Александр Седых – Василиск. Книга 1. Беспризорник (страница 10)

И столько искренности было в грустном взгляде паренька, что даже бывалый пират поверил: не врёт паршивец – обязательно попытается сбежать, но только когда полностью очухается или… тайную миссию выполнит, шпион иезуитский! Ну что же, Биллу прятать нечего – тайну чёрного синьора он и сам хотел бы раскрыть. А если сразу удавить симпатичного гадёныша, так гадский папа из-за моря подошлёт какую-нибудь неизвестную ядовитую змеюку пострашней. И надо оно старому пирату – с инквизицией тягаться. Хитрован Билл окончательно решил: пусть лучше чужой агент работает под контролем, а если вдруг выяснится, что паренёк чист, то и грех на душу нечего зря брать. К последней мысли Билла подтолкнула умильная сценка: настежь распахнулась дверь, в комнату ворвался пушистый рыжий вихрь и с ходу запрыгнул на колени Василию.

– Прости, хозяин. – Через некоторое время в дверном проёме склонился запыхавшийся Бедолага. – Рыжик сам когтями дверь открыл, не сумел я угнаться за бесёнком.

– А вот это, – улыбнувшись, Билл указал пальцем на довольно урчащего бойцового кота, – для меня лучшая рекомендация.

Василия нарядили в штопаные обноски, обули в стоптанные башмаки и оставили в таверне прислуживать хозяину. Правда, прислуга из корабельного юнги получилась не очень справная. Василий не знал элементарных бытовых вещей. Прежнему стюарду приходилось постоянно его контролировать. Нет, тупым Василий не был, он просто «забыл» названия и назначение многих предметов. Хотя стоило один раз показать или даже на словах объяснить – схватывал всё на лету.

Однако получивший отставку слуга затаил на конкурента обиду и решил по-свойски проучить выскочку. Стюард был парень здоровый, на голову выше Василия и вдвое тяжелее. Он подговорил своих дружков, стаю таких же молодых здоровяков, покуражиться над чужаком, им тоже не нравился новый ухажёр Марты – уж больно ласково парочка ворковала при встрече. Вот и подкараулили они Василия в общем зале таверны, когда тот нёс с кухни горячий чай хозяину. В правой руке – дорогой стеклянный стакан в серебряном подстаканнике с ручкой, в левой – белое полотенце.

– Осторожнее, не пролей кипяток, олух, – вальяжно развалившись на стуле, привлёк громким окриком внимание карательной команды стюард. Да и остальной братве, что вечером выходного дня заполнила таверну до отказа, дал сигнал: сейчас потеха будет!

Когда жертва проходила мимо, толстозадый пакостник подставил ножку.

Василий, не опуская взор, перешагнул грязный сапог, словно и не заметил подставу. Но через пару шагов дорогу загородил резво поднявшийся из-за соседнего стола подмастерье местного кузнеца, тоже парнишка не из хилых.

– Смотри, куда прёшь, белобрысый! – Молодой верзила сильно пихнул худощавого торопыгу ладонью в грудь.

Однако рука не коснулась Василия, пройдя впритирку с телом. Юнга ловко ушёл с траектории атаки скруткой корпуса.

Подмастерье провалился вперёд, потеряв равновесие, но успел ухватить в кулак кончик белого полотенца, что флагом колыхнулось на руке вёрткого юнги.

Василий остановился, левой рукой обернул полотенце вокруг запястья настырного бугая. Другим концом, широкой петлёй, стремительно обвил тканью его шею. Единым слитным движением руки с разворотом корпуса притянул захваченную кисть плотно к шее противника. Заходя жертве за спину и затягивая накинутую удавку, рывком взвалил тушу себе на плечо.

Висельник прогнулся спиной назад и, натужно хрипя в удушающем захвате, беспомощно засучил ножками в воздухе.

На выручку подельнику вскочил стюард.

Василий резко разогнулся, отпустив удавку, и спиной толкнул висельника на надвигающегося стюарда.

Парочка тяжеловесных увальней столкнулась, неуклюже завалившись на стол. Звонко грохнула об пол скинутая посуда.

– Наших бьют! – с обиженным рёвом оторвав толстые задницы от табуреток, на подмогу кинулись из засады ещё трое забияк.

Василий, казалось, лишь слегка коснулся носком башмака края пустого табурета поверженного верзилы, вскочил ногами на скатерть и спрыгнул по другую сторону стола. Ринувшиеся к нему вражины остались позади.

Отскочивший от башмака Василия табурет больно ударил подбегающего сбоку врага в колено, и тот, подвывая, скорчился на полу. Зато двое его дружков резво вскочили ногами на стол, решив повторить путь шустрого попрыгунчика.

Василий ухватил левой рукой край скатерти и с наклоном всего тела резко рванул ткань на себя.

С деревянным звуком «кегли» грохнулись задницами об стол!

Василий элегантным взмахом накрыл скатертью копошащуюся «кучу мусора» и шагнул к лестнице.

– Вот так цирк! – захлопал в ладоши Билл и от души расхохотался, усевшись прямо на ступеньках лестничного марша.

– Ваш чай, синьор, – чинно поднялся по лестнице Василий и с лёгким поклоном предложил доверху налитый стакан в серебряном подстаканнике.

– Этому теперь в метрополии корабельных юнг обучают?! – кулаком утерев выступившие от смеха слёзы, принял стакан Билл и, подув на водную гладь, шумно отхлебнул горячий напиток. – Эх, шустрая каналья, даже ни капли не расплескал. Долго ли, фокусник, к такому трюку готовился?

– Извините, синьор, это был экспромт, – смущённо улыбнулся акробат-затейник.

– Ох-х, вижу, непростой ты парень, Василий! – погрозил озорнику пальцем хозяин. – А с абордажными сабельками ты также ловко плясать умеешь?

– Синьор желает чаю погорячей? – вызывающе улыбнулся чужеземец. Василию стало самому крайне интересно узнать, на что ещё способны его тело и просыпающееся сознание. В драке с деревенскими увальнями он действовал инстинктивно, не задумываясь над своими движениями, словно годами нарабатывал изощрённые приёмы рукопашного боя. Видно, и впрямь мозоли на костяшках кулаков долгими тренировками нажил.

– А давай! – азартно махнул подстаканником старый пират, неосторожно плесканув на пузо горячим напитком. – А-ай, дьявол! Всё из-за тебя, криворукий ублюдок! Братва, поучите заморыша манерам! – во всю глотку грозно заорал лорд Пустого острова, а у самого рот до ушей от предвкушения знатной схватки. – Горемыка, поднимай свой десяток! Сдаётся мне, один ты с пацанёнком не сладишь. И с голыми руками к бесёнку не суйтесь, на клинках мастерством меряйтесь.

Завсегдатаи шумно загалдели и, дружно сдвинув столы к стенам, охотно расчистили по центру зала место для драки. Да, мало имелось развлечений в посёлке – свои бойцы уже давно все передрались, установив своеобразный табель рангов. То ли дело – проверить на прочность чужака.

Горемыка слыл знатным рубакой, не зря под ним десяток отпетых головорезов ходил.

Однако и от прыткого мальца теперь ждали сюрпризов. Ждали, но всё же не такой наглости! Когда Горемыка занял позицию напротив Василия, тот небрежно повертел выданным острым реквизитом – левой рукой! – и удивлённо уставился на пустую правую ладонь:

– А стакан чая где?

Публика грохнула дружным хохотом, оценив юмор. Но Василий не шутил, терпеливо ожидая, когда поднесут столовый прибор.

– Тебе, сынок, уже пора переходить с детского пойла на ром! – Горемыка для смеха протянул Василию подхваченную со стола глиняную кружку.

– Непо-о-олная, – нахмурившись, обиделся балагур.

Пираты опять весело заржали.

– Сейчас своей кровью дольёшь, – беззлобно ухмыльнулся Горемыка под одобрительный смех болельщиков.

Схватка началась! Горемыка легонько стукнул по клинку мальчишки, оценивая хватку.

Василий принял зеркальную позицию, фехтуя левой рукой, а в отставленной назад правой высоко держал глиняную кружку с ромом.

Раздались смешки, но тут же сразу потерялись в перезвоне стальных клинков.

Абордажные сабли, высекая искры, замелькали в воздухе.

– Непло-о-хо, – переводя дух после первого бурного наскока, отступил на шаг удивлённый Горемыка. Противник умело фехтовал в неудобной для правши левосторонней стойке. Горемыка не привык сражаться с левшой.

Василий остался в центре площадки, не отступив ни на шаг, так и не опустив кружку с ромом, при этом не расплескав на пол ни капли жидкости.

Горемыка принялся кружить по ристалищу, нанося серии ударов с разных направлений и уровней.

Василий лишь разворачивал корпус, не уступая центр. Казалось, он заранее предугадывал действия противника, все его хитрые финты и уловки. Ну а реакция и скорость у юного парнишки оказались намного лучше, чем у возрастного Горемыки. Тот рассчитывал на жизненный опыт, но для победы над странным мальцом его явно не хватало. Оказалось, что Василий знал любые известные пирату приёмы. Всем стало очевидно, что ему не впервой участвовать в сабельной рубке с сильным противником.

Боец и сам чувствовал, что натренированное тело инстинктивно реагирует на чужие движения. Его явно очень долго обучали расчленять врагов – и наверняка не только саблями. А то, что зрителям лишь казалось, Василию вовсе не казалось – он в самом деле читал мысли противника! Что ужасало: стоило ему сосредоточить взор на враге, он мысленно видел даже будущие действия Горемыки. Всего лишь на секунду вперёд, но в стремительной рубке – это целая жизнь.

Василий только защищался. Стоило ему лишь раз попробовать проверить теорию предвидения на практике – сабля выпорхнула из ладони Горемыки. Ещё бы, ведь Василий увидел точную траекторию удара раньше на целую секунду! Вот и встретил чужую сабельку в переломной точке.