Александр Седых – Сын ведьмы (страница 40)

Солдаты разбежались с протоптанной колеи, как тараканы, перепуганные внезапной вспышкой света. Они искали спасения за стволами деревьев. Немцы ещё не успели прийти в себя и прицелиться, а снеговик с огромной белой башкой стремительно скрылся за разлапистой елью.

Беспорядочный шквал винтовочных выстрелов обрушился на густые ветви.

В ответ на обстрел, в немцев полетели гранаты, а с верхушки ели неожиданно повалил густой дым. Он вырос над лесом чёрной колонной.

Офицер отдал приказ окружить дьявольскую ель и проклятого снеговика. Серые фигуры короткими перебежками, от дерева к дереву, осторожно двинулись вперёд.

Внезапно грохнул взрыв слева, через секунду — справа.

Отряд замер в ожидании, но больше снарядов не прилетело. Офицер приказал возобновить движение. Солдаты поползли вперёд, бежать в открытую атаку никто не решился. Каких ещё сюрпризов ждать от притаившегося снеговика, который выкосил за полминуты два десятка бойцов — немцы не знали.

Ровно через минуту от первых пристрелочных выстрелов, артиллерийская батарея дала дружный залп, а потом, после трёхминутного интервала, вразнобой принялась перемалывать помеченный сигнальным дымом участок леса в дрова.

Алексею некогда было любоваться апокалиптическими картинами. Подобрав второй вещмешок, он взлетел над верхушками деревьев и метнулся на перехват другого вражеского отряда. Когда казак сверху обнаружил немцев, они уже рысили по протоптанной русскими тропе. Ещё несколько минут преследования, и точно нагонят беглецов, которым приходилось «пахать» снежную целину.

Вдруг на фланге отряда преследователей, с вершины дерева, поднялся в небо столб дыма. Через несколько секунд грохот взрывов в левой стороне леса стих. Следом прилетела пара пристрелочных снарядов в новый район. И, пока никого не задело, немцы решили уйти из зоны обстрела.

Первым выстрелом из винтовки Алексей уложил наповал проводника отряда. Не так много у немцев специалистов способных ориентироваться в глухом лесу. Вторым выстрелом — командира в островерхой каске. Остальные офицеры вряд ли знают основное задание отряда, но и с ними стоило разобраться.

Унтер — офицер взмахнул рукой и на полуслове завалился в снег, после третьего выстрела казака. Немцы залегли и принялись палить в направлении лёжки снайпера.

Злой снеговик на мгновение высунул из — за ствола дерева огромную башку, пальнул четвёртый раз из белой винтовки — последний унтер — офицер уткнул простреленную голову в снег. Следующим выстрелом Алексей срезал шустрого «ползунка», что попытался подкрасться незаметно. После этого снеговик уже не стрелял — Алексей забыл взять у капитана ещё патронов к винтовке, обойма закончилась.

Однако бросками гранат казак сумел продержать врагов нужную минуту в зоне обстрела. С первыми разрывами снарядов Алексей взмыл свечой в воздух. Врагам уже стало не до летающих снеговиков — немцев поглотила гиена огненная.

Алексей быстро догнал Кондрашова с бойцами, облетел, скрываясь за верхушками деревьев, и залёг в сугробе. Дождавшись, когда они, натужно пыхтя, проковыляют мимо, стряхнул с себя снежную крошку и бесшумно присоединился к отряду.

— Ваше благородие, приказ выполнен, — тронул казак капитана за плечо.

— Какой? — вздрогнув от неожиданности, капитан удивлённо обернулся и уставился на беззвучно материализовавшегося за спиной шамана.

— Не стал по лесу гонять всех врагов, — озорно улыбнулся Алексей. — Токмо пощипал чуток, да «хвост» слегка подрезал.

— Только «хвост»? — недоверчиво прищурился контрразведчик.

— Ну, конечно, и по морде дал, — заржал казак. — Зато теперь за нами не сунутся, можем не спеша до своих окопов «чапать».

— Ермолаев, занять место в голове колонны, — устало утёр ладошкой пот со лба капитан. — Я иду замыкающим.

До русских позиций дотопали быстро — напрямки теперь пёрли, да и мощный «снегоход» впереди дорогу прокладывал. В первой траншее отряд встретили Вольдшмидт и Ширков. Сразу взяли под руки падающего с ног от усталости и нервного напряжения адъютанта и потащили в блиндаж.

Алексей повёл рядовых бойцов отогреваться «огненной водой» в медпункт, а офицеры уединились в блиндаже комбата. Когда Кондрашов скинул офицерский полушубок, на кители проступили мокрые пятна.

— Видать, жарко пришлось, — глянув на вспотевшего капитана, посочувствовал Вольдшмидт.

— Чудом без потерь из капкана выскочили, — кивнул контрразведчик. — Я ведь предполагал, что половину отряда в лесу оставлю. А учитывая, как немцы за нас серьёзно взялись, могли бы и все там полечь. Спасибо, комбат, твоему чудо — казаку — спас всех, даже ранений никто не получил. А ведь нас полная пехотная рота и снайперский взвод в придачу по лесу гоняли.

— Ну, поглядел, каков мой казак в деле! — похвастал комбат.

— Дело, и правда, сделали хорошо, а вот поглядеть на казака в деле — не довелось, — развёл руками контрразведчик. Больно скрытный он у тебя, всё в одиночку сотворил. Мы только выстрелы слышали, да, вот ещё, снайперскую винтовку мне подарил. Сколько врагов он там порешил — даже не знаю.

— Ты же говорил: целая рота за вами по лесу гналась, — напомнил комбат.

— Да я ни одного немца в глаза не видел! — сам ужаснулся такому конфузу контрразведчик. — Если всё детально в рапорте изложить, то можно подумать, что твой казак нас за нос водил. Ну, скажи на милость, как его можно награждать за неизвестные подвиги?

— Так результат же виден — живы все! И пальбу в лесу нешуточную слышали.

— Хорошо, что это дело секретное. Я даже рапорт строчить не обязан, и, вообще, о твоём шамане никому не расскажу, авось ещё моему ведомству такой кадр понадобится. А награды Алексей Ермолаев получит обязательно. Правда, сразу за все подвиги никто оптом не даст, но два «Георгиевских креста» я для героя выхлопочу. Четвёртой степени — за летний бой на болоте, и третьей степени — за зимний бой в траншеях.

— Но это только за половину его деяний, — настаивал на справедливости комбат.

— И обещаю: полное забвение всех шаманских странностей, — пригрозил пальцем контрразведчик. — Как казацкий чёрт дерётся я не видел, но результаты — то… стра — а — шные.

— Так чёрт же русский, — довольно кивнул комбат. На две награды для казака он и не рассчитывал. Трудно со штабом говорить на эту тему. Поддержка капитана особой службы дорогого стоила.

— Потому и не трогаем, — поднял указательный палец контрразведчик. — Пусть и дальше служит Вере, Царю и Отечеству.

Глава 13. Чудеса воскрешения

После нелегального обмена военнопленными, немецкое командование пришло в растерянность. Освобождённый офицер подтвердил сведения о засаде в траншеях левого фланга русских. Пожелтевшая плёнка кинохроники показала страшные последствия рукопашного боя. Мелкие детали были плохо видны, но общая картина ужасала. Офицер утверждал, что лично видел одного из выживших русских берсерков, скорее всего пулемётчика. Однако в пехотном полку, очевидно, сохранилась целая боевая группа подобных воинов. Эти русские отличались не только своей безумной храбростью, но и высочайшей профессиональной подготовкой.

Четверо бойцов из элитного засекреченного подразделения накануне смогли вырваться из тщательно подготовленной засады. При этом они умудрились уничтожить более полуроты немецких солдат, а сами ушли без потерь. Офицер сообщил, что в состав этой группы входил капитан контрразведки и три рядовых боевика. Хотя «рядовыми» их назвать язык не поворачивался. Исходя из проведённого анализа боя выяснено, что диверсионная группа разбилась на четыре части. Каждый боец выполнял отдельную задачу.

Первый, в форме казака, в одиночку вырезал ножами пять снайперских пар. При этом он бесшумно прокрался по ими же протоптанными в снегу следам и действовал одновременно двумя ножами. Потом использовал три трупа в качестве пугал, изобразив плотный контроль поляны, где проходил обмен пленными.

Второй русский боец устроил засаду на пути выдвижения левого крыла немецкой роты, посланной окружить диверсантов. В результате подлой атаки с тыла, восемь солдат было зарезано, а четырнадцать получили смертельные подарки из револьвера! Остальных «счастливчиков» враг закидал гранатами и подвёл под заградительный огонь русской батареи.

Ещё один русский атаковал правое крыло немецкой роты. Похоже, это оказался наиболее слабо подготовленный диверсант. Он, всего лишь, несколькими выстрелами из карабина снял всех командиров и наиболее подготовленных бойцов, а затем забросал отряд преследователей гранатами и, дымовым сигналом, подставил под удар русской артиллерии.

Капитан контрразведки в это время уводил освобождённого пленного из зоны окружения, следы офицерских сапог виднелись последними в протоптанной снежной колее.

Проведя тщательный анализ, командование решило немедленно укрепить правый фланг обороны. Никому не хотелось схлестнуться в рукопашную с русскими берсерками. Следовало отгородиться от проклятого леса широкой просекой, возвести не менее пяти линий проволочных заграждений, да и число дотов удвоить, а то и утроить. О наступлении теперь никто уж не помышлял — страшные слухи об оживших мертвецах прочно загнали солдат в окопы. Офицерский состав, ознакомившись с трофейной кинохроникой, тоже не жаждал лезть на русские штыки. Решено было усилить артиллерийские налёты на вражеские позиции. У русских наметился явный дефицит боеприпасов, достойно ответить они не смогут. Там, где врага не взять храбростью, его можно одолеть техническим совершенством. Артиллерийские орудия концерна Круппа значительно мощнее и дальнобойнее устаревших русских пушчоночек. Пусть трепещут враги Кайзера!