Александр Штейнгардт – Золото Амина (страница 4)
Внутри крепости имелся постоялый двор, магазины, две мечети, две бани, базар. Здесь велась торговля черкесским просо, маслом, воском, бычьей кожей, оружием и, разумеется, рабами, как было принято во всей Османской империи. Особенно ходовым «товаром» были черкесские девушки, высоко ценившиеся в турецких гаремах.
Сначала Зан отвел друзей в таможню. Увидев полковника, таможенники очень быстро справились с формальностями. Затем друзья отправились на постоялый двор.
4. Первые дни в Анапе.
– Вставай, Мехмед!
После предрассветного намаза его друг опять завалился спать. Утро было ясное, запах моря смешивался с запахами крепости. Надо сказать, что, несмотря на большое количество жителей, торговцев и рабов, в Анапе было достаточно чисто. Пахло морем, рыбой, сеном, больше всего манил аромат пекарни. Запах свежего хлеба пробудил аппетит.
– Я есть хочу, а ты валяешься.
– Если ты сейчас не отстанешь, я брошу в тебя кинжал, – не сдавался Мехмед.
Абдулах не стал испытывать судьбу, знал – это не пустые слова друга, мог кинуть. Он вышел в зал, мимо пробежала рабыня хозяина постоялого двора.
– Стой, – скомандовал он рабыне. – Принеси поесть.
– Слушаюсь, господин. Сейчас скажу повару, чтобы приготовил.
Довольно быстро завтрак был уже готов. Ничего необычного: четыре жаренных яйца, кусок хлеба и чашечка кахве16. Очень быстро проглотив завтрак, парень вышел на улицу. Все свои деньги он носил с собой. Однако он как профессиональный казначей имел привычку раскладывать монеты по номиналу и держать в разных местах. Монеты номиналом в 20, 40 и 80 пар17 лежали в нескольких мешочках, один из них, самый маленький, был привязан к поясу, два мешочка имели монеты 1 и 2 куруша18. Но самая значимая часть находилась в отдельном мешочке, спрятанном в специальном кармане с внутренней стороны рубахи, там хранились только отчеканенные золотые Хайрие Алтыны19. Надо сказать, в Анапе в ходу были не только турецкие деньги (отчеканенные в Константинополе и Египте), торговцы и жители охотно принимали русские серебряные рубли, итальянские пиастры. Словом, здесь все серебряные деньги называли пиастрами.
За последние годы Анапа преобразилась. Появилось большое количество торговых лавок, минареты двух мечетей были видны со всех концов крепости. Большую часть жителей Анапы составляли турки и черкесы – преимущественно шепсуги, натухайцы и абадзехи. В одной из лавок янычар приобрел новую одежду. Надо было по возможности раствориться среди местных, которые одевались либо, как турки, либо как черкесы. Впрочем, в крепости вполне хватало разных людей и особенно никто не обращал на них внимания.
Для начала он купил несколько нательных рубах и парочку штанов. Затем подобрал себе «цый» черного цвета – так местные называют кафтан, который русские величают «черкеска». Примерив, парень оценил его удобство, черкеска представляла собой распашную верхнюю одежду без воротника, немного ниже колен с широкими и короткими рукавами и характерными нагрудными пеналами, называемые – «газыри». Кафтан был настолько удобен, что абсолютно не стеснял движения. Поверх рубахи, под черкеску он приобрел парочку более коротких кафтанов – «бешметов», один легкий, другой теплый шерстяной. Завершил свои приобретения Абдулах, купив «башлык20», папаху и кожаный пояс с серебряными украшениями, на который он сразу повесил сальницу21, ружейную отвертку и кресало22.
«А вот и баня», – увидел воин здание.
Он решил зайти в баню. Предварительно пришлось подумать о том, куда спрятать деньги. Несмотря на то, что в Анапе было относительно безопасно, мелкое воровство никто не отменял. С каким наслаждением он смывал с себя недельную грязь. Затем привел в порядок бороду. Облачившись в новую одежду, молодой человек вышел на улицу.
Теперь в обновке он совсем перестал быть похожим на янычара.
«А теперь чашечку кахве», – Абдулах зашел в кофейню. – «Что ж, напиток здесь неплохой».
– А ты здорово преобразился, – подошел, наконец проснувшийся Мехмед.
– Тебе бы тоже не мешало отбить вонь. И приоденься, а то от тебя янычаром несет за версту, а это не безопасно.
– Ладно, ладно, я уже понял. Сейчас помоюсь, вот только выпью чашечку такого же божественного нектара.
Весь день друзья провели в изучении крепости. К вечеру, изрядно нагулявшись, они вернулись на постоялый двор. Поужинав отварной курицей и прочитав ночную молитву, они отправились спать.
Наутро, едва друзья закончили завтрак, появился посыльный от Зана.
– Сефербей Заноко очень просил вас к нему зайти, – сказал он.
– Что ж, дай нам немного времени привести себя в порядок.
– Конечно, господин.
Приодевшись, друзья отправились за своим проводником в дом Заноко.
Полковник встретил их очень приветливо. Было видно, что он рад видеть двух друзей. Несмотря на то, что все слуги в доме были черкесами, было видно, что Сефербей провел достаточно много времени в Турции. На полу лежал, на вид, очень дорогой ковер, стены были драпированы парчой и бархатом, на одной из них висело разнообразное оружие от красивого черкесского кинжала в ножнах отделанных серебром до замечательного английского штуцера, а на подносе стоял и дымился искусно сделанный кальян.
– Я рад вас видеть друзья! – произнес Зан.
– Это взаимно, уважаемый, – ответил Абдулах.
– Не будем терять время. Я думаю, Вы нас позвали не для светской беседы, – бесцеремонно встрял в разговор Мехмед.
– Да, ты прав. Вы обдумали мое предложение?
– Обдумали. У нас есть одно условие, – сказал Абдулах.
– Я слушаю.
– Мы достаточно послужили прежним хозяевам. И сейчас нам совсем не хочется снова становиться уорками. Поэтому мы поможем вам по мере своих сил, но в качестве наемников. И ты должен нам пообещать, что не будешь нам препятствовать, если мы решим завершить наш уговор и проститься с тобой, когда посчитаем нужным.
– Ничего другого я бы вам и не предложил.
– Хорошо. В чем Вы видите нашу помощь, Заноко? – спросил Мехмед.
– Отлично, теперь мы можем с вами поговорить по существу. Вы видели, что вместо ваших братьев янычар, султан прислал солдат Мансура. Их здесь примерно около шести тысяч. Меня не сильно волнует их подготовка, пускай о них голова болит у миралай23. Но здесь порядка двух тысяч черкесов, и столько же может еще сюда прибыть. Я бы хотел, чтобы вы занялись их организацией. И еще, я сейчас вам открою один секрет, прошу вас, друзья, держать пока язык за зубами. Есть информация о том, что Россия двинется на наши земли, и первой на пути у неё будет Анапа. Пока это только слухи, но я хорошо знаю русских и точно могу сказать, что они не отступятся. Я не знаю, сколько у нас времени, но думаю, что не много.
– Ясно, но прости Сефербей, я видел в деле твоих братьев. Черкесы отличные воины. С чего ты решил, что им требуется организация? – спросил Абдулах.
– Ты прав, черкесы хорошие воины и прекрасные наездники. Но мы редко собираемся в большие подразделения. Каждый из моих братьев по отдельности – герой, но их будет непросто организовать и заставить действовать сообща.
– Ты говоришь, что не знаешь, сколько у нас времени? Но хотя бы приблизительно?
– Не знаю, но надеюсь, что хотя бы год у нас есть.
– Скажи уважаемый, насколько ты можешь влиять на этих людей? И на кого мы можем положиться?
– Ко мне с уважением относятся натухайцы, с абадзехами посложнее, они все разные. Но еще сложнее с остальными воинами, хатукайцы, темиргойцы, мамхеги, махоши, егерукайцы – эти подчиняются только своим князьям. Надежных людей я вам дам. И конечно помогу пообщаться с князьями. Судя по вашим вопросам, вы согласны?
– Что ж, если ты принимаешь наши условия, мы согласны, – переглянувшись с другом, сказал Абдулах.
– Найди нам дом, Сефербей! Не жить же нам все время на постоялом дворе! – Мехмед развел руками.
– Хорошо, у меня есть один дом на примете. Совсем недавно мы тут одного турецкого сановника выгнали. Его дом пустует. Можете занимать.
– И последнее, нам нужна служанка.
– С этим справитесь сами. Можете нанять кого-нибудь из местных или, в конце концов, базар рядом. Я надеюсь, деньги у вас есть.
– Мы же идем к тебе на службу зарабатывать деньги, а не тратить, – не унимался Мехмед.
– Какое отношение твой желудок и чистая рубашка имеет к службе? – посмеялся Зан.
– Хорошо, Заноко. Дай нам несколько дней обустроить быт. Затем собери князей и командиров отрядов. Нам надо познакомиться и понять, кто как настроен. А сейчас покажите нам дом, – Абдулах поднялся со стула.
– Да, конечно, мне тоже нужно время, чтобы собрать всех вместе. Ахмед, проводи уважаемых. Друзья, если еще что-нибудь понадобится, буду рад помочь. Как будете готовы, дайте мне знать.
Дом бывшего турецкого сановника показался нашим друзьям почти дворцом. Каменный с пятью спальнями, столовой, кухней, кладовой и большим ухоженным задним двором. Видимо сановник уезжал впопыхах, а возможно налегке. В доме осталось почти все необходимое от постельного белья до кухонной утвари. Возможно, бывший хозяин намеревался вернуться.
– В таких условиях мы с тобой еще не жили.
– Я думал, что на благоустройство нам понадобится больше времени, сказал Абдулах.
– Ладно, раз нет необходимости приобретать утварь, давай поищем слугу.
Друзья направились на постоялый двор забрать свои вещи.