Александр Шевцов – Наука думать. Заметки о Силе ума (страница 2)

Эта наша определенность в оценках говорит о том, что мы очень хорошо видим внутреннюю силу, даже если ее и не осознаем. При этом мы видим ее в общем и не различаем разные виды, пока об этом не задумаемся. Однако люди задумывались и о таких вещах.

Все внутренние силы делятся на три основных вида, в соответствии как раз с теми частями души, которые описывал Платон. Впрочем, такое же деление мы застаем и в русской этнографии, и вообще в сказке и мифах. Платон говорил, что душа делится на три части. Нижняя находится в животе, и то место, которое правит этой частью, располагается ниже пупка. Он называл его Эпитюмией, то есть охотой, если переводить на русский. В наших изданиях Платона Эпитюмию обычно переводят как вожделение.

Вторая часть находится в средней части груди, у нас ее называют сердцем, а Платон называет Тюмоедис. То есть местом Тюмоса, как греки называли дух. Поэтому по-русски мы бы сказали о силе духа, хотя мы связываем эту силу с сердцем, а это значит, с любовью и многими другими чувствами. Но основные силы разбиваются на множество потоков, каждый из которых течет по своей жиле, и эти потоки проявляются очень по-разному.

Третья же часть, которая более всего интересует сейчас меня, помещалась Платоном в голову и называлась Логистикон. Иначе говоря, для него это была сила Логоса, то есть Рассудка, хотя по-русски ее привычнее называть силой ума.

Однако если мы зададимся вопросом о взаимоотношениях ума, разума и рассудка, то обнаружим, что ум в греческом Нус – это какая-то более высокая сила, чем Логос, от которого производится Логистикон.

Логос, как разум или даже рассудок, связан с речью, словом или рассуждением. Так что, возможно, Платон тут прав, и мы сначала должны изучить силу рассуждения и лишь от нее двигаться к силе ума, а потом и к мудрости. Но я предполагаю, что сила рассуждения – это все та же сила ума, но текущая по особой жиле, которая питает Рассудок.

Впрочем, мифы помещают верхнюю мудрость – Софию, выше головы, а нижнюю – Метис или, по-русски, Сметку, ниже охоты или эпитюмии.

Но это если кратко. Подробнее я описываю это в других работах. В этой же я хочу поговорить именно о силе ума, проявляющейся сквозь рассуждение.

Дело в том, что каждый основной источник, или врутец внутренней силы, все равно – Охоты, Духа или Ума, как я уже сказал, по народным воззрениям разбивается на несколько жил, по которым и запитывает соответствующие органы. Охота может проявляться и в похоти, и в игре, и в жажде жизни. Это одна и та же сила, но мы отчетливо различаем ее проявления. Соответственно, и повреждения ее силового состава ощущаются различными надсадами.

Также и сила духа может течь по разным жилам то как ярость, а то как любовь или как возмущение несправедливостью, или материнская нежность. Так и сила ума может проявляться не только с Умом, а и в работе Разума вообще, а может и в работе той его части, что зовется Рассудком. Но в чистом виде как сила Ума она становится нам видна, когда происходит понимание.

Все эти связи надо бы точно описывать. Однако в данном случае меня интересует лишь одно явление, связанное с силой ума, – это соотношение ума и силы ума.

Мы часто наблюдаем за собой и другими людьми, что умный человек может быть недостаточно успешным в жизни. Он может создать очень красивый образ, задумать великолепное дело, но оказывается не в силах его воплотить и довести до победы. Мы становимся неудачниками не потому, что мы недостаточно умны, а потому, что у нас не хватает силы для воплощения творений своего ума.

Именно эта сила и будет предметом этого моего исследования. Насколько, конечно, мне хватит для него силы ума…

Глава 3

Ум и разум

Мы говорим о силе ума, но при этом плохо знаем, что это такое ум. Говоря об уме, мы можем говорить о разуме, рассудке, мышлении и даже интеллекте. Для людей, плохо знающих родной язык, стало приемлемо о русских понятиях говорить иностранно, как это делают наши языковеды. Вероятно, так наша речь выглядит умнее… или интеллектуальнее.

Хуже того, в начале прошлого века Александр Введенский в «Психологии без всякой метафизики»[3] вообще предложил избавиться в науке от понятий ум, разум и рассудок, так они многозначны. Как ни странно, это было принято, и среди научных терминов психологии остались только мышление и интеллект.

Тем не менее мы понимаем, что создание имен – это деяние почти божественное, обычно приписываемое демиургам, и так просто имена явлений не плодятся. Рождение миров начинается с того, что бог или первочеловек дает имена всему, что есть в мире. По крайней мере, так относились к именам древние.

Поэтому я полагаю, народ, создавая эти имена, не создавал звукосочетания, а видел нечто, что было важно для жизни, почему и требовалось его как-то выделить из окружающего первоединства.

И даже более того, он видел не только то, что было вокруг, а потому было либо опасно, либо полезно для выживания, но видел и немало вроде бы совершенно бесполезных для выживания явлений нашей внутренней жизни и различал их. Почему и давал им разные, но точные имена.

Если вы обратили внимание, современного человека очень мало интересует то, что на небе. Мы больше смотрим себе под ноги, в надежде найти рубль или желудь. И точно так же современный человек, даже из научного сообщества, вполне обходится считанными и нерусскими словами для обозначения явлений внутренней жизни. Ему, как нормальному качку, эти лишние знания ни к чему…

А вот древние, судя по количеству имен для внутренних явлений, тонко различали их. А значит, были наблюдательнее нас и видели такое, что нам стоило бы научиться видеть.

Поэтому мы вполне можем задаться вопросом, чем рассудок отличается от разума, а разум от ума. И неожиданно обнаружим, что даже просто на основании русского языка можно увидеть принципиальную разницу, если охватывать достаточно широкий языковой материал.

Если же к этим подсказкам добавить грамотное самонаблюдение, появляется вполне рабочее описание, в сущности, феноменология ума.

В русском языке очевидно, что рассудок должен рассуждать, ум – думать, а разум – разуметь. В силу этого наши переводы Канта, где рассудок выступает как орган думания, а разум – как орган рассуждения, похоже, неверны, а Канта, надо полагать, в России не понимают. Точнее, понимают задуховно, глубже, чем требуется, потому что понимают сквозь слои искусственных помех.

Однако если идти дальше, то более или менее понятно, что такое рассуждать. И даже, что такое думать, как нам кажется, понятно. Но современному человеку уже не очень понятно, что такое разуметь. На самом деле мы плохо понимаем и рассуждение, предпочитая заимствовать понимание из логики. Поэтому есть смысл расставить эти три органа – ум-разум-рассудок – в некоем порядке относительно друг друга.

Исходя из русского языка очевидно, что Ум является или считается высшей способностью. Почему? Потому что разумом как-то наделены все существа вида гомо сапиенс, человек разумный. И мы также можем свидетельствовать, что и рассуждать могут все, даже если эти рассуждения превращаются, говоря языком психиатрии, в резонерство, то есть пустословие. Однако не все разумные и рассудительные люди считаются умными.

Именно то, что мы очень хотим считаться умными и болезненно переживаем свою глупость, дает подсказку. Оценку «умный» еще надо заслужить. Иными словами, умность выделяет лучших среди разумных, делает их уважаемыми и особенными. Поэтому русскому человеку свойственно умничать, то есть стараться проявить ум. А это опять же приводит нас к ощущению, что сама возможность ума есть у всех, да вот посещает она нас не так уж часто!

И если мы, исходя из этого, примем, что ум – это некая высшая способность человека, то разум и рассудок оказываются не просто низшими, а, скорее, бытовыми способами существования того же ума. Иначе говоря, разум – это не низший ум, а ум, используемый в быту для обычных дел, где никакие выдающиеся способности не нужны. Где можно решать жизненные задачи без усилия ума, иногда просто по образцам.

Это нас подводит к понятию мышления, которое на бытовом уровне просто использует готовые образцы поведения и действий. Но я бы сейчас не хотел углубляться в эту тему. Достаточно сказать, что основной способностью человека разумного является разум. Он и обеспечивает нам выживание и даже улучшение жизни.

При этом слово «разум» явно производное от «ума». Это тоже некий ум, но с расширением «раз-». При этом сам по себе разум, похоже, очень сложный орган, который для обеспечения нашей жизнедеятельности должен иметь свои подорганы, условно говоря. К примеру, очевидно, что разум не может работать без Памяти, поскольку он использует в своей работе образы.

Но чтобы использовать образы, необходимо их иметь. А если их нет готовыми, то нужен орган, переводящий восприятие в образы – Воображение. Действительное воображение разума – это не способность выдумывать невозможное, а очень простое действие перевода восприятия во-образы.

Выдумывает не воображение, не фантазия, а все тот же разум. А воображение лишь закрепляет выдуманные им образы. Любые, даже самые неожиданные. Если вы посмотрите на всяческих мифологических кентавров, то есть сложносоставных чудовищ, то с очевидностью поймете, что они вполне разумно собраны из частей разных существ, вроде тела льва, головы человека, хвоста змеи.