Александр Щипцов – Шизоплерома (страница 3)

– Соглашусь, даже с перебором, – тихо подтвердила Настя. Её пальцы всё ещё сжимали край стола, костяшки побелели от напряжения. – Надо отдать команду, прекратить эти трансляции. С них хватит.

– Только тем, кто уже попал под гипноз зомбоящика, вряд ли поможешь. Они обречены. – Подытожил Алекс.

– Зато новых не прибавится, – с решимостью в голосе ответила Настя и потянулась к телефону.

Действовала она чётко и уверенно, но предательская мелкая дрожь в кончиках пальцев выдавала запредельное напряжение.

– Останутся в резерве, – попытался пошутить Алекс, но вместо улыбки на его лице застыла усталая гримаса. Юмор отскакивал от мрачной реальности, как вода от кипящего масла.

Отдав короткое, как выстрел, распоряжение, Настя откинулась в кресло, с силой провела ладонями по лицу, смахивая маску усталости. Она выглядела измотанной до последней степени. – Надо отдохнуть. Хотя бы немного. А завтра… завтра – за Стену. Посмотрим, что же у нас там, в конце концов, получилось.

– Ага, – с напускной, почти карикатурной серьёзностью подхватил Алекс. – Посольство откроем. Хотя, пожалуй, хватит и консульства. Паспорта начнём выдавать. И, кстати, я – за монархию. Никакой этой демократии и уж тем более либерализма. Ты же не против?

– Чего именно? – мгновенно насторожилась Настя, её взгляд стал острым и колючим, будто она уловила скрытую угрозу.

– Что матриархат под строжайшим запретом! – парировал он.

– Ах вот ты как! Ты у меня дождешься! Точнее, уже дождался! – Её пальцы молниеносно нашли на его руке мягкое место и сжали – не больно, но настойчиво. Она пристально смотрела на него, оценивая реакцию. Потом ущипнула ещё раз, уже сильнее, с накопленным за день раздражением.

Он не стал отдергивать руку, лишь скривился, принимая удар судьбы как должное.

– Завтра, – тихо, почти как заклинание, произнесла Настя, уставившись в тёмное стекло, где отражались их бледные лица, – увидим, что из этого вышло.

Алекс молча кивнул. Все шутки, все попытки отгородиться иронией – казались неуместными. Они понимали, что их безумная авантюра дай Бог свернётся к утру. Сейчас она только перешла в новую, медленно ползучую фазу. А там, за стеной-горизонтом, их уже поджидает результат их собственного замысла – новая, неизведанная и пугающая реальность.

Глава 3

Такси плавно тронулось с места. Шофёр, вцепившись в руль, напоминал манекена – слишком уж застывшей и окаменевшей была его поза.

– Смотри-ка, – Алекс постучал подушечкой пальца по холодному стеклу. – Ещё вчера фонарные столбы гнуло, словно проволоку на ветру, а сегодня – хоть выставку образцового города устраивай. Совершенно новенькие, с иголочки.

Настя молча, едва заметно, кивнула.

За окном плыл, подменяя собой настоящий, город-самозванец. Ослепительное солнце било в глаза, отполированные тротуары слепили чистотой, деревья стояли с той самой, идеальной формой кроны. Ни единой царапины на обновлённых фасадах, ни малейшей трещинки на асфальте. Ничего – ровным счётом ничего! – что могло бы напомнить о кошмаре вчерашнего дня.

– Как жутко, – наконец выдохнула девушка, не в силах оторвать взгляд от этого фальшивого благополучия. – Словно кто-то взял и просто стёр всё случившееся огромным ластиком.

– Или откатил настройки до заводских, – усмехнулся Алекс, но в его сарказме не было веселья. – Происходящее напоминает игру, когда герой воскресает на последней точке сохранения. А вообще… Ещё одна такая «битва» – и наша дорогая Эгофрения, пожалуй, окончательно вымрет, не выдержит нашего присутствия.

Машина, минуя сияющий пустыми витринами центр, нырнула в лабиринт более узких улочек. Изредка они обгоняли полупустые, застывшие автобусы, в салонах которых сидели такие же каменные, безжизненные пассажиры, как и их водитель.

– Туземцев почти не видно, – тихо, тревожно тронула Настя спутника за локоть, заставляя его вздрогнуть.

Тот неохотно отмахнулся, не желая углубляться в обсуждение. – После вчерашнего? Не удивительно. Они, наверное, по домам попрятались, пережидают.

Такси свернуло на набережную. Широкая, могущественная Нева текла лениво и равнодушно, словно и не поглощала накануне обломки искореженных локомотивов, не вбирала в свои тёмные воды отголоски чужой агонии.

– Финляндский, – коротко бросил Алекс, указывая вперёд.

Мост возвышался над водой – целый, невредимый, монументальный. Он выглядел как вчера построенный, ни сколов, ни потёртостей, ни намёка на историю. Эгофрения вновь вдохнула в него первозданную мощь и заново окрасила в изначальный цвет.

– Она зализывает раны, – прошептала Настя, и в её голосе звучало не столько облегчение, сколько страх перед этим неестественным исцелением. – Это ошибка! Надо срочно внести поправку в базовый алгоритм поведения аборигенов, – уже чётче, деловым тоном сказала она, возвращаясь к своей роли. – Это неэффективное расходование ресурсов. Водитель, мы меняем маршрут! Срочно едем в телецентр. Я должна отдать распоряжения.

Таксист развернул машину через две сплошные.

– Твой приказ важнее для него, чем правила движения, – улыбнулся Алекс.

– Наше присутствие… оно её лечит, – продолжила она, возвращаясь к прерванной мысли, но теперь с оттенком сомнения.

– Не лечит, – поправил собеседник. – Она осознанно исправляет наши ошибки, стирая последствия нашего варварства. – Он откинулся на спинку сиденья, зажмурил глаза, пытаясь вытравить воспоминания: сплетённые в смертельной агонии поезда, ослепительный огненный шар, поглощающая всё и вся чёрная вода. Он отчётливо понимал теперь: эта Эгофрения – не просто аномальная зона. Она куда больше, могущественнее и сложнее тех, о которых им рассказывали в Эгоплероме основы.

Водитель припарковал машину аккурат напротив входа, под знаком «остановка и стоянка запрещены» и включил аварийку.

– Схожу одна, так быстрее, – заявила Настя.

– Как скажешь, – коротко согласился Алекс.

Стеклянные двери бесшумно раздвинулись, впуская её в огромный, залитый светом холл. Царившую там гробовую тишину нарушал лишь тихий гул невидимой системы вентиляции.

За столиком в вестибюле замер администратор – мужчина в безукоризненно отглаженном костюме. Его улыбка сверкала идеальной белизной, а глаза оставались пустыми и застывшими, точь-в-точь как у водителя. Ни единого вопроса. Лишь молчаливый кивок и плавный жест, приглашающий следовать к лифтам.

Она шагнула в длинный коридор, где за стеклянными стенами мерцали бесконечные ряды мониторов. На них, словно заевшая пластинка, сменялись идиллические картинки: парки, улицы, натянуто-счастливые лица «туземцев».

Настя распахнула дверь студии звукозаписи, над которой алела табличка «Не входить». – Звукооператор остаётся! Остальные – выйти!

– Записывай! – её голос, обычно живой, теперь звенел сталью. – Любые формы физического конфликта между жителями строго запрещены! С этого момента уровень агрессии – ноль! – Выдержала паузу. – Готово?

Звукооператор кивнул.

– Следуй за мной!

Не удостоив секретаря взглядом, Настя без стука влетела в кабинет директора. Тот подскочил с места, но её властный жест тут же усадил его обратно.

– Новый приказ уже надиктован! – ткнула она пальцем в сопровождающего. – У него. Крутить беспрерывно по всем каналам и радиостанциям. Пару суток. – Развернулась и вышла.

Вернувшись в такси к Алексу, Настя сияла от удовлетворения. – Готово! – выдохнула она. – Принято к исполнению.

– Водитель, включи на минутку радио, – распорядился Алекс.

«Любые формы физического конфликта…» – тут же донеслось из динамиков.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.