Александр Шляпин – Сперматозоид (страница 3)
– Нет, Маня, круче…
– Что может быть круче отравы? Ни-че-го! Не будет жука, это же какая жизнь на земле наступит! Ого -го! Картошки вволю хоть обожрись! А из картофеля и спирт, и крахмал и всякий продукт делать можно. Экономика оживает и народ сыт!
– А он снова орет: – Открыли!
Наша собака по кличке Кенар так перепугалась так, что в будку влезла и даже двери за собой захлопнула. Куры разлетелись по всей усадьбе. Все яйца на неделю вперед растеряли. Даже волки в лесу завыли.
– Что открыли, – говорю – придурок!? Что ты орешь, как рупор на городской бане?
– Маня – не нервируй меня! Мы Бозон Хигса открыли!
– И что теперь? Какой мне прок от твоего комбинезона?
– Дура, ты Маня! Ты совсем ку-ку? Бозон – это мать твою -частица Бога. Из неё весь мир сотворен. Все что кругом нас – это и есть бозон
И тут я своим бабьим умом подумала: «Всё – кирдык вам колорады! Теперь то вы у меня попляшете»! А твой Ваня, бозон могет жука заморить?
– Не, ну ты Манька, дярёвня! Какой жук, это же – Бозон., – говорит танкист.
Гляжу бабы, а на наши разговоры тут же последовала реакция соседей. Стали они мелькать над забором, а кто и в щелку уже глядит. Уставились на нас с Ванькой, будто мы не Хигса обсуждаем, а семнадцатую позу Камасутры.
– Ванька давай, не робей, – кричит тетя Мотя. -Пора детей заводить, а не кроликов!
И тут бабы, я озверела как кот Леопольд, да и говорю Ваньке.
– Ты мне Ваня, саму суть поведай – интернетчик ты хренов. Расскажи, что к чему, и с чем мы тот бозон кушать будем.
А Ванька отвечает:
Глупая ты баба Маня! Бозон – это такая вещь! Да о нём все человечество долгие годы мечтало. Его везде искали и вот, наконец – нашли! Наступил долгожданный час. Теперь Маня, мы узнаем, из чего состоит вся наша вселенная.
Дурно мне стало от слов его умных. Я баба деревенская и не могу понимать этих умных слов. Скрестила руки под грудями – да и говорю этому оболтусу:
– Из колорадского жука, состоит твоя вселенная. У нас жук! У Моти жук! У деда Семена тоже жук по всей плантации. Да когда эта тварь только нажрется? Мы ведь без картопли останемся…
А танкист, словно канарейка мне заливается.
– С его помощью, Маня, мы картоплю в пробирке делать будем. Он же бозон!
Вот тут меня бабы, достал этот танкист до самых печенок! Я же вижу по нему, что его аж трясет. Видно битву за Берлин проиграл. Вот и решил меня гад, этим Бозоном доконать, чтобы я капитулировала и открыла перед егоной харей все кладовые на предмет самогона.
– Я как баба русская не то, что умом, я сердцем должна понять, что это за хрень такая. Я мозгом, а то и руками должна прощупать этот самый Бозон. Нужен он в нашем хозяйстве, али это за зря потраченные деньги?
Тут тетя Мотя, сдвинула доску в заборе, и просунулась на нашу территорию свою ехидную рожу. А потом и сама как угорь скользкий проникла.
– Здрасте вам!
– Ну, здрасте и вам – тетя Мотя…
– А чаго это твой танкист там тебе такое интересное рассказывал? Может, кто помер?
– Да ни кто не помер, -говорю я ей. -Говорит ученые какого-то Хигса открыли.
– Артист что ли?
– Кто?
– Ну, Хигс етый, ну тот, что Бозон!?
– Да не артист. Элемент какой-то. Хрен его знает короче. Говорит с его помощью картошку можно на Марсе сажать без этого гадского жука.
Пока Мотя мою черную смороду щипала, смотрю, а следом за ней сквозь забор стали просачивается дед Семен, и другие соседи. Подходят к нам да и говорит:
– Знаю соседушка что беда у тебя стряслась. Ты Маня, особливо то не серчай. Мы табе если, что поможем всей коммунной. Ванька твой с детства шабутной был. Я его еще таким шкетом помню. Ты если любишь Кабзона, то руби сразу, пока твой мужик на танке Берлин берет.
– Вы что дядя Семен, какой Кабзон – спрашиваю я его, а он мне отвечает:
– Какой, какой – знамо какой – Иосиф Давыдович. От нас Маня, ничего не скроешь. Мы это Кабзона со времен Брежнева в телевизоре видим. Мужик он видный. Голос у него хороший. Ни чета твоему Ваньке танкисту. Коли любишь Кобзона – руби сразу.
Гляжу, а тут мой Ванька прибегает и перед народом начинает по какой-то бумажке читать:
– Бозон, дядя Семен, это такая хрень из которой вся вселенная состоит. Это тот кирпичик, который вложил наш создатель, когда весь этот мир творил.
– Во как, создатель, – сказал дед Семен.
– Ты это паря, тут нам не темни! Ты поведай людям бечь нам соль да спички куплять, али еще трохи подождать можно, – запричитала Мотя.
Вы бабы не поверите, что тут началось. Народ прямо гужем пошел, как лосось на нерест.
Готовы разорвать моего танкиста на ласкуты. Кто что орет. Кто про Кабзона, кто про пенсию, кто про конец света. А мой баламут видно фильм про Чапая вспомнил. Схватил с гряды два огурца и говорит деду Семену:
– Смотри! Представь себе дед, что это молекула – нет даже атом золота.
– Ну! Атом золота – это хорошо! Лучше когда два, а то и три килограмма! На хрена нам атомы?
А мой танкист не сдается. -Теперь, -говорит, – мы разгоним эти атомы по трубе навстречу друг другу.
– Ну…
– Что ну? Что ну? Навстречу друг другу…
И тут мой Ванька, со злости, как хлопнет один огурец об другой, прямо перед рожей деда, только семечки на бороде повисли.
– Во видал?
– Что видал, – спросил дед.
А Ванька достал из его бороды семя и говорит:
– Вот это дед и есть Бозон Хигса.
Дед затылок почесал и сказал.
– Какой это Хигс, это же огурешное семя. Ты нам настоящий Бозон покажи. Ну чтобы мы знали, что это и с чем его едят. А то нажрешьси на ночь, будешь поносом маяться.
А Ванька мой не унимается и орет как Цицерон:
– Тебе что дед атомный коллайдр построить? Да ты знаешь, сколько он стоит?
– Ну и сколько стоит твой колайдер? Чай не дороже самогонного аппарата.
Бабы, если бы вы знали, сколько денег стоит этот Хигс? Ванька сказал, что для того чтобы найти эту частицу Бога наши ученые потратили двадцать миллиардов долларов. Тут на нашем огороде стало так тихо, что я даже услышала, как жук колорадский мою картофельную ботву жрет. А тетя Мотя достала из кармана калькулятор, и стала тискать на нем кнопки. Видно ей интересно было знать, сколько это на рубли выйдет. Только у неё экрана не хватило.
– Ты им Ваня, еще раз расскажи. Я сама хочу понять, зачем нам этый Бозон? Что это вообще такое?
– Ученые, которые открыли бозон Хиггса, открыли новый источник неисчерпаемой энергии. Представь себе… и тут снова Ванька снова берет в руки два огурца.
– Это атом золота, – засмеялась тетя Мотя.
– Да, это атом золота. А теперь эти два атома должны столкнуться…
– Эй, Мотя, что стоишь, рот разинув, хватай огурец. – закричал дед Семен и весь народ дружно стал смеяться над моим Иваном. Смеялись все, считая, что мой Ванька ничего больше про этот самый Бозон не знает. А я краем глаза гляжу бабы, а народ приготовился уже расходиться по домам. И тут меня мысль осенила. А не выпить ли нам за этот Бозон Хрен… фу ты Хигса. Я и говорю народу:
Ванька бабы вспомнил! Вспомнил что в это день мы с ним расписались. Обнял меня и поцеловал нежно в щечку.
– Прости Маня – вспомнил. Это же отметить надо чай у нас с тобой юбилей.
Эх, бабы, да на моей душе, белые хризантемы распустились. Так мне хорошо стало, прямо спасу нет. Вытащила я самогона трехлитровую банку и столько же наливки вишневой. Подхватили мы все это с Ванечкой и к гостям вышли. Впереди мой Ванька словно герой идет.