Александр Шорин – Рассказы по пятницам. Литературный проект «Областной газеты» (страница 2)
В их семье женщинам было положено готовить еду, растить детей и не обсуждать решения мужчин. Поэтому, когда в один прекрасный день отец представил её какому-то юноше и сказал: «Это Беслан, твой будущий муж», она восприняла это как должное. Её, правда, несколько удивило, что муж провел с ней всего одну ночь и был груб, а после этого сразу исчез, но она ни единым словом не высказала ни ему, ни отцу своего неудовольствия. Ещё через месяц она узнала, что её муж погиб как настоящий герой и что она беременна…
Но самая странная вещь произошла с ней, когда пришла пора родиться ребёнку. Её забрали к себе две старухи и долго над ней колдовали во время схваток. А после родов, когда она, еще совсем слабая, хотела обнять новорождённого, ей в этом отказали.
Вместо этого совсем незнакомые чеченские мужчины показали ей трупы её родителей, изрешечённых пулями, дали их оплакать, а после надели на неё большой бандаж, имитирующий беременность, и попросили снова идти со своей скрипкой в переход метро. Она не спорила с ними, хотя из ее глаз катились слёзы. Она молча взяла свою скрипку и пошла.
Этот, последний её концерт, был самым необычным: первое же прикосновение смычка заставило толпу вздрогнуть и поселило в сердцах людей неясную тревогу. Затем необычная мелодия стала набирать силу, и тревога в сердцах людей переросла в страх, а затем в панику. И только когда переход оказался совершенно пустынным, девушка опустила смычок и сползла по стене, закрыв руками свое заплаканное лицо.
Страшный взрыв потряс стены, и его грохот покатился в обе стороны прощальным салютом, которого она уже не слышала.
Авось
Александр Шорин
Жил да был человек-крокодил и звали его Авось, а если по-простому, то Вася. Был он зеленый, чешуйчатый весь – таким уж уродился.
Мама у него была еврейка, папа – философ. Почему уродился он чешуйчатым, мама молчала, а папа молчал и подавно, потому что, увидев сына в роддоме, потерял речь, и с тех пор все свои философские изыскания проводил исключительно в письменной форме – запирался в маленькой каморке на чердаке и писал огромный фолиант, озаглавленный таинственно – «Изучение людей». Но это Вася потом узнал, когда читать научился, как и то, что странное имя – Авось – дал ему папа, написав записку маме. Впрочем, до поры до времени он даже и не знал, что зовут его Авось, потому что мама всегда, наперекор папе, звала его только Васей.
С самого детства человек-крокодил был очень добрым и больше всего на свете любил улыбаться. Проблема была в том, что когда он улыбался, то даже мама (а я вам напомню – это была еврейская мама, любящая и заботливая, из тех про кого сочиняют анекдоты: «Если ты встал ночью по малой нужде, а вернувшись увидел, что твоя постель уже аккуратно заправлена, значит у тебя еврейская мама») – даже его еврейская мама бледнела, закрывала глаза и начитала читать молитвы. И только папа любил, когда сын улыбается.
Когда же Вася немного подрос, и пришла ему пора идти в детский сад, то его улыбчивость стала не только проблемой мамы: после того, как Вася улыбнулся заведующей, та наотрез отказалась допускать его к другим детям.
Проблему общения Васи с внешним миром решили так: папа, который ежедневно отправлялся гулять, стал брать с собой сына, предварительно надев ему повязку – типа от гриппа, и под повязкой Вася мог улыбаться сколько ему влезет. Иногда он даже отпускал его играть с другими детьми, тщательно, правда, следя за тем, чтобы тот не снимал повязку…
В школу его тоже не взяли – предложили интернат, но мама отказалась. А чтобы у сына был учитель, наняла ему слепого. Слепой оказался из бывших моряков и очень пьющим, но при этом к своим обязанностям относился серьезно: если Вася занимался плохо, давал ему подзатыльники. Вася терпел и все равно улыбался, но однажды, не выдержав, взял и слопал учителя – все-таки он был крокодилом. Мама за это на него очень рассердилась и перестала отпускать его гулять с папой, со словами: «Вдруг ты и там кого-нибудь слопаешь». Вася загрустил, но ненадолго: слепой успел научить его читать, а так как книг в доме было много, то с тех пор у него всегда было чем себя занять.
Шли годы, и однажды, когда Вася стал уже большим, то, когда папа гулял, то он, нарушив запрет, проник в его каморку и стал читать фолиант «Изучение людей». Тут-то и оказалось, что папа его – тоже крокодил, который родился на планете крокодилов, а на Землю его прислали писать научный труд по изучению людей. Естественно, ему сделали операцию, чтобы он был похож на человека, а здесь он встретил его маму, которую очень полюбил. А когда мама захотела от него ребенка, то он ей сказал, что ребенок может родиться похожим на крокодила. На что мама ответила: «Авось будет похожим на обычного ребенка». Поэтому, когда родился Вася, папа ему и дал имя – Авось.
Так Вася узнал, что он – крокодил, и имя его – Авось, а не Вася.
А еще папа писал очень странные вещи. Например, о том, что люди постоянно говорят совсем не то, что думают – это называется «ложь», и постоянно думают о том, что скажут про них другие. Что они вечно недовольны своими правителями, которых сами же выбирают, что считают неприличным свой способ размножения… И всякое такое прочее.
Но все это Васе показалось не очень интересным, по сравнению с тем, что он узнал о себе. Оказывается, от него столько лет скрывали такую важную тайну!
Пошел он к зеркалу, посмотрел внимательно. Так и сяк. Улыбнулся. И загрустил, потому что понял: тяжело быть не таким, как все.
Он и раньше догадывался, что что-то с ним не так, а теперь убедился в том, что это действительно большая проблема.
И тут он понял: дальше нужно жить самому, потому что так разозлился на папу с мамой, что может и их тоже слопать, как слопал слепого моряка.
Вышел он из дому и пошел куда глаза глядят…
А глаза у него слезились, и поэтому по сторонам он не смотрел, а шел все прямо, пока не уперся в большую бетонную стену. Тогда он свернул и пошел вдоль этой стены, пока не уперся в какую-то будку, на которой было написано «КПП». В будке скучал молодой человек в пятнистой одежде, который при виде его, тут же убежал, крича что-то нечленораздельное.
Вася устал, поэтому занял место этого человека. Сел и впервые в жизни дал волю слезам, которые оказались огромными, потому что были крокодильи. А наплакавшись вдоволь, уснул, утомленный.
Между тем, возле будки начался переполох: пятнистые люди бегали туда-сюда. Потом самый здоровый и видимо самый храбрый из них зашел внутрь, чтобы разглядеть спящего.
Посмотрел. Крякнул. Выругался.
А Вася в это время улыбнулся во сне и сладко зевнул, показав зубы.
Здоровый вздрогнул. Отступил. И, наконец, сказал с восхищением:
– Вот это рожа!
Потом почесал бритый затылок, и вынес вердикт:
– В казарму его, ребята. И не из таких людей делали!
Так Вася нашел свое счастье: дослужившись до старшины, он получил возможность улыбаться каждый день и начальство было им очень довольно – показатели по части строевой подготовки у его солдат всегда были лучшими в части.
Говорят, прочили ему карьеру, да он отказывался – ему и так хорошо было… Он по-прежнему любил читать и даже вступил с папой в переписку, которую тот потом внес в свой фолиант как главу под названием «философский диспут». В нем сын пытался доказать, что даже рожденный крокодилом может стать настоящим человеком.
…Впрочем, спустя много лет, когда на Землю высадились первые корабли с планеты крокодилов, оказалось что и у нас крокодилов куда больше, чем казалось по внешнему виду. И лишь он один, обладая внешностью крокодила, остался настоящим человеком.
Но это уже другая история…
Сказка про морковку
Александр Шорин
Вы когда-нибудь видели много моркови? Не просто много, а ОЧЕНЬ МНОГО? А я видел!
Стоишь, а там, куда ни глянь, всюду морковь. Море моркови, океан моркови. Целые морковные джунгли. Наверное, если всю её выкопать, получится сто тысяч тонн морковок. Или даже миллион тонн. Наверное, из неё можно построить целый дворец и объявить себя Морковным Императором…
Один совсем небольшой морковёнок, живущий в этих джунглях, на вид совсем такой же, как и все другие морковята, очень хотел почему-то совсем необычной судьбы. Ну что, думал он, будет со всеми этими моими соседями-морковками? Наверное, их вырвут и съедят. Или, например, они размножатся и сгниют – если их никто не вырвет. А он, морковёныш, хотел чего-нибудь особенного. Правда, ничего для этого конкретного сделать он не мог: только молча молился он об этом своему Морковьему Богу.
Однако иногда так бывает, что для того, чтобы сбылась самая-самая заветная мечта нужно совсем немного, может быть даже самую малость. Нужно очень этого захотеть. Морковёнку повезло: его действительно ждала совершенно необычная судьба. Зимой, когда намело много снега, он стал носом у огромного пузатого снеговика. Красным и красивым. Глядя на этот нос, все прохожие улыбались, а морковёнок тихо радовался…
…А в городе Рязани жил мужик с усами. Такими длинными, что был похож на таракана. Звали мужика Иваном.
Была у Ивана мечта в жизни: хотел он в Австралию. Вот так вот, понимаете, жил-поживал и вдруг однажды понял: без Австралии – не жизнь. А был он мужик решительный: долго не раздумывал – собрал пожитки, деньги какие были, и двинулся из Рязани в края чужедальные.