Александр Сеземин – Убийство в провинциальном городке (страница 11)
- Взглянуть на тебя можно?
- А зачем?
- И правда незачем. Как оно, в петушином теле?
- Не замечал раньше за тобой такого...
- Время не идет, бежит, жизнь меняется, и я стал другим.
- Не ждал тебя… здесь.
- Все же ждал?
- Не знаю… как и сказать, петухом пропеть боюсь.
- Кто она, Дуня Островная? Ведьма?
- Может и ведьма... по вашему, по человечьи.
- А ты здесь зачем?
- Захотелось на землю матушку хоть одним глазком взглянуть...
- Скучно... там?
- Там говоришь… А нет никакого там, и здесь ничего нет...
- Темнота… свет?
- Не так вы люди думаете, да и я когда-то представлял…
- Рай… ад? - Не унимался Максимов.
- На земле нелегко, а там и подавно… На побывку попросился, вот и отпустили.
- В петушином теле?
- Выбирать не приходилось… А ты душегубов так и ловишь… Не надоело?
- Бывает, - признался Максимов. - Только кто же… здесь... со злом биться будет.
- Верно говоришь… туда тебе еще рано.
- Сына вырастить надо.
- За дочуркой пора бы...
- Некогда...
- Ну, ну, вам виднее, только Дайка...
- А что Дайка? - Максимов и забыл уже про род Дайки, передававшийся по женской линии.
- Колокольчики ее слышишь?
- Редко, правда сегодня зазвенело в голове… Дождалась она своего Ермошу, встретились?
- Нет, не знаю… там все не так.
- Почему поиграть не дал?
- Судьбу свою хочешь знать?
- Хочу...
- Все люди одинаковы, - голос из темноты похоже тяжко вздохнул.
- Ты не хотел?
- И я грешен… - повинился Матвей и перевел разговор. - Время мое… кончается.
- Говорил, нет его.
- Времени нет, а конец есть... Ты никак подсказки ждешь?
- Про жмуров? Не буду просить.
- Заматерел...
- Сам душегубов найду!
- Долго искать будешь… Времени...
- Нет? - Перебил Максимов.
- Мало.
- О другом спрошу...
- Спрашивай.
- Кто она, о помощи просила?
- Сам спроси… пока не уплыла.
- Сенька к ней ходил? - Максимов все же спросил, только не прямо.
- Любит она его.
- До сих пор?
- И Сенька ее… - Голос Матвея оборвался.
- Как же… - И Максимов не успел договорить.
- Прощай, - прошелестел шепот уже издалека.
Капитан как очнулся, стоял привалившись к стене, достал спички и чиркнул. Огонек никак не хотел разгораться, но все же затеплился. Пока спичка не догорела, вернулся к столу и зажег свечу. Крупы на столешнице не осталось, смело на пол от взмаха петушиных крыльев, теперь она предательски хрустела под ногами. Дуня так и сидела на табуретке, только повалилась на стол и спала, дыхание хозяйки было ровным. Максимов поднял свечу и обошел комнату. Петуха нигде не было, и Захирка исчез. За печкой остались красное одеяло и худенький матрас, из него торчала солома.
Капитан вернул свечу на стол и вышел из дома. Перед ним открылась фантастическая картина. В лунном свете, он не проникал через окна, замерли осенние березы. Пожелтевшие листья боялись шелохнуться, немного их упало, оттеняя темноту заводи вокруг маленького островка. По воде иногда пробегала легкая рябь, тревожа лунную дорожку.
На берегу виднелась женская фигура в чем-то белом - девушка с распущенными волосами сидела у воды, обхватив колени руками.
Она просила о помощи, больше некому… Не напугать бы, - подумал Максимов, боялся подойти ближе.
Аида, пропавшая на реке
- Не помешаю? - Тихо, чуть не шепотом, спросил Максимов у девушки в белой рубахе, сидящей на берегу. Ног ее не было видно, оказались в воде чуть не до колен. Хотелось поинтересоваться, не замерзла ли, все же осенняя ночь была холодной, но не стал. Дед Матвей опять вспомнился, - круглый год ходил босым и подолгу стоял в ручье, незамерзающем даже в лютые морозы.
- Сенька не виноват, - слова исходили от девушки, она не пошевелилась, а больше сказать было некому.
- Но он… - начал Максимов и замолчал, не стал напоминать, что Семена нет в живых.
- Не верю, - долетел ответ на не заданный вопрос. И непонятно было, чему девушка не верит, в причастность Семена к смерти Сибаева, или в гибель близкого друга.
- Правильно, - согласился Максимов, выяснять или возражать не стоило.
- Люблю его...