднимая головы от своих сложнейших астронавигационных вычислений, произнёс своим хриплым голосом:

– Мы находимся на оптимальном курсе к системе Вольф 359, капитан. Расчётное время прибытия к координатам бывшей исследовательской колонии «Первый луч» составляет ровно семьдесят три часа, восемнадцать минут и сорок четыре секунды при сохранении текущего режима работы главных двигателей. – Он поднял свои голубые глаза и посмотрел на капитана. – Но если по пути мы встретим кого-то из возможных выживших… если они попытаются покинуть систему на эвакуационных шаттлах или передать секретную информацию через дальнюю космическую связь…

– Тогда, коммандер Андерсен, – перебила его капитан, и её губы тронула едва заметная улыбка – холодная и острая, как лезвие скальпеля, – мы получим уникальную возможность узнать, что именно они пытаются так отчаянно сохранить и передать. – Она снова взглянула на карту, где среди бесчисленных звёзд мерцала их цель – уже не просто точка в космосе, а символ вызова, загадка, которую предстояло разгадать любой ценой. – И мы возьмём это. Любой ценой. Любыми средствами.

Капитан Изабелла Романова-Нордстрём чувствовала, как в её груди, где когда-то билось сердце обычной женщины, теперь разгорается то особенное, почти мистическое чувство предвкушения, которое знакомо каждому прирождённому охотнику перед началом самой важной и опасной охоты в его жизни. Это было не просто профессиональное удовлетворение от хорошо выполненной работы – это была страсть, наркотик, ради которого она готова была пожертвовать всем.

В этот момент наступило тягостное молчание, которое нарушал только монотонный гул корабельных систем. Каждый член экипажа понимал, что за внешним спокойствием капитана скрывается напряжённая работа выдающегося тактического ума. Изабелла не была из тех командиров, которые позволяют эмоциям влиять на принятие решений, но те, кто служил под её началом достаточно долго, научились читать едва заметные сигналы её внутреннего состояния.

6 глава. «Валькирия» в тени

Гул и вибрации, что наполняли «Святогор» во время импульсного прыжка, внезапно исчезли, словно космос проглотил последние отголоски рукотворной бури. Корабль вынырнул из небытия кривизны пространства-времени, и за массивными иллюминаторами снова воцарилась знакомая, холодная тишина бесконечности. Маршевые двигатели перешли на обычный режим, и по всему корпусу пробежал мягкий, успокаивающий гул – как дыхание исполинского зверя, пробудившегося от глубокого сна.