Александр Седых – Наследник (страница 38)

— Воздух! Атака с востока! — сбросив с рук тяжёлую шпалу, закричал Матвей и в несколько прыжков подскочил к распахнутой двери своей «теплушки». — Дневальный, брось мне ружьё!

Услышав команду «воздух», боец не раздумывал, какое оружие бросать командиру. Дежурный патрон уже лежал в казённой части противотанкового ружья, требовалось лишь дослать его затвором в ствол. Матвей подхватил оружие, клацнул затвором и выскочил на рельсы позади стенки последнего вагона.

Остальные физкультурники с голым торсом, размахивая руками и во всё горло дублируя тревожный сигнал командира, уже бежали вдоль эшелона. Одни отталкивали опешивших сослуживцев в сторону от вагонов, другие неслись дальше в голову состава, оповестить остальных об опасности. Шах, лавируя между зазевавшимися бойцами, совершил спринтерский рывок и, не в силах выдавить из горла чёткую фразу, просто вытянутой рукой указал оторопевшим зенитчикам, откуда ждать беды. Но вытаращенные глаза задыхающегося полуголого вестника, искажённые увеличительными стёклами очков, нагоняли дополнительной жути на необстрелянных новобранцев.

Видя, что простые жесты и доносящиеся с конца поезда тревожные крики товарищей не возымели действие на медлительных зенитчиков, Шах сумел-таки набрать в горящие лёгкие воздуха и выдуть витиеватую неуставную тираду, в которой, однако, присутствовало одно цензурное слово: восток. Вкупе с жестами, крепкими речевыми посылами и разгорячённым видом сигнальщика, зенитчики наконец–то поняли, куда он их направляет, и принялись разворачивать стволы пулемётов.

А в это время Матвей с закрытыми глазами монументально замер на железной дороге, выставив вперёд левую ногу, упёршись подошвой правого сапога в край шпалы позади, и вскинув длинное крупнокалиберное ружьё к плечу. Смотреть в оптический прицел на солнце ему было незачем, чародей прекрасно видел приближающиеся самолёты колдовским зрением. Стрелок запоздало пожалел, что не сообразил прихватить ещё патрон. Второй истребитель сохранял значительную дистанцию от ведущего, очевидно, опасаясь попасть под разлёт осколков от его бомб. Можно было бы успеть перезарядить ружьё.

Матвей ни секунды не сомневался, что подстрелит первого лётчика, — проблема возникала с траекторией неуправляемого падения самолёта, который с топливными баками и полным боекомплектом по инерции врежется в эшелоны на станции. Решение пришло в последний момент, когда атакующая машина уже вышла на боевой курс и до сброса первых бомб оставались считаные сотни метров дистанции.

Вслед за громом выстрела противотанкового ружья, Матвей убрал гравитационную стабилизацию оружия, позволив сразу потяжелевшему стволу начать опускаться к земле.

Выпущенная крупнокалиберная пуля разметала мозги лётчика по фонарю кабины.

Почти в тот же миг чародей приложил дополнительный вектор силы тяжести к левому крылу атакующего истребителя.

Получив сильный толчок в крыло, неуправляемая машина, совершая вращения вокруг своей оси, штопором завертелась в воздухе и отклонилась от траектории атаки. Самолёт с рёвом пронёсся чуть в стороне от станции, врезавшись в пустырь за хозпостройками. Сильный взрыв сотряс землю. Воздушная волна ударила по ушам. В небо взметнулось пламя и клубы дыма, быстро вырастающего в огромный чёрный гриб.

К станции подлетал второй вражеский истребитель, а Матвей замер с опущенным к земле стволом разряженного оружия. Он видел колдовским взором, как к нему стремительно приближается крылатый объект с комплектом металлических деталей, движимых по чёткой схеме внутри обтекаемого корпуса. Повелитель гравитационной силы решил внести хаос в выверенные конструкторами гармоничные движения механизмов.

В следующую секунду мотор истребителя жалобно заскрежетал и затих, что–то внутри заклинило. Пилот отбросил мысли об атаке станции и, беззвучно планируя, попытался обойти опасный район стороной, всё ещё надеясь запустить заглохший мотор.

Теряющий скорость и высоту планер превратился в удобную мишень для зенитчиков.

Как только враг попал в сектор стрельбы, четыре спаренных станковых пулемёта изрыгнули рой трассирующих пуль.

Самолёт задымился. Не дотянув до пашни за посёлком, он врезался в лесопосадку. Бомбы и загоревшийся бензобак сдетонировали, окутав искорёженную машину клубком огня и дыма. До станции донёсся отдалённый грохот взрыва.

Матвей, опустив тяжёлое ружьё, замер в задумчивости. Разрушать гармонию движения хаосом гравитационных векторов силы оказалось даже проще, чем направлять железные дротики в мишень.

— Да, ломать — не строить. — Мотнул головой Матвей и, вскинув ружьё на плечо, неторопливо направился к двери «теплушки».

Отбежавшие в сторону красноармейцы поднимались с земли, отряхивали пыль с формы и, озираясь на вырастающие к небу чёрные грибовидные облака, возвращались к эшелону. Со стороны вагона командного состава подошли комбат и подполковник, начальник штаба полка.

— Кто первым подал сигнал воздушной тревоги? — спросил попавшегося под руку полуголого бойца подполковник. — И почему одет не по форме?

— Наш командир отделения проводил с личным составом утреннею физподготовку, — вытянулся по стойке смирно «парагваец». — Он первым и обнаружил врага.

— Младший сержант Ермолаев, — строевым шагом подошёл к командирам Матвей и приставил длинное ружьё к бедру. — Разрешите доложить: атака противника отражена, противотанковым расчётом уничтожен один истребитель.

— Ты его с этой дуры, как куропатку, влёт сбил? — удивлённо рассматривая огромное ружьё, с прилаженным оптическим прицелом, усмехнулся начштаба.

— Так Фриц нахрапом пёр прямо на меня, — скромно пожал плечами Матвей. — Промазать никак нельзя было.

— Да, мазать было нельзя, — поёжился начштаба, отчётливо представляя последствия неудачи. — Прицел–то у ружья снайперский, но ведь и вес ствола семнадцать килограмм. Как же ты без опоры стрелял.

— В горячке боя, как–то само вышло, — не находя подходящего оправдания, виновато потупился молодой чародей.

Подполковник восхищённо посмотрел на чрезвычайно рельефную мускулатуру рослого атлета, который, к тому же, только что занимался тяжёлой атлетикой, использую подручную железнодорожную шпалу.

— Пожалуй, такого богатыря отдачей от выстрела не свалить с ног. — Начштаба повернул голову к комбату. — Теперь и я поверил в солдатские байки о парагвайском чудо–снайпере. Только вот негоже столь великому воину ходить в младших сержантах. Комбат, готовь приказ о присвоении Ермолаеву звания сержанта и пиши представление к медали «За боевые заслуги».

— Так точно, товарищ подполковник, — козырнул майор и, улыбнувшись, с хитрым прищуром глянул на уникума. — Однако хотелось бы ещё уточнить, как удалось обнаружить подкрадывающегося противника?

— Действительно, как? — вскинул брови начштаба. — Ведь со стороны солнца, почти на бреющем полёте, подкрались вражины.

— До того самолёты заложили вокруг станции широкую петлю, — нашёл оправдание Матвей. — А наши разведчики учуяли подозрительный шум в небе.

Матвей похлопал левой ладонью по бедру, и тут же из–под вагона выскочили три лайки и, задрав носы, уселись в одну шеренгу подле командира отделения.

Пока начштаба недоумённо разглядывал замерший строй лохматых разведчиков, от здания станции отъехал грузовик. Ушки лаек сразу шевельнулись, а вслед за ними повернулись и головы. Заметив столь дружную реакцию, командиры тоже посмотрели в ту же сторону. За царящим на перроне шумом, звука работающего двигателя людям было не расслышать, но движущийся грузовик выдавало ещё и поднятое облачко дорожной пыли.

— Чуткие разведчики, — покачав головой, признал неоспоримые качества четвероногих помощников начштаба полка. — Такие охотники врага в небе не проворонят. Майор, распорядись–ка, чтобы лохматых бойцов поставили на воинское довольствие.

— Так ведь и сейчас все сахарные косточки от солдатского котла им попадают, — улыбнулся комбат.

— На полное довольствие поставь, они ещё не одну солдатскую жизнь спасут, — расщедрился начальник и с восхищением глянул на мускулистый голый торс парагвайского казака. — А железному сержанту Ермолаеву за отличную подготовку личного состава объявляю благодарность.

— Служу трудовому народу! — вытянувшись по стойке смирно, рявкнул новоиспечённый сержант и еле заметно постучал пальцами по бедру.

С серьёзным видом задрав морды, собачий строй дружным хором подгавкнул три раза.

Следом раздавшийся со всех сторон хохот бойцов и командиров стал завершающим аккомпанементом весёлого представления.

Глава 8

Отряд особого назначения

Глава 8. Отряд особого назначения

На фронт батальон новобранцев из Омска добрался лишь через месяц после начала войны. И то прибыл не на передовую линию, а во второй эшелон обороны. Немецкие войска уже проломили рубеж укреплений на старой границе СССР, с тяжёлыми боями выбили советские войска из Минска и рвались в сторону Смоленска. Сражения разворачивались уже в западной части Могилёвской области. От Минска в восточном направлении фашисты могли двигаться по двум магистральным автомобильным дорогам. На участке фронта, куда был переброшен батальон молодых сибиряков–спортсменов, эти автомагистрали связывала дорожная перемычка, между населёнными пунктами Дмитровичи и Бобр. Примерно посередине её, возле села Великий Вязок, через речку Паньковка переброшен автомобильный мост. Вот для обороны этого стратегического объекта и отправили третью роту из батальона сибирских новобранцев.