Александр Шишковчук – Схрон. Дневник выживальщика (страница 46)
— Сэр, как долго нам еще торчать в этой дыре? Я скучаю по своей семье и ферме в Алабаме…
— Бобби, ублюдок, заткнись, мать твою, или я сам прострелю твою ниггерскую задницу!
— Сэр, простите, сэр…
— В этой проклятой Раше так холодно, что мои яйца играют «Джингл беллз»… — пожаловался другой солдат. — Когда за нами приплывет помощь?
— Госсподи! Yobaniyvrot, Майкл! — выругался по-русски пендосский сержант. — Это знает только Иисус, мать его за ногу! Смотрите в оба, засранцы! Есть информация, эти Иваны что-то затевают сегодня ночью.
— Есть, сэр, — угрюмо ответил Майкл. — Разрешите обратиться, сержант Монтгомери, сэр?
— Твою мать, ну что еще?
Рядовой повозился и вытащил пластиковую бутылку из-под Фанты.
— Будете, сэр?
— Где ты это раздобыл, засранец? — Сержант сделал большой глоток и шумно выдохнул: — Твою мать, божественное пойло!
— Поменял сегодня у местной babushka на рынке.
— Майкл, сукин сын, знаешь, как уважить старика Монтгомери! Напишу завтра рапорт о твоем повышении.
— Спасибо, сэр!
— Дайте и мне, сэр! — подал голос Бобби.
— Держи, ниггер!
— Сэр, да вы расист, — обиделся черномазый солдат.
— Можешь подать на меня в суд, хо-хо! Эй, верни бутылку, гребанный ниггер! Посмотри, Майкл, этот черножопый уже выпил половину!
В этот момент я выпрыгнул из сугроба, как обезумевший лесной кот. Сержант начал медленно оборачиваться, чтобы встретить удивленным лицом ледяную сталь моего клинка. Лезвие погрузилось по рукоять в распахнутую пасть. Глядя в глаза застывшему негру, я с хрустом повернул кинжал и выдернул. Обмякшее тело еще падало в снег, когда я бросился к рядовому Майклу. Он лихорадочно сдергивал с плеча «эмку». Резкой вертушкой отправил врага в нокаут. Саркастически улыбнувшись, посмотрел на черного. Из его лап выпала бутылка. Самогон расплескался, смешиваясь с кровью. Рухнув на колени, солдат взмолился:
— Пожалуйста, не убивай! У меня детишки! Ферма в Алабаме!
— Смерть тебе! — С силой вонзил нож в глаз нигге, с удовольствием наблюдая, как жизнь покидает дергающееся тело, и как угасает красное свечение. Сзади кто-то зашевелился. Блин! Чуть не забыл прикончить Майкла! Я подошел к нему и отточенным движением перерезал глотку.
Глава 44
Со стороны леса движутся стайки зеленых огоньков. Наши, похоже, не стали меня дожидаться. Я быстро обшарил мертвяков. Забрал сухпайки и рацию. Она, тут же ожив, затараторила отрывистыми пендосскими командами. Гнусавый голос в моей башне услужливо переводил:
— Сержант Монтгомери! Группа Дельта-Браво, вашу мать! Доложите обстановку! В вашем секторе замечено движение! Ответьте! Высылаю подкрепление!
Ударом массивного ботинка раскрошил к чертям рацию. Кажется, сейчас начнется месиво. Перевернув дохлого сержанта Монтгомери, снял бронежилет. Ништяк, какой легкий! Тут же надел амерскую броню. Теперь я неуязвим для шальных пуль!
Подтянулись наши. Свистнул им условным сигналом.
— Ну, ты даешь, Саня! — воскликнул Валера, увидав трупы. — А я уж грешным делом подумал, тебя убили, ты все не возвращался.
— Лихо, хлопец! — усмехнулся дед Егорыч. — Прикончил фрицев клятых! Хотя, я в сорок втором и не таких уделывал, хех…
— Какие фрицы, Егорыч? — возразил Валера. — Это же «гости» из Америки.
— Как какие? — старик проморгался, всматриваясь в форму убитых. — Я, поди, ещщо из ума не выжил. Вон, нашивки армии «Лапландия», тридцать шестой горный корпус, растудыть его налево! Уж сколько я немчуры этой навидался в войну!
Валера наклонился ко мне и тихо произнес:
— Походу, наш Егорыч перебрал лишнего.
— Похрен, что ему там мерещится, — ответил я. — Лишь бы убивал этих гадов.
— Эхе-хэй! — Дед расправил грудь и потряс ружьем. Борода его топорщилась, а в глазах блестел яростный огонь. — Я, как лет на сорок помолодел! Хороший чай у тебя, Санек! Голыми руками фрицев рвать готов.
— Во, видал, — усмехнулся я.
— У меня тоже с чая этого, что-то не то в голове творится, — признался друг. — Я как со стороны себя вижу. Все, будто в игре, где я управляю персонажем. Чем-то «Контр Страйк» напоминает.
— Ну, это нормально. Может, сегодня и ты налупишь фрагов.
— Мне прямо не терпится.
Жесткий толчок в плечо прервал наш разговор.
— Что это такое? — Игорь зло таращился на меня, тыча стволом «Абакана» в мертвецов.
— Враги, сэр… тьфу ты, товарищ командир.
— Сам вижу. К чему такая жестокость? Я же приказал просто разведать обстановку.
— А что смотреть на них что ли? — удивился я.
— Здесь приказы отдаю я, — скрипнув зубами, сказал Игорь. — Сброд необученный, бляха…
— Ясно, товарищ командир… кстати, я по рации слышал, что амеры послали сюда подкрепление!
— Ты что, понимаешь английский? — подозрительно спросил сержант.
— Ну, так немного…
Зыркнув недобрым взглядом, он приказал:
— Так всем рассредоточиться! Сюда движется противник! Огонь по моей команде. Тела убрать!
Все забегали, как ужаленные. Волнение предстоящей схватки охватило отряд. Трупы запихали в щель между гаражами. Игорь с несколькими людьми залегли наверху. Я с Валерой и Егорычем спрятался за мусорными контейнерами. Крысы, пировавшие тут, шмыгнули в разные стороны. Усатый и остальные затаились кто где. Улица выглядит пустой. Шум мотора. Из-за дальней пятиэтажки, слепя фарами выехали две пендосские легкие бронемашины с пулеметчиками на крыше. Я смотрел на них своим холодным взором, лаская гранату в ладони.
Вражеские «Хаммеры» остановились прямо напротив.
Почему наш контуженый командир не отдает приказ в атаку?
Нас же засекут! Вдруг у них есть теплодетекторы? Мое воображение тут же нарисовало картинку, как пендос на крыше броневичка разворачивает в нашу сторону гребаный пулемет «М60D», как смертоносные разрывные пули прошивают ржавые мусорные баки и бренные тела меня и моих друзей. Я не мог допустить такого безобразия. Граната в руке так и просится в полет. А враги, похоже, что-то заметив, начали орать на своем языке. Переводчик в моей голове куда-то пропал, и я различал лишь «фак» и «щит»…
Вот взревели их моторы. Один «Хаммер» начал сдавать назад. Захватчик на крыше, взбледнув лицом, зажал в зубах окурок и стал наводить на нас дуло пулемета. Вот черт! Я не мог это больше терпеть. Рука стремительным движением запустила гранату прямо в пулеметчика. Бах! Взгляд с удовольствием проследил замысловатые траектории ошметков вражеского солдата. Началась пальба. Наши стреляли из своих укрытий. Пендосы повыпрыгивали из «Хаммеров», думая, что по ним зарядили из РПГ.
Валера возился с Вепрем. Егорыч отстреливал конечности неудачно высунувшимся янки. Те что-то орали, похоже, вызывали подмогу. Распрямившись, я встал во весь рост, достал из разгрузки пару гранат, щелчком выдернул кольца и броском, которому бы позавидовал Майкл Джордан, отправил гостинцы по параболической траектории прямо в скопища врагов.
Есть трехочковый!
— Хорошая артподготовка! — прошмакал Егорыч. Затем примкнул к своему древнему ружью штык и побежал. — В атаку! Ураааа!!!
Я понесся следом, как Робокоп, сканируя окрестности через прицел Сайги. Остальные бойцы только начали робко высовываться из своих укрытий, как все было кончено. Старый лесничий, вовсю орудуя штык-ножом, добивал раненых.
— Ну что за безобразие! — выругался Игорь. Когда он успел слезть с гаража? — Вся операция летит к чертям! Как мы теперь скрытно пройдем на позицию?
— Простите, сержант, — мне, правда, было немного стыдно. — Руки чесались.
— Ладно, — махнул рукой командир. — Моя вина, не донес суть нашей задачи… не ожидал такой прыти от вас, разгильдяев и деревенщин. Надо захватить ТЭЦ, там их основная база… любят тепло, суки! Мы выйдем на точку и начнем отвлекающий бой, когда основные силы осуществят штурм. Теперь ясно?
— Да… Так точно… — отвечали бойцы.
— В городе только патрули, с ними в бой не ввязываемся, скрытно обходим! — велел Игорь. — И здесь двадцать тысяч мирняка, не надо здесь взятие Берлина устраивать. А теперь за мной! Знаю, как дворами пройти.
Мы бежим, словно стая некормленых волков. Холодными серыми тенями скользим через огороды. Перелезаем ограды, скачем через сугробы и прячемся во тьме, завидев фигуры врагов. Чай еще действует. Усталости нет. Пар изо рта застывает в воздухе замысловатыми фигурами. Усилием воли заставляю себя не залипать над глюками. Впереди Цель. Я чую ее приближение. И смертоносное дыхание опасности. Мы убьем всех негодяев! И освободим этот город от зла! Если хватит патронов, конечно.
Игорь велел остановиться. Осторожно выглянул из-за угла. Все чисто — показал он специальным жестом солдат.
— Занимаем позиции на той стороне улицы, в развалинах, — тяжело дыша, сказал командир. — Ведите огонь по воротам и КПП в конце улицы. А я пока доложу нашим, что мы здесь.