Александр Сапегин – Жизнь на лезвии бритвы. Часть II (страница 28)

Не промазал, Сила мне в помощь. Надзирателя, схватившегося руками за пострадавшее место, кинуло вперед. Запнувшись о колесо тележки, Браун не удержал равновесие. Раскрыв рты и выпучив глаза, дежурные авроры межэтажного поста, смотрели, как оступившийся коллега катится по лестнице, башкой, спиной и боками пересчитывая скользкие ступеньки. Бывший коллега, замечу. Толчок Силой в спину не оставил любителю десертов шансов. А катился он, бряцая ключами, больше по инерции. Мертвые, если что, не разговаривают не будучи зомби или личами. Омилевший нашим сердцам аврор неудачно для себя и удачно для прочих свернул себе шею. Ага, какая досада и невосполнимая для всего Британского Аврората утрата. Их ряды покинул верный сын, надёжный товарищ… и прочая, и прочая. Туда ему и дорога, не забыть напомнить себе, найти могилку ублюдка и помочиться на неё. Ледяная игла обломалась и, скрывая следы преступления, свистнула между лестничными пролётами, разлетевшись на мельчайшие осколки далеко внизу. Со стороны выходило, что Херст Браун сам пал жертвой личной невнимательности и неосторожности. Раздатчик, прикованный к тележке длинной цепью, ничего сообразить не успел, как и авроры на посту у лестничной площадки, настолько быстро всё произошло. Арестанты же напротив моей камеры не отрывали глаз от мисок или не обращали внимания на мелкого щегла в камере-одиночке.

Выпив жидкий чаёк, в котором был размочен каменной крепости сухарь, я улёгся на шконку. До прихода дементоров ещё два часа. Можно подремать.

— Эй, малой, в шахматы будешь?

Покосившись на импровизированную шахматную доску, расчерченную на полу и сваленные кучкой камешки, заменявшие фигуры, я приподнялся на локтях.

— Благодарю покорно, Георг, но позволь отказаться. Спать хочу. Покемарю пока ходячие холодильники не пришли.

Георг МакГрегор среди узников заслуженно считался старожилом. Шотландец завалил шестерых авроров в семьдесят девятом году, за что и схлопотал строгача с двадцатью годами соседства с дементорами. Почему не французский поцелуй с морозильной нечистью? Суд учёл состояние аффекта подсудимого. Хотя лично я думаю, судьи не ожидали, что убийца протянет в тюрьме больше года, но они ошиблись. За что же пострадали слуги закона? В чём их вина, спросите вы. В доверии. Молодые авроры и стажёры академии аврората слишком доверяли безгрешному командованию и верили в непререкаемые авторитеты, к тому же их приставили проходить практику в спецподразделении легенды магической Англии… Под крылышком Грюма сопливым новичкам сам Волдеморт был не страшен, не говоря уже о каких-то там оборотнях и убитых горем мужьях. Надо было такому случиться, что аврорат устроил рейд по отлову оборотней, вожаки которых не придумали ничего лучше, чем публично объявить о присоединении к Неназываемому. Я понимаю Фенрир, этому отморозку с колыбели закон не писан, но остальные могли своими тыковками подумать, прежде чем языки распускать? Барти Крауч-старший среагировал моментально, миндальничать он не привык, «волки» и так были в опале, а тут на них официально открыли сезон охоты, и понеслась душа по кочкам…

Как оказывается, Люпин был не единственным оборотнем с образованием и волшебной палочкой в кобуре. Мартина МакГрегор, супруга моего соседа, закончила Салем в семьдесят седьмом году и на свою голову приехала в Англию. Спрашивается, чего ей не жилось в Штатах? Гражданство американское и паспорт на руках, диплом в кармане, какая-никакая перспектива, к оборотням американцы относятся намного либеральней и лояльней англичан. С работой проблем нет: егеря, подразделения силовой поддержки аврората, смотрители различных магических заповедников, на худой конец можно завербоваться в отряды наёмников. Нет, бабу потащило в Европу, маслом ей намазали чтоли? Да и Георг «молодец», видел к чему в стране дело идёт, мог бы уговорить невесту возвратиться на родину, да и сам валил бы куда подальше, ноне судьба. Мартину повязали в Лютном, куда она наведалась в одну из аптек. Маги охотно принимали травы с целебные сборы, собранные в заповедных лесах. Поднятые вверх руки и переданная аврорам палочка не слишком помогли избежать девушке смертельного проклятья. В тот момент в Лютный, для поддержки избиваемых союзников, аппарировала рейд-группа пожирателей и командир авроров, опасаясь удара в спину, избавился от оборотня. Аваде всё едино, кого убивать. Зелёный луч, сорвавшийся с кончика палочки, лишил жизни двоих. Мартина пятый месяц носила под сердцем ребёнка. Узнав о смерти жены, Георг поклялся убить виновных. Через несколько дней он в наглую заявился в аврорат и прикончил всю оперативную группу за исключением Грюма, находивщегося на разносе у главы ДМП. Ветеран в служебном рвении угрохал гражданку чужого государства, теперь министерство занималось двумя мучительными задачами: поиск «стрелочника» и сочинение приемлемой отписки в американское консульство. Глядишь, Грюму бы дали пинка под зад, но тут на свою голову вмешался Георг. Получив на артефакторный браслет тревожный сигнал, Грюм сорвался с места, он же, в конечном итоге, оглушил и связал не в меру ретивого мстителя. Потом был суд, на котором всплыли обстоятельства женитьбы гражданина Британии на гражданке Магической Федерации Соединённых Штатов Америки и обстоятельства рейда, а также пикантные подробности смерти пострадавшей во всей красе. И американцам было плевать на «пушистую проблему» погибшей. Заокеанским дипломатам доставляло несказанное удовольствие публично пинать англичан за все их прегрешения. На заседании Визенгамота адвокат мистера МакГрегора сумел выбить подзащитному двадцатку вместо грозившей тому «вышки».

Не думайте, что шотландец эдакий герой и борец за справедливость. Он хладнокровно пустил на люля-кебаб трёх пацанов, чья вина заключалась лишь в участии в рейде. Истинный виновник удачно избежал наказания и до сих пор продолжал коптить небо, постукивая по земле ногой-протезом.

Вот такой у меня сосед, милейшей души человек. Счастливых воспоминаний ноль — все дементоры за годы отсидки выпили, зато днями и ночами он на весь этаж мечтает, как будет сворачивать цыплячью шейку одноногому, одноглазому, однорукому засранцу. Медленно, чтобы каждый позвонок хрустнул. По моему, только это удерживает основательно прохудившуюся крышу шотландца от окончательного побега в неизведанные дали.

— Понятно, Малой. Спи. А ты, Пит? — МакГрегор вперил умоляющий взгляд в соседа в камере напротив.

— Расставляй фигуры, — прокряхтели оттуда. — На что забъёмся?

Что я могу сказать о Питере Лебовски? Конченная мразь. Этот меченый Волдей сидит за дело. Родственничек использовал Питера, скажем так, для деликатных поручений. От поцелуя Лебовски спасли деньги. Три с половиной миллиона галеонов поменяли кошельки и сейфы. Деликатному убийце деликатно впаяли пятнадцать лет в деликатной тюрьме. Впрочем, Лебовски не жалуется, а фанатично ждёт возрождения хозяина и освобождения из опостылевших застенок.

— Как же так получилось? Ужас какой. Каким ветром тринадцатилетнего пацана занесло в Азкабан? — спросите вы.

Я отвечу. Мы потеряли бдительность. Империя в лице Дамболдора нанесла ответный удар. Директор не спустил нам с рук Поттера и Люпина, он долго и тщательно готовил ответ. Всё началось на Хэллоуин…

Ретроспектива.

…Англия, 2 часа до Хэллоуина. Тюрьма Whatton в Ноттингемшире.

Что такое Whatton? О, суетящийся вокруг комплекса старик в серой невзрачной хламиде на голое тело мог бы сказать, что это жертвенник. И он оказался бы правым. Невидимые обычному смертному линии геометрического рисунка, растекающегося по облакам, медленно опускались вниз, постепенно угасая и впитываясь в постройки. Несколько заключённых в круги и внутрь друг друга гексаграмм с шипением вгрызались в землю, расползаясь вокруг тюремного комплекса, служившего самым большим в Европе терминалом для сексуальных преступников всех мастей. Около восьмисот человек заключены в его застенках — насильники, маньяки, убийцы. Человеческая пена, недостойная жить.

Аппарировав на вершину одного из лучей рисунка, старик водрузил на ней пирамидку с громадным рубином на макушке. Ещё один прыжок, ещё…, разместив пятый камень, волшебник смахнул пот со лба. Скоро, совсем скоро убийцы послужат для Всеобщего Блага. Их черные души, отравленные насилием над детьми, будут очищены… Да, они пока не подозревают о возложенной на них великой миссии, но тем лучше… Невинные жертвы… Ага, в белой бороде старика прорезалась сардоническая улыбка. Какая ирония.

— Темпус!

В воздухе повисли светящиеся цифры. Поправив висящий на груди хроноворот, Дамболдор, а это был именно он, принялся выписывать замысловатые вензеля волшебной палочкой и что-то тихонько нашёптывать на древнешумерском языке. Почуяв неладное, некоторые из заключённых и персонала тюрьмы настороженно заозирались. Будучи сквибами или слабыми магами, лишёнными палочек, они чувствовали магию, внезапно ставшую враждебной, черной. Откуда-то из воздуха, а возможно из самой преисподней потянуло тленом и животной, утробной жутью. Смертью…

— Если хочешь что-то сделать без замечаний, делай это сам, — завершив заклинание, устало пробормотал Дамболдор.

Ритуал ещё не начался, а сил у него практически не осталось.