Александр Седых – Защитник тьмы – 3. Свежий ветер (страница 16)
Дория, по своему обыкновению, томно вздыхала, закатывала глазки и плотоядно облизывалась, поглядывая на счастливого кавалера. Из их перемигиваний и полунамёков мы сделали выводы, что тёмная наконец–то дорвалась до мужского тела и осталась им очень довольна.
Эва некоторое время с интересом наблюдала за нежным прощанием, но, сообразив, что это может затянуться надолго, бесцеремонно вытолкала Квинта, предусмотрительно развернув его в нужном направлении. Тут же безапелляционным жестом она отправила тётку спать.
Некоторое время из комнаты Дории доносилась возня, затем кровать жалобно скрипнула, и вслед за этим звуком раздался могучий храп. "Хрупкая" психика тёмной не выдержала эмоционального всплеска, сдобренного не одной порцией алкоголя, и сдалась, повергнув её в богатырский сон. Мы переглянулись и рассмеялись.
По закону подлости всегда кто–то да и заявится именно в тот день, когда ты решишь хорошенько отоспаться. Не прошло и часа, как к нам нагрянули служители закона. Интересовала их исключительно Дория. Точнее, её показания, как жертвы и непосредственной свидетельницы покушения. Мы скромненько сидели в сторонке и помалкивали. Всклокоченная и невыспавшаяся тёмная не стеснялась в выражениях. Досталось и представителям службы общественного порядка за "нерасторопность и вопиющие бездействие", и обслуживающему персоналу здания за "халатность и неразборчивость в предоставлении жилплощади кому попало, даже убийцам", и вообще всем жильцам, которые проявили "возмутительное равнодушие, шляясь как ни в чём не бывало по этажам, вместо того, чтобы кинуться ловить преступников".
Предельно вежливые дознаватели демонстрировали чудеса терпения, безропотно снося поношения из уст жертвы, и сочувственно кивали. В комнате находился единственный человек, кроме нас с Эвой, конечно, которому не досталось от не на шутку разошедшейся некромантки и то, только потому, что Дория никак не могла придумать, в чём же его обвинить. Это был жрец. Ни кем иным черноволосый мужчина, увешанный всякими безделушками, быть не мог.
Меня он заинтересовал по многим причинам. Во–первых, я впервые видел представителя этого сословия вблизи. Во–вторых, ужасно любопытно узнать, что он здесь, собственно, делает. А в-третьих, меня озадачили побрякушки, обильно украшавшие его шею и грудь. Даже в карманах что–то валялось. Среди всего барахла затесалась парочка настоящих артефактов. Что из себя представляли эти вещицы в прошлом – трудно сказать, скорее всего, это части более сложных магических устройств. Один из артефактов был своеобразным датчиком правды. По крайней мере, такая активная функция просматривалась в его энергетических контурах. Второй больше походил на защитный амулет. Подозреваю, что сняли его с какого–то запирающего устройства.
Жрец тоже сочувственно кивал в такт обвинениям Дории, но мыслями находился где–то далеко. Он рассеянно осматривал комнату, и по всему было видно, что отчаянно скучает. Вся его скука мгновенно исчезла, как только Дория громогласно заявила, что если бы не силовой щит, который она успела активировать, то допрашивать сейчас никого бы не пришлось, а её несчастные родственники, то есть мы с Эвой, в данный момент умывались бы слезами в безутешном горе и рвали на себе волосы.
Надо признать, что в описании скорби родственников, она переборщила, но это была её собственная инициатива. Ответы на вопросы я подсказывал некромантке по мыслесвязи. Поверьте, такого я сказать не мог! Мне бы это даже в голову не пришло. Зато упоминание магической защиты произвело именно тот эффект, которого я добивался. Жрец напрягся и придвинулся ближе.
– А я‑то тут причём? – озадаченно смотрела на жреца Дория.
– Видите ли, госпожа хозяйка, – криво улыбнулся жрец. Он не хотел признаваться в слабости, но появилась возможность поправить ситуацию с помощью пришельцев. Упустить шанс он не мог и продолжил: – Последнее время наш квартал слегка задолжал слугам хозяев за товары.
– Слегка? – насмешливо приподняла бровь Дория. Она не видела ауры собеседника, как это делала племянница, но откровенные нотки неуверенности в голосе жреца говорили сами за себя.
– Современная техника стоит дорого, а нам она жизненно необходима, – вздохнул жрец. – Эти жмоты, в отличие от поставок остальных товаров, продают её только за кристаллы, – злая усмешка на миг исказила его лицо: – Со всеми аферами умершего начальника департамента поиска мы ещё не разобрались. Похоже, не без его участия проваливались поисковые операции и гибли достойные люди. Последнее время наши отряды не находили залежей кристаллов.
– Мне от этого ни жарко, ни холодно, – безразличный взгляд тёмной ощутимо давил на собеседника. – Я привыкла ни в чём себе не отказывать.
Мне было жаль этого добряка. По всему чувствовалось, что ему претит унижаться, но он терпел злобные издевательства тёмной. Жреческий круг зубами вцепился в неожиданную возможность поправить плачевное положение по закупкам техники. Появление чужаков–хозяев стало неслыханной удачей, за которую стоило терпеть унижения, ведь не с неба гости свалились, а пришли из таких глубин подземелий, что даже слугам настоящих хозяев не снилось. Никакая наноброня не помогает, когда из подпространственной щели лезут бестелесные сущности. Лишь защита хозяев может отразить потустороннюю атаку. А такие люди, способные покинуть свои замки для опасных путешествий, в истории технополиса встречались раз в тысячелетие, если не реже. Мужчина снова вздохнул и выложил главный козырь: