Александр Скок – Красные нити (страница 63)

— Саша.

— Веди к пульту. Сделаешь все как нужно — отпущу.

Она развернулась без лишних слов, и мы пошли дальше. Я посмотрел на часы. Времени оставалось пугающе мало.

Мы вышли на лестницу и поднялись на пятый этаж. Здесь коридор был больше похож на офисный: кабинеты слева и справа, таблички — бухгалтерия, отдел кадров, отдел закупок. Саша остановилась у двери службы безопасности.

— Здесь, — сказала она.

Я потянулся к дверной ручке, но Саша остановила меня жестом:

— Помни, что там обычные люди. И тебе придется их убить. Тебе дальше с этим жить. Я могу идти?

Я бросил на нее взгляд:

— Нет, идешь со мной, — произнес я и потянул ручку на себя.

В комнате охраны двое. Один скучал за столом, уткнувшись в экран своего телефона. Другой растянулся в кресле, лениво листая порнушку. На стене висели шесть массивных мониторов, на которых мелькали картинки с камер наблюдения. Саша аккуратно прикрыла за собой дверь, и охранники перевели на нас свои взгляды. Скорее всего, они были из ЧВК.

— Что надо? — с англоязычным акцентом пробурчал первый.

Мой взгляд скользнул по винтовке, лежавшей на столе, и задержался на небольшом шкафу в углу. Одно усилие — и телекинез сдул винтовку со стола. Второй охранник вскочил с кресла и потянулся за спину. Я метнул его в стену — он отлетел, как тряпичная кукла, и рухнул на пол. В голове отозвалось болью, слегка закружилась.

— Гоу, — бросил я первому и указал на шкаф. Тот все понял мгновенно. Поднялся с места, и я окинул взглядом его пояс — пистолета нет. Заперев его в шкафу, подпер дверь спинкой стула, затем проверил второго. Он был в отключке, на лбу росла знатная гематома. Я забрал у него пистолет, сел за компьютер, положив оружие на стол.

— Как ты это делаешь? — спросила Саша, голос ее дрожал, как березовый лист на ветру. Она прижалась к стене около двери, стараясь держаться от меня подальше.

Я не ответил. В этот момент я пытался разобраться с программой для просмотра записей. Понять, что к чему, заняло около минуты. Найдя нужный коридор, я стал прокручивать запись назад. И когда нашел момент, как из помещения выводили Риту, тихо выругался. Бородатый амбал из ЧВК тащил ее по коридору, держа за волосы. Сердце заколотилось быстрее, и я начал проверять другие камеры, стараясь понять, куда он ее повел. Они вошли в помещение, и громила закрыл за собой массивную железную дверь. В голове прокрутилась дальнейшая судьба Риты. Огромный мужик затащил хрупкую девушку в помещение явно не для того, чтобы сыграть с ней в шашки. Произошло это совсем недавно, так что у меня был шанс спасти Риту.

— Где это? — спросил я, ткнув пальцем в монитор.

— Третий этаж. Иди коридору и найдешь, — пролепетала Саша.

Я вылетел из комнаты охраны, бросившись к Рите со всех ног. Медлить я не мог себе позволить. Сашу оставил стоять у стены, не сказав ни слова, как будто она была частью декораций этого ада.

Прыжками сбегая по ступеням, взглянул на часы. Время истекало ка песок сквозь пальцы. Всего пять минут. Смогу ли я найти Риту и вытащить нас отсюда до прилета ракет? В это хотелось верить.

Третий этаж, коридор, нужная дверь. Заперта. Постучал кулаком.

— Рита, ты здесь?

— Да, — донеслось глухо из-за двери.

А дверь — словно вход в банковское хранилище: массивные петли, тяжелая конструкция…

Как мне ее пробить с моим-то уровнем телекинеза? Как мне достать оттуда Риту? КАК?!

Отступив назад, ударил телекинезом. Глухой удар, железо загудело, но дверь не дрогнула. Придется повозиться и пошуметь. Но сейчас уже было плевать на шум — времени не оставалось.

Внутри у меня был страх. За каждым углом опасность, в любой момент нас могут накрыть ракеты, смерть летает над головой… Вместе со страхом спаялось в одно целое отчаянное чувство несправедливости этого мира — почему Рита должна страдать? За что? Почему она за той дверью? Как мне ее спасти? А если не спасу — кто я после этого? КТО? Я? ПОСЛЕ ЭТОГО?! И это жгло душу.

Я начал концентрировать силу в руках. Во что бы то ни стало я должен открыть эту чертову дверь! Уйти без Риты было для меня немыслимым, словно она была частью меня, и если эта часть погибнет, погибну и я.

Исподлобья посмотрел на дверь, затем стиснул зубы до боли в деснах, сжал кулаки до хруста в пальцах. Краем глаза заметил, как зрение обрамилось уже знакомой синевой, пульсирующей и набирающей глубину. Давненько этого цвета не было… Руки похолодели, будто я сунул их в ледяную воду. Бить со всей дури я не собирался — нужно было затратить минимум сил. Думаю, их хватит. Все-таки, нужно будет еще как-то отсюда выбираться.

Удар! Дверь загудела, как старый колокол, но даже не помялась. Кажется, у меня нарисовалась проблема… Нет, точнее, проблемы. Первая проблема — это дверь. Вторая — телекинез. Чтобы сломать дверь, следующий удар должен быть сильнее, но я еще не применял телекинез с такой силой и не знал, как это отразится на моем организме. Но выбора у меня не было. Придется рисковать.

Удар! Пол под ногами задрожал, на голову посыпалась старая, сухая штукатурка, а в центре двери появилась небольшая вмятина. Меня накрыл откат: голову прострелила острая боль, по телу разлилось противное ощущение слабости, и я слегка качнулся, едва удержав равновесие.

Это было неприятно.

Игнорируя слабость и головную боль, я начал собирать силу для новой, более мощной атаки телекинезом. Думал ли я, что после этого могу отключиться? Конечно, думал! Но во мне теплилась надежда, что этого не случится и мы сможем выбраться из здания. Синева с периферии зрения начала разрастаться, заполняя все, и вскоре я видел мир сквозь синее марево, словно через цветные очки. Казалось, что руки мои покрылись ледяно коркой, а в крови появились осколки льда, царапая стенки вен и артерий, принося невыносимую боль. Мелкая дрожь охватило все тело, и я понял, что телекинез требовал выхода.

УДАР!

Грохот разорвал тишину. Коридор озарила синяя вспышка.

Меня откинуло назад, и я упал на пол. Голова заполнилась оглушающим писком, похожим на бесконечный телефонный гудок. Мир передо мной померк, и я погрузился в темноту, такую тихую и спокойную. Но вскоре толчок вернул меня в реальность. Я увидел потолок, облепленный пылью, и вновь услышал этот писк. От слабости веки были тяжелы, словно гири, и удерживать их открытыми требовалось неимоверное усилие. Тело было сплошным очагом боли, заполненным чудовищной слабостью.

Нужно было подниматься. Найти в себе силы и подниматься. Медленно, с трудом, приподнялся на локте и бросил взгляд на дверь, точнее, на то, что от нее осталось. Там зияла дыра, окруженная осколками кирпичей и арматуры, а по стене змеились черные трещины. Сама дверь валялась на полу, разорванная пополам, погребенная под слоем пыли. В пыльном проеме показался силуэт Риты. Она подбежала ко мне, в глазах плескался страх и ужас. Она что-то говорила, но я из-за писка в голове я ничего не мог разобрать.

Сначала я встал на четвереньки. Руки и ноги дрожали, едва выдерживая вес тела. К полу тянулась тягучая слюна. Медленным, словно подводным движением, я вытер рот и, превозмогая боль, поднялся на колени. Голова кружилась и раскалывалась от боли, слабость тянула обратно к полу. Я постоял так немного, привыкая к ощущениям. Надо было уходить. Время поджимало.

Бросил взгляд на Риту. Она стояла, смотрела на меня, не понимая, что со мной происходит. В ее глазах отражалась растерянность. Еще недавно я был нормальный человек, а теперь корчился на полу, пуская слюни. Хотел сказать ей, что нужно срочно уходить, но силы покинули меня и я не мог вымолвить ни слова. Хорошо хоть писк в ушах начал стихал.

Рита бросила взгляд мне за спину, и ее глаза мгновенно расширились от ужаса. С трудом повернув голову, я увидел его. К нам приближался массивный бородатый мужик в черной майке и штанах цвета хаки — боец ЧВК. На всю руку у него татуировка американского флага. Подойдя, стероидный монстр посмотрел на нас своими маленькими, холодными глазами, потом на дверь и снова на нас, явно пытаясь понять, что тут произошло. Его лысина двигалась туда-сюда, в такт, видимо, работе единственной извилины. В руках он держал веревку и тряпку. На поясе — кобура с огромным пистолетом.

— Куда идьешь, бэйби? — услышал я его глубокий голос с американским акцентом.

Рита рванула прочь. Громила мгновенно переключился на меня и смачно врезал в живот, от чего я рухнул на пол, ударившись затылком. Мир вокруг пошатнулся и коридор завертелся, как в водовороте. Я закрыл глаза.

Он настиг ее почти сразу, понял я это, услышав отчаянный вскрик Риты. Приподняв голову, я увидел, что американец схватил ее за волосы и поволок по коридору. Я смотрел им вслед, не в силах что-либо сделать.

А нужно было.

Наскреб скрытые резервы организма в кулак, я встал, словно восставший из пепла, и шатко поплелся вслед за ними. Меня качало, как на корабле в разгар шторма. Больше всего на свете я желал применить телекинез, но не мог, энергию я всю вычерпал. Цена применения была слишком высокая — моя жизнь. Вцепившись мутным взглядом в Риту, мысленно молил ее сопротивляться. Сопротивляйся! Ну же, давай! Не сдавайся ему так легко. Сопротивляйся, сопротивляйся, сопротивляйся…

Будто услышав мои мысли, она дернулась и вырвалась из хватки монстра, но тот мгновенно схватил ее и потащил дальше. Рита вскрикнула, но на этот раз ее крик был полон злости, а не страха и ужаса. Вдруг она влетела в быка, заставив его отступить на несколько шагов назад, что и стало его гибелью. Рита умудрилась поставить ему подножку, и громила с грохотом рухнул на спину.