Александр Шавкунов – Лучник-2 (страница 17)
– Да ты, должно быть, шутишь…
На высоте человеческого роста красуется глубокая зарубка, тонкая и идеально гладкая. На коре ещё остались бурые брызги. Судя по следам, тут пробежал некто маленький, а некто большой упал.
На кончик носа упала крохотная капля, а следом пошел мелкий мерзкий дождик. Бес откинула волосы назад и внимательно огляделась, прикидывая, как мог действовать второй напавший. Взгляд зацепился за нечто, лежащие в притоптанной траве у остатков шатра.
Бес почти подбежала и подхватила из травы обломок стрелы, поднесла к глазам, почти лизнула. Наконечник широкий, заляпан кровью, а древко переломлено посередине… Видимо, главарь выбежал из шатра на шум и получил стрелу в плечо, со злостью вырвал и, сломав, бросил под ноги.
Бескаел закрыла глаза и тихо выругалась. Она узнала стрелу.
Глава 27
Криста резанула манекен ножом, ударила локтем и, сделав быстрое движение руками, изобразила захват. Будь на месте чурбана живое существо, оно бы упало с вывихнутым локтем и дырой под подмышкой.
Я довольно улыбнулся и свистнул, сунув в рот два пальца. Девочка послушно швырнула нож в другую мишень на другом конце тренировочной площадки. Нож прокрутился несколько раз и ударил навершием рукояти в «лоб», отскочил и стыдливо зарылся в гальку.
– Ну вот, опять… – Протянула Криста, раздосадовано топнув ножкой. – У меня никогда так не получится!
– Просто работай кистью, – терпеливо сказал я, подходя ближе, потрепал по голове, с неудовольствием отметив, что волосы слишком отрасли, враг при желании может намотать на кулак, – повтори ещё пять раз, а потом будем есть.
– А ты чем будешь заниматься?
Я выразительно поднял четырёхпалую ладонь и направился к стрельбищу. Надо переучиваться, держать лук без мизинца несложно, но чертовски неудобно, что сказывается на скорости стрельбы и точности. А вот оттягивать тетиву четырьмя пальцами очень даже удобно.
Одна проблема, я – правша.
Стрелы ложатся кое-как, летят мимо или недолетают. Криста неумело подкралась сзади и громко спросила:
– А почему не стрелять… ну как тогда, в разбойников? У тебя очень даже получалось.
– Слишком медленно. – Спокойно признался я, накладывая очередную стрелу и оттягивая тетиву к уху.
Девочка насупилась и пошла к «кухне», пиная гальку и бурча что-то про уши на затылке. Я опустил лук и поднял взгляд к хмурым скалам, окружившим уютную долину, некогда служившей тренировочным лагерем Ордена.
Теперь это мой… наш дом.
Почти как тогда в Безымянной столице безымянного королевства. Только кота не хватает. Я горько улыбнулся и опустил взгляд. Ордена давно нет, а я мечусь по руинам организации, как неприкаянный призрак. А может я – он? Блеклая тень былого себя…
В животе требовательно забурчало, я криво ухмыльнулся и забросил лук за спину. Брюху наплевать на прошлое, его заботит только насущное… Возможно, это верный подход к жизни. От «кухни» мощно потянуло запахом похлёбки, желудок зарычал сильнее и принялся трясти рёбра.
***
Крисси обняла сына, опустившись на колено и стараясь не скривиться от боли. За последние месяцы мальчонка подрос, а детское тельце начало обретать форму, как глина на солнце. Вырастет высоким и широкоплечим, даже выше отца. Крисси мысленно одёрнулась и заморгала, пытаясь прогнать наваждение.
– Мама, – с тревогой спросил мальчик – тебе больно?
– Самую малость. – Призналась Тень, детям нельзя врать, иначе они вырастут крайне непослушными. – Но я так давно тебя не видела, чем занимался?
За спиной мальчика вырос учитель, седоволосый, с лицом, похожим на лезвие топора, и одетый во всё черное. Низко поклонился, прижав ладонь к груди, сказал, не глядя на Крисси.
– Молодой господин упорно занимался рукопашным боем, тренировался с мечом, кинжалом, ножом, топором, копьём и луком. Умения молодого господина и их развитие воистину впечатляет, он достойный сын, и в будущем непременно станет Первым ножом Тени.
Мальчик обернулся и с невинным любопытством спросил:
– А почему не Великой Тенью?
Крисси улыбнулась и начала подниматься перенося весь вес на трость. Потрепала сына по волосам и продолжая улыбаться мягко сказала:
– Великой Тенью может быть только женщина.
– Но почему?
– Такова традиция. А теперь мне пора отправляться на очень важное дело.
– Но ты же только пришла! Так нечестно!
– Мир редко бывает честным, сынок, но он достаточно справедлив – ведь я всё же пришла.
Глава 28
Зелье бессмертия оказалось горьким, по лику императора прокатилась судорога. Пузырёк выскользнул из ослабевших пальцев, звенькнул о край стола и покатился по ковру. В ярком свете магических ламп лицо правителя влажно заблестело, он упёрся руками в столешницу, низко опустив голову. Пальцы сгребли скатерть, костяшки побледнели.
Телохранители, стоявшие вдоль стен, разом шагнули к послам альянса. Тихо скрежетнули покидающие ножны клинки. Лица нелюдей разом побледнели, черты заострились, как у покойников.
Император отнял руку от стола и жестом отогнал телохранителей к стенам. Выпрямился и поднёс ладонь к лицу, медленно сжал кулак, разжал и повернул тыльной стороной.
– Я чувствую себя… иначе. – Наконец произнёс владыка и коснулся левой стороны груди. – Красок будто стало больше… и моё сердце, что с ним?
Эльф низко поклонился и заговорил бархатистым, вкрадчивым голосом:
– Добро пожаловать в вечность, сейчас ваше тело только адаптируется. Но я думаю, мы уже можем обсудить долгосрочное сотрудничество?
***
На коре вырезан символ эльфийского божка смерти, я коснулся его и огляделся. Метки еще на двух деревьях. С каждым днем их все больше, некоторые разбойники вырезают на себе и жертвах. По ночам в бандитских лагерях устраиваются дикие пляски и песнопения. Больше похожие на вопли умирающих.
Древний бог возвращается. Неотвратимо, как мчащая лавина. А я стою и ничего не могу сделать. Как убить бога? Тем более, только пробирающегося в мир?
Криста, кубарем сбежавшая с холма, громким шепотом сорвала с мыслей:
–Там… это тьма народу в городе! Все с оружием, снуют туда-сюда, как мураши!
С вершины открывается вид на долину, и город, жмущийся к подножью гор под серой крышкой неба. В главные ворота прибывают один за одним вооруженные отряды. Я насчитал два десятка, по пять головорезов в каждом.
Люди, эльфы и даже дворфы.
– Очень интересно… – Пробормотал я. – Дождёмся вечера, а пока продолжим тренировку.
– Но я есть хочу… – Протянула Криста, пытаясь надуть щёчки.
– Вот вечером и поешь. А пока прячься, а я буду искать. Считаю до десяти.
Девочка насупилась сильнее и сложила руки груди, потешно задрав плечи.
– Один…
Ученица сорвалась с места и в три длинных прыжка скрылась за деревьями, я ухмыльнулся и, закрыв лицо ладонями, продолжил счёт.
***
Бескаел вышла из корчмы подышать свежим, ночным воздухом и продумать план: как предупредить Зимородка об охоте. Моросит колючий дождь, крохотные кристаллики льда ударяются о ступени и тут же тают. Улица едва освещена единственным фонарём, все горожане попрятались по домам от греха подальше, а члены поисковых отрядов и наёмники оккупировали корчмы и харчевни. Благо, их вдосталь.
Эльфийка облокотилась плечом о балку, держащую огрызок скатной крыши над крыльцом. Чуть выше уровня глаз на дереве пятна крови, совсем свежие. Бес сошла с крыльца, напряжённо вглядываясь в дорогу и подмечая свежие следы на грязи. Пошла по ним до ближайшего переулка, оканчивающегося тупиком…
Зимородок отпустил потерявшего сознание наемника, тело сползло по стенке и мешком помоев осталось на земле.
– Привет, Бес, давно не виделись.
***
Криста проснулась среди ночи в пустой казарме, от шума в соседнем здании. Гремит железо, слышны удары молотком и сдавленные проклятья. Она осторожно сдвинула простынь, отделяющую её угол, тёплый и обжитый, со стенами из подушек и матрасной крышей, от холодного и чуждого помещения. Аккуратно выбралась наружу и на цыпочках подбежала к окну, шипя сквозь зубы от обжигающе холодного пола.
Соседнее здание – крохотный сарай-мастерская. Через распахнутые двери видно, как в свете масляной лампы Зимородок мастерит простейшие ловушки. Глаза наставника расширенны, а рот сжат так, что губы потеряли цвет.
Криста торопливо оделась и, прихватив отцовский нож, побежала наружу.
***
– Что-то случилось?