Александр Севастьянов – Основы этнополитики (страница 42)
Западная наука, в неменьшей степени, чем советская, подверженная диктату предвзятых идеологем, также, однако, склонилась в итоге к полицентрическому взгляду на антропогенез. Крупнейший американский антрополог К. С. Кун посвятил обстоятельной проработке этой темы большую работу «Происхождение рас» (1963), в которой обосновал «низшую» (в эволюционном смысле) природу экваториальных рас и разделил все мнимое «человечество» на пять независимых эволюционных ветвей.
Среди современных зарубежных полицентристских схем одна из наиболее разработанных – гипотеза А. Тома, согласно которой именно в Передней Азии неоантропы мешались с палеоантропами – неандертальцами, что привело в этом очаге к возникновению протоевропеоидов и протонегроидов. А протомонголоиды, связанные своим происхождением с западносибирским центром, мигрировали затем в Центральную Азию, где дали начало монголоидной расе; далее они распространялись на восток. В общих чертах эта схема совпадает с гипотезой, изложенной в настоящей книге.
И вот уже даже в официальном советском вузовском учебнике «История первобытного общества» (В. П. Алексеев, А. Л. Монгайт, А. И. Першиц. – М., 1982) авторы смело провозгласили как некий итог: «Археологически фиксируемый непрерывный переход от раннего палеолита к позднему на всех материках Старого Света и наличие параллелизма в географическом распределении современных рас и различных морфологических форм неандертальского типа склоняют чашу весов скорее в пользу полицентрической гипотезы».
За последующие 30 лет эта чаша склонилась к ней окончательно. В июне 2013 года лауреатом государственной премии в области науки стал директор Института археологии и этнографии Сибирского отделения Российской академии наук Анатолий Деревянко, получивший награду за открытия в изучении древнейшей истории человечества в Евразии, благодаря которым представление о человечестве как едином виде развеяно уже навсегда.
Таким образом, согласно теории полицентризма, человечество не является одним биологическим видом и вообще чем-то единым и цельным. Правомерно говорить не о человечестве, а об антропосфере, которая состоит из нескольких видов (рас), развивавшихся изолированно друг от друга в от разных исходных биоформ. И эволюционировавших в разных условиях среды обитания как совершенно различные организмы.
Признание правоты полицентризма есть вместе с тем отрицание моногенизма. Поскольку полицентризм и моногенизм – есть вещи, логически несовместные. Если разные изначальные расы образовались в разных точках земного шара – в одной точке черная, в другой – белая, в третьей – желтая (а именно так надо понимать полицентризм), то с какой стати у них должен был быть общий предок? А если он и был, то какого он был цвета кожи, какие были у него волосы (курчавые, прямые, волнистые, какого цвета), какого цвета и разреза глаза, какой формы зубы (совкообразные или нет) и т.п.? Почему он вдруг как минимум в двух случаях из трех принципиально изменил свою морфологию? Ничего, кроме натянутых гипотез, верований и предположений о некоем «дорасовом» стволе человечества нам наука не дает, и все уверения в обратном – от лукавого.
Конечно, современный полицентризм далеко ушел от крайней точки зрения, выраженной некогда основноположником русской расовой теории С. В. Ешевским, который в своей фундаментальной работе «О значении рас в истории» (1862) писал: «Современная наука дает нам возможность, уничтожая глубокий рубеж между человеком вообще и животным, провести зато еще резче границу между человеком высшей расы и человеком низшей организации – существом, еще переходным от мира собственно животного к миру несомненно человеческому в высшем его значении. Чем ближе знакомится исследователь с различными племенами и чем более увеличивается количество этнологического материала, тем дробнее становится деление, и он доходит в своих выводах до предположения о сотворении рода человеческого по племенам». 168
С осторожностью признавая теоретическую возможность самостоятельного зарождения отдельных племен, так и не развившихся впоследствии в расы (нечто подобное происходило, быть может, в Центральной и Южной Америке до первого заселения ее монголоидами 20—25 тыс. л.н.), полигенисты наших дней ограничиваются радикальным утверждением: «Главный вывод современной эволюционной теории, повергающий в шок всех „гуманистов“, состоит в том, что никакой ясной и конкретной границы между человеком и животным нет, а между расами есть». 169
2.6. НОРДИЧЕСКАЯ РАСА
Теперь, когда все основные понятия расологии разъяснены, можно посвятить внимание вопросу, возможно наиболее занимательному для русских читателей. Поскольку он непосредственно касается истоков нашего народа, относящегося к т.н. нордической расе.
Нордическая раса – видовое понятие, обнимающее собой на сегодня все этносы, выделившиеся из большой изначальной расы европеоидов-кроманьонцев, но компактно сохранившиеся в Северной Евразии.
Когда произошло это выделение, никто точно не скажет. Мы вряд ли узнаем наверняка, началось оно до или после того, как кроманьонцы, вместе с породившей их гигантской евразийской платформой в считаные минуты оказались у кромки ледника (а кто-то и под кромкой), ибо все основные доказательства на сей счет лежат на дне Ледовитого океана.
Как мы помним, все древние изначальные проторасы, равно как и гоминиды, предстают перед нами в изрядном многообразии разновидностей. Уцелевшие в катастрофе кроманьонцы – не исключение. В данной связи следует упомнуть, что еще В. В. Бунак в статье «К вопросу о происхождении северной расы» (Антропологический журнал, N 1, 1934) пришел к такому заключению: «Мы должны признать весьма вероятным существование в палеолите Европы двух типов, именно: кроманьонского и ориньякского, и в них видеть главнейшие элементы, сложившие тип северной расы. Итак, и культурно, и схематически устанавливается преемственная связь рас палеолита с неолитическими, в которых мы находим уже ».
Итак, есть основания считать, что прежде, чем дать жизнь этносам нордической расы, кроманьонский тип выделил из своей среды общий наиболее ранний культурный подтип – ориньякский, хотя биологически доминантным типом оставался все тот же кроманьонец.
Результатом дальнейшего фрагментирования кроманьонской доминанты явились и различные другие подтипы кроманьонца, такие как «атлет из Сунгири» (под Владимиром, Россия), «человек из Шанселада» (на территории современной Франции, рост 155 см., руки и ноги небольшие, широкие скулы, высокая мозговая коробка), «брюннские люди» (в Чехии, узкое лицо, длинная мозговая коробка), «гримальдийцы» (в Италии; грацильный тип, исследователи находят у них заметными негроидные черты – след метисации с неандертальцем) и др. Все они, как и другие их современники, вполне могли стать родночальниками разных европейских этносов.
Так или иначе, антропологами установлен факт прямого происхождения от кроманьонцев – нордической расы, которую наш российский ученый И. Е. Деникер в работе «Человеческие расы» (1900, на французском) охарактеризовал так: «Длинноголовую, очень рослую, светловолосую расу можно назвать нордической, так как ее представители сгруппированы преимущественно на севере Европы. Главные ее признаки: рост очень высокий: 1,73 метра в среднем; волосы белокурые, волнистые; глаза светлые, обыкновенно голубые; голова продолговатая (головной указатель 76—79); кожа розовато-белая; лицо – удлиненное, нос – выдающийся прямой». Деникер никогда и никем уже не был оспорен по существу, его классификация прижилась в науке и упразднила популярную прежде теорию «арийства», развиваемую главным образом лингвистами.
Под этим противостоянием подвел черту ведущий расолог Германии Г. Ф. К. Гюнтер в своей книге «Расовые элементы в истории Европы»: «В филологии раньше словом „арийский“ обозначали индоевропейские языки; сегодня этот термин обычно используется лишь применительно к индоиранской ветви этой языковой семьи. В начале расовых исследований иногда называли (не существующую) белую или кавказскую расу арийской; позже арийцами стали называть народы, говорящие на индоевропейских языках, и, наконец, нордическую расу. Сегодня термин „арийский“ вышел из научного употребления и использовать его не рекомендуется, особенно с тех пор, как он стал ходовым среди профанов в порядке противопоставления „семитам“. Но от термина „семиты“ антропология тоже отказалась, так как на семитских языках говорят народы самого различного расового происхождения». 170
Как следует из всего предыдущего изложения, нордическая раса есть современная инкарнация кроманьонской (большой изначальной европеоидной) расы. Она однородна, и эта однородность в наше время только возрастает. Она резко отграничена от других больших изначальных рас – монголоидной и негроидной, хотя в былое время создала с ними некоторое количество гибридов. Впрочем, не везде и не со всеми расовыми подтипами; так, например, науке неизвестны гибридные формы от смешения европеоидов с австралоидами. Но гибриды – вторичные расы – не входят сейчас в наше рассмотрение. 171
Кто из современных этносов относится к нордической расе? Это зависит от того, насколько строго мы будем придерживаться критерия долихокефалы/брахикефалы. Поскольку наиболее влиятельная группа антропологов считает, что древнейшие представители нордической расы были все поголовно долихокефалами (длинноголовыми), а проявление среди них брахикефалов (короткоголовых, круглоговых) в нарастающем темпе есть явление относительно позднее, объясняемое метисацией – вначале с кельтами, затем с другими этносами. Что не совсем понятно, поскольку кельтов все однозначно также относят к прямым потомкам кроманьонца.