Александр Сапегин – Жизнь на лезвии бритвы. Часть II (страница 102)

Отражённый щитом красный луч ударил в основание соседней секции трибун, снеся поддерживающие конструкции. С громким треском деревянные конструкции сложились вовнутрь, около пятидесяти зрителей рухнули вниз, ломая руки и ноги среди образовавшегося завала и давя тех несчастных, кому не повезло оказаться в самом низу.

Заранее расставленные работники ДМП и некоторые авроры на первом этапе сработали чище, чем это удалось Лорду Гринграссу. Обездвиживающие заклинания били точно, не оставив засвеченным агентам Дамблдора и половине боевиков Ордена Феникса ни шанса. Зато вторая половина застигнутых врасплох волшебников из вражеского лагеря сумела оказать сопротивление, сходу начав швыряться авадами и боевыми проклятьями. Заверещав как баньши, Молли Уизли, оказавшаяся среди зрителей, наглядно продемонстрировала окружающим, что не там министерство годами искало чёрную магию. Чиновникам стоило более внимательно читать рецепты и заклинания из поваренных книг для домохозяек. Что такое разделывание туши с потрошением оных прочувствовали на себе два сотрудника ДМП, кинувшиеся к судейской ложе с временно обездвиженным Дамблдором.

Трибуна с дурмстранговскими гостями и болельщиками слажено ощетинилась палочками и закрылась многослойной бронёй магических щитов. Помона Спраут бросила на землю гость семян, мгновенно проросших живым частоколом, который отделил трибуны «барсуков» от остальных. Дружно возведя барьеры, «воронят» и «львят» от шальных проклятий защитили старшекурсники. Внезапно над барьерами и верхними рядами, которые занимали гриффиндорцы, взлетела полосатая кошка, в полёте превратившаяся в Минерву МакГонагалл. Две волшебные палочки в руках мастера трансфигурации крутились замысловатыми спиралями, рассылая лучи во все стороны. Казалось, что декан красно-золотого факультета бьёт бессистемно, но трибуны под студиозусами, ставшие из деревянных стальными, уберегли детей от повторения участи гостей. Сил женщина вложила немало, да ещё школьники своей магией подпитали заклинания наставницы. Одними трибунами Минерва не ограничилась, деревянные големы, возникшие вместо кресел и лавок, мигом скрутили нескольких пожилых волшебников, с боем пробивавшихся к ложе с Дамблдором, а также атаковали магов, имевших неосторожность схватиться за левое предплечье. Один из внешне благообразных старичков умело отбил нападение трех чуркообразных братьев Пиноккио, двумя взмахами — крест-накрест, порушив чары Минервы, но вывернувшийся из-под трибуны Флитвик не дал седому боевику завершить начатую на МакГонагалл атаку. Крутнувшись юлой, маленький полугоблин осыпал противника целой очередью безмолвных проклятий. Старик оказался тоже не лыком шит, отбив все наскоки декана воронят, походя уклонившись от бесцветного луча, посланного приземлившейся на четыре точки Минервой. Глядя на противника, декан львят хищно оскалилась и сжала кулак. Стальной капкан из трансфигурированных лавок хлопнул челюстями. Хлюпнув кровью, волшебник повис безжизненной тушкой, зажатый между железных зубцов. Горсть пуговиц, обронённых в полёте, покатилась под ноги Молли Уизли, верещащим волчком отбивающейся от ДМПешников. Подкатываясь к рыжеволосой фурии, пуговицы превращались в скарабеев, жадно набрасывающихся на живую плоть. Взвизгнув на зависть самым отпетым банши, матриарх рыжего семейства отвлеклась на новую угрозу, закономерно пропустив несколько оглушалок, отправивших её в страну грёз. Перестав терзать женщину и повинуясь воле заклинательницы в шотландских одеждах, жуки превратились в прочные оковы, спеленавшие бесчувственное тело по рукам и ногам. Больше никого убивать Минерва не стала, так как на трибунах всё закончилось самым фееричным образом.

Протянув руки вверх, очнувшийся после оглушалки, Дамблдор призвал Фоукса. Возникший во вспышке пламени феникс протянул вниз длинный хвост и заорал дурниной, оказавшись в пасти дракона, в которого мгновенно перевоплотилась беловолосая красавица с французского сектора, до этого успешно державшая щит вместе с четой Делакуров и студентками Шармбатона. Студеный выдох Сибирского Инея заморозил птицу до состояния леденца. Мощная лапа вбила Снейпа в трибуну, попутно переломав зельевару несколько костей, на возврате ударив по голове опешившего Дамблдора. Закатив глаза, старик рухнул, как подкошенный.

С окраины Запретного леса, примыкающего к озеру, послышался многоголосый волчий вой, захлебнувшийся треском пулемётного огня. Серебряные пули рвали плоть скрытно подтянутых к Хогвартсу оборотней. Зачем они понадобились Дамблдору неизвестно, только группам зачистки, состоявшим из сквибов и волшебников-слабосилок было не до вопросов, они принялись за методичное сокращение поголовья тварей, расстреливая их из пулемётов, забрасывая гранатами и добивая из автоматов.

Волшебников, дружно отвлёкшихся на пулемётную стрекотню, вернул к действительности полурык-полуокрик беловолосой девушки, вновь сменившей облик на человеческий:

— Дамблдор! Держите ублюдка!

Лорд Гринграсс одним из первых обернулся на голос Гермионы, третий раз за вечер сменившей облик и пытавшейся хвостом дотянуться до проворно откатившегося в сторону симулянта.

Удар драконьей лапы вовсе не выбил дух из старика. Всему виной был «камень души», зажатый в кулаке давшего маху волшебника, который абсолютно не ожидал нос к носу столкнуться с громадным хищником, возникшим вместо очаровательной девушки. Тем хуже для неё и всех остальных предателей. Камень, под завязку напитанный энергией человеческих душ, даровал владельцу практически безграничную мощь, а ведь он не один. В зачарованной шкатулке во внутреннем кармане мантии покоилась ещё полудюжина бесценных хранилищ силы. Несколько камешков Альбус разбросал на окраине Хогсмида и если его вынудят они тоже послужат делу света. Черная магия, какая ирония, послужит свету. Черномагический ритуал… и что? Кто этих поганых магглов считает? Грязные животные, Альбус и Геллерт хорошо прошлись по вонючим червям в тридцатые и сороковые годы, почистив от них Европу. Мало, стоило уничтожить их всех. За отца, за Ариану. Альбус до сих пор с блаженством вспоминал визги и хрипы мерзких отродий, виновных в заключении отца в тюрьму. Да, он не любил папашу-сумасброда, магглов он не любил ещё больше. И что с того, что виновники тогда не соображали, что делали и что отец убил некоторых из них, они ведь потом выросли. Повзрослевший Альбус Дамблдор наведался к каждому и воздал сторицей, никого не обделил…

Все, все предатели! Он вёл их к благу, но они ведь стадо баранов, желающее лишь жрать и ничего более, Волдеморты и Гриндевальды нужны, чтобы овцы не забывали, что защитить их может лишь пастух и его верные псы-овчарки. Что ж, они сами выбрали, теперь пастух покажет этим безмозглым животным, опустившимся магглам с палочками, что бояться нужно совсем не волков!

Удачно изобразив потерю сознания, Дамблдор невербально бросил чары отвлечения внимания, откатившись из-под ног на свободное пространство, но проклятую тварь, заморозившую Фоукса, заморочить оказалось не так просто, как прочих. Крик девчонки послужил сигналом остальным противникам, прошляпившим уловку бывшего директора. Больше ничем она им помочь не могла, так как феникс, получив интенсивную подпитку через канал фамильяра, попытался освободиться из ледяного плена. Обратившись в дракона, девка принялась намораживать лёд. Берег озера заволокло непроглядным паром, из которого то и дело проступали то хост, то шея, то крылья дракона. Фоукс рвался на свободу, взывая к партнёру по ментальному каналу с криками о помощи. Выбрав момент, старик крутнул рукой. Черный хлыст, вылетевший из кончика палочки Дамблдора, с треском врубился в щит, мгновенно наколдованный Георгом Гринграссом над исходящей паром парочкой магических созданий.

Надменно усмехнувшись, Дамблдор играючи отбил атаку бывшей ученицы, бросившейся на него со стороны трибун. Рисуясь на публику, низвергнутый директор возвел гранитную стену между собой и волшебниками, окружившими дракону. Глупцы, они не поняли, что их силы элементарно разделили. Теперь он их перебьёт поодиночке. За пять секунд преграду не развалить, зато при должном навыке можно послать несколько веерных авад и с полсотни бомбард.

Повинуясь взмаху узловатой волшебной палочки, казалось, вспыхнул сам воздух. Сталь, ранее наколдованная Минервой, расплавилась и потекла. Горящие люди, чья магия оказалась бессильна перед волшбой взбешённого Дамблдора, проваливались под трибуны, где с воем катались по земле, пытаясь сбить пламя. Ничтожества! Притопнув, Альбус послал волну испепеляющего жара вниз. Около десятка волшебников превратились в прах. Жалкие потуги Минервы захватить преданного ею наставника с помощью боевой трансфигурации закончилась пшиком. Ленивый взмах рукой в сторону сбившихся в кучу грифиндорцев и воющая от отката Минни упала на раскалённый металл. Тьфу, палёная кошка! Всего лишь один труп, а какой эффект! Просто загляденье! Ощетинившиеся палочками студиозусы в шоке отпрянули от второкурсника, насквозь пробитого стальным колом. Замечательно, никакого прямого воздействия, чары ведь не направленны против детишек. Ха-ха-ха, что может быть страшного в стальных кольях? Эх, Минни, ничему жизнь тебя не учит.