не потеряй его, не охлади.
Утро стучится в окошко, и ветер
гонит меня, – Уходи, уходи…
***
Тоска безжалостная гложет
меня своим беззубым ртом,
лишь измываться она может
над телом грешным, что ж потом?
Потом пойду я в гости к смерти,
там ждут меня в аду смеясь
святые в прошлом – ныне черти,
и я бегу к ним, не боясь.
Они хохочут от восторга,
Что к ним всё ближе с каждым днем
я становлюсь, и стены морга
уж встали на пути моём.
Не избежать мне хирургии
в холодном доме мертвецов,
таков финал у ностальгии
для всех беспечных беглецов.
А я – беглец на злой планете,
бегу от счастья, добрых слов,
здесь жизнь грязна и на монете
стоит вся правда дураков.
***
Одиночество. Вечер холодный,
да тоски колючий бурьян.
За окном хохот ветра голодный,
страшно мне, я поэтому пьян.
Что ещё остаётся здесь делать,
чем унять наболевшую грусть,
как, скажите, себя переделать,
как облегчить свой жизненный груз.
Не вернуться мне в юность шальную,
не испить ее радости хмель
и не вылечить душу больную,
ведь я в жизни давно сел на мель.
Так, давай, одиночество, выпьем,
помоги одинокому мне,
и закусим мы хвостиком рыбьим
и поплачем при пьяной луне.
***
Садись поближе, дай себя потрогать,
не бойся, смуглая, я тоже человек.
Так поскорее спрячь подальше строгость,
взгляни нежней из-под припухших век.
Ты хороша собою, и я тоже,
ты – роза осени, и я её листок.
Давай же нашу красоту помножим,
Помножим Русь на сказочный Восток.
Перечеркнём былые предрассудки,
пора понять, что сердцу нет преград.
Часы бегут, и убегают сутки,
и всё пустеет этот тихий сад.
И мы встаём, уходим по аллее
навстречу ласковой большой любви…
Прошли года, я одинок, болею,
лишь прошлое кипит в моей крови.
***
Смотрю на звезд холодное мерцанье,
не в состоянья дрожь свою унять.
Вдруг призрачное нежное создание
мой разум начинает заполнять.
Иль видел я, иль это грезы детства,
но вот приходишь ты ко мне опять
