Александр Скидановский – Махаон. История исчезновения. Динамичная редакция (страница 2)

— В итоге все завершилось благополучно, физрук и старшеклассники не встретились, а девочки оказались на свободе.

— Нас эти пацаны запомнили теперь, наверное, — сказала Динарка, задумчиво смотря вслед физруку, спешащему к забору.

— Здороваться в коридоре теперь будут… Может, когда выручат в чём.

— Всё-таки хорошо хорошие дела делать, — подытожила она свои размышления и почему-то добавила: — Правильно всё-таки придумано, что мужчина должен быть старше девушки.

— Ладно, пойдём сгоняем в магазин, — предложила она подруге.

— Ещё двадцать минут до перемены — успеем.

— Пойдём, — согласилась Алеська.

Девочки двинулись напрямик через поле за школой к стоящему на его краю ряду торговых палаток. Почему напрямик через поле — а потому что так ближе, не видно из окон и вообще интересней. Поле за школой и Балт район.

Глава 4

Палатки у поля и жизнь после уроков

Торговый ряд, который находился за пустырём недалеко от школы и, как говорила школьная фельдшер, обеспечивал детей будущим диабетом, состоял из нескольких небольших палаток, построенных, как говорили местные, ещё в лихие девяностые. Динарке всегда было интересно узнать, что это означает — «лихие девяностые», — но мама сказала: — Упаси бог знать такое. Палатки были все одинаковые, стояли длинными рядами и предлагали один и тот же нехитрый ассортимент товара. Но вместо стандартной и понятной для всех покупателей вывески с надписью «Продукты» названия магазинчиков хвастались самыми разнообразными словами, непонятно что рекламирующими. Например, магазин «Кормилец», «Впрокъ» или «У Маришки». Прочитав вывеску, у покупателей, конечно же, возникали разные непонятные вопросы. Но Иришки там никакой не было, работала там тётя Марина. Продавцы продуктовых палаток делятся на два основных типа.

К девочкам тётя Марина относилась терпимо, говорила: я и сама вроде такой когда-то была, не помню, — и продавала поштучно и конфеты, и сигареты, кто что попросит. Динарка купила пакет с конфетками, Алеська же любила протеиновые батончики, могла их слопать за один присест хоть 10 штук. Но балетная диета лопать и приседать разрешала только с одним батончиком в день В складчину наскребли ещё на бутылочку «Дюшеса», которую по-честному распили, прям как взрослые, на улице около входа Бутылку аккуратно поставили на асфальт рядом с переполненной урной и побежали обратно в школу. Но объяснить её не смог не только Борька, но и даже пожилой школьный учитель физики Пал Палыч по прозвищу Копатыч. Поле, или пустырь, через которое возвращались в школу девочки, как говорили по местным новостям, скоро должно было стать «спально-жилым микрорайоном»

Но говорили так уже года два, а пока там спали и жили только кошки, собаки и летом иногда местные алкоголики. Местным населением это поле называлось почему-то «полем дураков». Название также осталось загадкой у школьников, так как никаких дураков в поле, сколько ни крути головой, кроме них, не наблюдалось. Тропинки по полю петляли во все стороны, как в аттракционе «Лабиринт», что в центральном парке. Лабиринт открылся прошлым летом, был жутко популярным и страшно дорогим. Этот же аттракцион был пока бесплатным. Все проходящие через поле играли в игру: кто быстрее доберётся, не перепачкавшись и не пересекаясь с чужой тропкой, до самого его края. А победителю, конечно же, приходила в голову поговорка из учебника литературы девятого класса: «Жизнь прожить — не поле перейти». У каждого была своя любимая тропинка, и Динарка привычно пошла по своей, а Алеська потопала по своей.

Но в этот раз она чуть не наступила на то, на что наступать не следовало, и пришлось свернуть немного левее. Алеська, шурша пакетами, с шумом танка продиралась где-то в стороне за спиной. Осень собрала уже все листья с деревьев, а высокие зелёные стебли трав, растущих на поле, почему-то не трогала. Динарка очень любила ходить по таким местам. Главным увлечением в её жизни уже несколько лет была лепидоптерология. Это не болезнь, как подумала и сказала Алеська, услышав впервые это слово Лепидоптерология — это наука, которая изучает бабочек и мотыльков. А ещё полезно для дикции быстро повторить десять раз вслух это название Язык сломать можно, а быстро поговорить десять раз — нет: это тоже слова Алеськи. Грамота была с изображением голубой морфы и вручалась Динарке за её коллекцию мотыльков, которую она собирала всё прошлое лето.

Проходя мимо небольшой ямы, Динарка опытным взглядом сразу разглядела большого махаона на стебле кустарника и очень удивилась. Бабочку махаон называют недаром осенней гусеницей. Эта бабочка давно уже должна была начать зимовать в виде куколки. А эта кружит, позабыв, что сейчас октябрь, а не середина июля. Остановившись и разглядывая бабочку, Динара удивлялась всё больше и больше. Это был очень странный махаон. Хвостики на задних крыльях отсутствовали, синие лунки в виде глаз для отпугивания хищников тоже не было видно. Зато размер тельца и лапок удивлял — форма была совсем не похожей. Бабочка эта считается дневным обитателем и встречается очень редко, её даже занесли в Красную книгу. Надо будет записать в дневнике про эту встречу, думала Динарка, любуясь её крылышками и полётом. Это, конечно, самка, рассуждала она, самки крупнее самцов, а эта вон какая огромная, с ладонь мою.

Бабочка поднялась и пролетела почти, касаясь лица девочки, перед ней. Она то подлетала, то удалялась, как будто звала Динарку куда-то за собой.

— Ну что ж, пойдём, пойдём за тобой, раз зовёшь, — улыбнулась ей Динарка.

Она шла быстрым шагом, боясь потерять бабочку из виду.

— Динарка, ау, ты где? — донёсся издалека Алеськин голос.

— Надо бежать на уроки, — опомнилась Динарка.

— Ладно, приду сюда потом, — решила она и, прокричав: — Иду, иду! — двинулась к подруге.

Глава 5

Компасы и просьба на завтра

По понедельникам уроки всегда были какие-то особенно тяжело переносимые. Может, из-за поставленных подряд двух уроков математики с русским, а может, из-за ощущения, что вся учебная неделя ещё впереди и вообще, как любила говорить подруга Алеська, жизнь — штука не всегда весёлая. Её-то, кстати, сегодня и не было в школе. Повезло: у неё пробная балетная репетиция в театре, она там весело пляшет. А Динарка все шесть уроков, как несчастная немая, одиноко просидела за партой. Когда школа наконец-то закончилась и она вышла на крыльцо, то неудивительно, что настроение было под стать погоде: такое же дрянное. На улице, как обычно к концу уроков, зарядил дождик. Динарка тоскливо посмотрела на тучи: туч было много, а зонтика не было. У Алеськи всегда с собой в пакете где-нибудь отыскивался зонтик.

Динарка, наоборот, сумки и пакеты носить не любила, всегда рассчитывала на подругу, и у неё был самый маленький рюкзачок во всём классе. Детей там встречают довольная туча и мокрый ветер с листьями, и школяры понуро возвращаются домой, как и утром, — все в дождевых слезах. Динарка уже пять минут стояла одетая и с рюкзаком за спиной, не решаясь спуститься со школьного крыльца. Здесь же толпились ещё несколько беззонтиковых личностей — и тоже ждали чего-то. Может, они ждали с моря сухой погоды, а может, надеялись, что ветер украдёт и принесёт им чей-то зонтик, или появится кто-то, кто умеет разводить тучи руками Долгие ожидания, конечно же, всегда оправдываются. Быстрым шагом, с обычным деловым видом на лице, на крыльце появился учитель по ОБЖ Олег Борисович Для краткости дети называли его «ОБ». Он деловито покрутил головой и присвистнул: — Только вроде солнце светило.

Заметив кучку нерешительных фигур на крыльце, поинтересовался: — Что, домой не идём? В школе понравилось?

— Зонтика нет, — пожаловалась в ответ кучка.

— А дождь, может, скоро закончится.

Ждём вот. «ОБ» посмотрел на часы, потом на небо и ответил: — Дождь-то закончится, конечно. Вопрос только — когда. И, ощупывая себя по карманам, отыскивал ключи от машины. Найдя, наконец, связку, он подбросил её вверх и ловко поймал, а потом неожиданно скомандовал: — Ладно, поехали. Доброшу, так и быть. А то сахарные, видать, растаете ещё. Кучка и Динарка, смущаясь, начинали отнекиваться, но «ОБ» нетерпеливо махнул рукой: — Давайте уже. По дороге расскажете, что там вам неудобно. Машина у ОБ называлась «Каблучок», была двухместная, а сзади небольшой кузов. Динаре, как девочке, досталось место рядом с водителем, мальчишки разместились друг на дружке в кузове. «ОБ» крутил руль и привычно ворчал на балтийскую погоду: говорил, что у них в Средней Азии за год выпадает воды меньше, чем тут за неделю.

А потом, видимо, от скуки стал расспрашивать Динарку о всяком разном: кем работают её родители, посещает ли она какие-то кружки-секции, сколько у неё дома братьев, сестёр и питомцев — и прочую ерунду, которую почему-то любят узнавать у детей взрослые. Узнав, что Динара третий год собирает коллекции насекомых, удивлённо покачал головой, а потом неожиданно предложил: — Значит, ты человек ответственный. Мне как раз такой завтра нужен Писать-считать ты умеешь, надеюсь? Завтра у вас какой третий урок по расписанию — физ-ра? Отлично Я договорюсь, чтобы тебя отпустили Поможешь мне в судействе на спортивном ориентировании. И объяснил: — Соревнования у нас завтра, у парней восьмых-девятых классов. На пустыре за школой Спортивное ориентирование называется: с компасом ходить по полю будут, по азимуту ориентиры отмечать, а ты у меня судьёй будешь.