Александр Шмаков – Уральский краевед (страница 3)
С детских лет впечатлительная натура Владимира Павловича впитывала, как губка, рассказы взрослых, устно-поэтический дух русского народа — его сказы, сказки и предания. С годами это стало страстью. И Бирюков посвятил себя изучению народного творчества, меткого и образного слова, дающего начало фольклору, научился улавливать его малейшие оттенки, в совершенстве познал и изучил родной язык.
Если говорить точнее, Владимир Павлович не только фольклорист, имя которого вошло в историю советской фольклористики.
— Я краевед, — скромно называет он себя, когда заходит разговор о его ученом звании.
И действительно, занятия фольклором всего лишь малая часть его разнообразной краеведческой работы. Краеведение понимается Бирюковым много глубже и шире, чем обычно, а именно — как область знаний, неотъемлемо слитая с духовной культурой народа, его трудом, борьбой, бытом. И это ярче всего проявилось в собирательской деятельности краеведа. Сначала стихийно, а потом и сознательно в ней отразилась программа русских революционных демократов — изучить народное творчество, как «материал для характеристики народа», по меткому определению Добролюбова.
Отсюда В. П. Бирюков сформулировал довольно точно свой принцип работы собирателя: «Через устное народное творчество, через народный язык — к познанию родного края». Именно этот принцип полнее всего выражен краеведом в книге «Урал в его живом слове».
В одном из очерков «Как я стал собирателем живого слова» Владимир Павлович писал:
«Мне часто выражают сожаление, что я «кисну в глуши». Меня обижает это, точно уголок, в котором я живу, — не уголок моей великой Родины! Краевед нигде, никогда не закиснет, тем более собиратель творчества своего народа».
Эпиграфом к жизнеописанию патриота своего края могла бы служить старинная русская пословица: «Где родился, тут и сгодился».
Первые знания Владимир Павлович получил в сельском начальном училище. Затем он был отдан в Камышловское духовное училище. После его окончания в 1902 году Бирюков поступил в Пермскую духовную семинарию. Богословие не влекло, Бирюкова тянули естественные науки, и священника из него не получилось. Из стен этой семинарии вышли такие выдающиеся деятели, как Д. Мамин-Сибиряк, изобретатель радио А. Попов, математик И. Первушин, исследователь Новой земли и Северного морского пути К. Носилов, писатель-уралец П. Бажов.
Годы учебы в духовной семинарии совпали с нарастанием рабочего движения в России, вызванного первой русской революцией 1905 года, брожением умов интеллигенции, ростом ее общественной активности. Не прошла стороной и для Бирюкова могучая освежительная волна. В октябре 1905 года семинарист участвует в первых политических демонстрациях в Перми, слушает выступление Я. М. Свердлова. Все это не проходит бесследно для пылкого юноши. Он втягивается в подпольное движение семинаристов и редактирует общеученический журнал «Наши думы». Печатался журнал тайно, на гектографе, в кладовке, заваленной церковной утварью, над алтарем домовой семинарской церкви, преимущественно в часы богослужения. Журнал выходил тетрадками в несколько десятков страниц, с карикатурами в тексте и продавался по 15 копеек за номер.
Содержание статей и заметок, опубликованных в журнале «Наши думы», комплект которого сохранился у В. П. Бирюкова, лучше всего говорит о настроении семинаристов. После поражения революции 1905 года среди молодежи чувствовалась растерянность, неверие в успех революционного дела. Поддались упадническому духу и учащиеся семинарии. Партийная организация Перми решила бороться с этим злом силами самих учащихся. Так была подсказана мысль об издании общеученического журнала «Наши думы». Журнал стал выразителем дум подпольного кружка учащихся старших классов школ города. Он призывал к бодрости, собиранию сил, к продолжению борьбы, временно придавленной реакцией царизма.
Владимир Бирюков принимал самое живое и активное участие в выпуске журнала «Наши думы». С этого времени сотрудничество в газетах и журналах становится его духовной потребностью.
После окончания семинарии В. Бирюков отказывается от духовного звания и поступает в Казанский ветеринарный институт. Наряду с учебными лекциями Владимир Павлович посещает заседания ученых обществ естествоиспытателей, археологов, историков и этнографов. Круг его знаний значительно расширяется. Здесь он слушает доклады по диалектологии, фольклору и этнографии, активно сотрудничает в газете «Камско-Волжская речь», московском журнале «Ветеринарная жизнь» и других периодических изданиях.
В 1911 году по поручению одного из ученых Казанского университета Бирюков совершает поездку по реке Южная Сосьва и собирает гербарий лишайников, а через два года участвует в экспедиции Пермского губернского земства по реке Сылве, затем едет в Камышловский и Ирбитский уезды с целью изучения состояния животноводства. Кто знает, может быть, именно эти первые поездки по уральским рекам и селениям сделали из него позднее неутомимого путешественника по родному краю, неисправимого и великого ходока — собирателя фольклора Урала!
Казанский институт дает В. Бирюкову специальность ветеринарного врача, открывает перед ним возможности побывать на юге России, пожить в Подмосковье — Подольске, Волоколамске и других городах. Ненасытная тяга к знаниям приводят В. Бирюкова в Московский археологический институт и одновременно в сельскохозяйственный — ныне Тимирязевскую академию.
Будучи мобилизованным в действующую армию, он попадает в прифронтовую полосу на Запад России. Бердичев, Конотоп, Хорол и многие другие города Украины только еще больше разжигают страсть коллекционера и собирателя. Так, в Хороле Владимир Павлович производит раскопки, организует археологическую выставку, помогает открытию местного краеведческого музея.
После ранения на фронте В. Бирюков возвращается на Урал и всячески активизирует научную самодеятельность. Молодой ученый-краевед доказывает, что наука не только святилище маститых ученых, но достояние всего народа, дело его рук.
Это был уже 1917 год. Владимир Павлович обосновывается в Шадринске. Здесь он развертывает бурную краеведческую деятельность: организует музей и библиотеку при нем, художественную галерею и местный архив, создает постоянный лекторий и проводит массовые экскурсии, а самое главное — вплотную подходит к изучению уральского словаря и говоров.
Все это Бирюков делает с огромнейшим воодушевлением. Он как бы находит себя окончательно и таким образом определяет свое призвание.
«Кто хочет знать историю и быт народа, должен прежде всего изучить его язык, — утверждает краевед. — Это — ключ к пониманию души народа, его прошлого, его чаяний на будущее…»
Осенью 1919 года, мобилизованный в Томск ветврачом, Владимир Павлович посещает в качестве вольнослушателя историко-филологический факультет университета, участвует в конкурсе на лучшую работу по местным наречиям. Здесь он знакомится с профессорами С. Обнорским и А. Григорьевым, сыгравшим и в его судьбе немаловажную роль.
Как-то однажды Бирюков показал изящную коробку с серебряной медалью. На одной стороне настольной медали барельефно изображен Аполлон, а на другой надпись: «Преуспевшему».
— Это оценка моей работы на конкурсе, — сказал он, — моя путевка в жизнь…
Серебряная стограммовая медаль Томского университета, присужденная В. П. Бирюкову за диалектологическую работу, окрылила писателя-краеведа. Он с увлечением принялся за собирание материалов по говорам местного населения. Одна за другой в печати появились его работы по этим вопросам, статьи и заметки в газетах и журналах. Кстати, это не единственная медаль и отличие. В январе 1915 года за дипломную работу «Описание древностей, найденных в Балканской волости Шадринского уезда», которую В. П. Бирюков защитил на отлично, археологический институт наградил его золотой медалью и присвоил ему звание ученого археолога.
По приглашению Академии наук, возобновившей издание «Словаря русского языка». Бирюков в 1920—1930 гг. принимает живейшее участие в его составлении: вносит поправки, дополнения, замечания. Многие из слов, записанных Бирюковым на Урале, вошли в словарь русского языка и прочно утвердились в нашем разговорном обиходе.
К этому времени становятся ощутимыми и результаты книгособирательской работы Владимира Павловича. У него накапливается множество старых книг, журналов, газет, листовок, бюллетеней, афиш, календарей, рукописей разных авторов. Свое собрание краевед передает Челябинской областной библиотеке. В нем — 80 тысяч экземпляров книг, брошюр и годовых комплектов различных газет. Собирал он их на протяжении 32 лет.
«Самой ценной частью подарка тов. Бирюкова, — писала «Правда» 18 апреля 1935 года, — является собрание периодических изданий Урала, которое составлялось с той целью, чтобы иметь в одном месте эту периодику, а также составить научный указатель к ней».
Далее «Правда» отмечала, что отныне Челябинская областная библиотека является единственным на Урале местом, где имеется самое полное собрание уральской периодики, и подчеркивала, что если это собрание снабдить печатным каталогом-указателем, то периодическая печать Урала — «эта лучшая летопись наших дней», явится широкодоступной для массового пользования.