Александр Сапегин – Жизнь на лезвии бритвы. Часть I (страница 63)

— Ах ты грязнокровка! — раненым гиппогрифом взревел он и слетел с кресла, получив в лицо тяжёлым пуфом. — Ты…

Второй пуф, повинуясь лёгкому жесту ухоженной девичьей ладошки, в которой отсутствовала волшебная палочка, уложил блондина на пол. Невидимая рука подхватила верещащего блондина за горло и бросила в опустевшее кресло. Дафна, которая давно бросила рукоделие, отметила, что желающих вмешаться в конфликт нет. Малфой сам его спровоцировал, ему же с всеобщего молчаливого согласия оставили инициативу погашения неприятной ситуации. Имидж себе он уже изрядно «погасил», зато «нищая невеста» активно набирала очки. И тем, что умела зарабатывать, показывая себя с привлекательной стороны, как будущая Хозяйка Ключей (жена — иносказательно), и тем, что умеет постоять за себя.

— Поговорим о грязнокровках, мистер Малфой, — ледяным тоном сказала Гермиона, Дафна содрогнулась от прозвучавшего в тихом голосе звона хладного железа. Над девушкой опять сгустилась видимая в магическом спектре тьма. — Позвольте напомнить вам классическое определение «грязнокровок», которым пользовались со времён Мерлина и на которое опирался Салазар Слизерин и другие Основатели. «Грязнокровкой», к вашему сведению, является маг, несущий в себе проклятья, передающиеся потомкам по наследству. Также грязнокровным можно назвать мага, родившегося в результате близкородственных браков. Слишком близкородственные связи, помимо пропажи Родовых Даров и рождения сквибов, несут в себе проклятия, влияющие на детей. В таких семьях велика вероятность рождениядаунов, дебилов и олигофренов, брака с такими магами следует избегать всеми возможными способами. Вспомните Габсбургов, и к чему привели их свадьбы среди кузенов и кузин и племянниц с дядьями. Инцест никого до добра не доводил. У меня возникает закономерный вопрос о чистоте вашей крови, Наследник Малфой: четыре поколения в Роду Малфой рождается по одному ребёнку и всегда это мальчики, что это и как вас после этого называть? Для тех, кто не в курсе или вдруг позабыл, таких, как я принято называть «Новой кровью». Опережая вопросы относительно моих шашней с Гарольдом Эвансом, изгнанным из Рода Поттер, обращаю внимание и делаю акцент на изгнании…, не поняли? Наследные проклятья Поттеров остались в Роду. Кровь Гарольда чиста, как слеза младенца. Как маг он очень силён, видать в линии Эвансов хорошая наследственность, да и зарабатывает он столько, что я боюсь озвучивать эти суммы. Скажу лишь, что гоблины радостно потирают ладошки. А теперь, мистер Малфой, ответьте мне, какой жених предпочтительней: Наследник Рода, несущий в себе проклятие или сильный безродный маг с великолепными перспективами и зарабатывающий столько, сколько вам и не снилось?

Закончив втаптывать блондина в навоз, Гермиона, извинившись за вспышку гнева и непристойное поведение, ушла в спальню. Больше тысячи галеонов в этот вечер поменяло хозяев. Конфликт, как и причины, породившие его, не вышли за стены факультета, оставшись «внутрисемейным» делом, а Дафна на следующий день спросила у Гермионы, можно ли ей присоединиться к её тренировкам.

Уроки на следующий день у нас отменили. Интересно, С ЧЕГО бы это? Вай-вай, неужели попечительский совет и министерство смутили нехорошие бумажки? Девяносто девять процентов школьников терялись в догадках, гадая, в честь чего им выпал незапланированный выходной и чем он аукнется впоследствии. Сам виновник вселенского переполоха в моём лице помалкивал аки рыба об лёд. Рано ещё голос подавать. Этот старый пенёк, если кто не понял, я имею ввиду Дамби, за красиво живёшь так просто не выкорчевать. Дедок основательно врос корнями во все властные структуры. Однако, меня питают надежды, как-никак они вьюношам особенно полезны. Кроме эфемерной поддержки ваш покорный слуга рассчитывает на Леди Блек. Заранее предупреждённая союзница и крёстная в одном лице, хотя тут я загнул, «Клуб престарелых клуш», как выражается сама Вальпурга, сегодня вдоволь напьётся тухлой крови из толстого полосатого шмеля. Если не выгорит с кровью, то нервы ему потрепят точно и вытрут грязные ноги о подмоченную репутацию. С паршивой овцы хоть шерсти клок. Ждём-с новостей.

Преподавателей за учительским столом тоже был некомплект: Флитвик, Аврора и спустившаяся с хересных чертогов Трелони. Остальных как корова языком слизнула. Кто-то, зажав попу в горсть, помчался в министерство, кто-то, забив на учебный процесс большой и толстый болт, занялся своими делами. Профессор Мелинда Олдгрейтс, преподающая руны, и Помона Спраут с утра упылили в Лондон, а оттуда международным порталом рванули во Францию. Декан барсуков давно облизывалась на какие-то травки, произраставшие в магических питомниках на границе с Испанией. Вот, раз выпал случай, две подруги отправились за вожделенным «гербарием». Одна по делу, вторая за компанию. Дамболдор, Снейп и МакГи обивали пороги в министерстве, а куда подевались остальные, я не знал и, честно говоря, не пытался узнать. Свобода, друзья мои! Целый день без мохнатых полосатых насекомых с их приторной назойливостью и без писков подземной летучей мыши. О-ла-ла!

Позавтракав и спровадив подопечных, весьма удивлённых подобным оборотом, я организовал засаду у дверей в Главный зал. Вскоре в расставленные виртуальные силки угодили мисс Грейнджер и мисс Гринграсс.

— Леди, — куртуазно облобызав воздух над запястьями слизеринок, я отвел их в сторонку. Хоть мы и виделись сегодня (с каждой дамы жестокий тренер выжал по ведру пота на тренировке), прилюдное выражение расположения и следование этикету не помешают. — Позвольте засвидетельствовать своё почтение.

— Позволяем! — надменно ответила Дафна, в глазах которой плясали хитринки.

— О, мисс Гринграсс, светоч очей моих, вы как луна, затмевающая звёзды…

— Гарольд, — еле сдерживая просящуюся наружу улыбку, сказала Гермиона, — а можно сократить вступительную часть. Вот настолько, — она свела большой и указательный пальцы вместе.

— Слушаюсь и повинуюсь, моя Госпожа. Дело есть.

— Судя по вашему виду, мистер Эванс, оно не терпит отлагательств.

— Верно подмечено! И, прошу прощения, мисс Гринграсс, вы позволите украсть вашу компаньонку? — обратился я к Дафне.

— Позволяю. С одним условием, чтобы вернули обратно в целостности и сохранности до последнего волоска. Лично пересчитаю.

— Волосы или ребра?

— И то, и другое. В зависимости от сохранности вверенного вам объекта.

— Обязуюсь беречь и лелеять пуще собственного ока, — подхватывая невесту под руку, сказал я.

— Вот этого я и опасаюсь, — буркнула Дафна, после чего махнула нам рукой и направилась в подземелья.

— Куда мы идём? — ошалев от моего напора, Гермиона обрела голос только на шестом этаже.

Поднимались мы по скрытому ходу, главным достоинством которого являлось отсутствие портретов. Была вероятность наткнуться на блуждающее приведение, но из-за одной особенности призраков я надеялся, что этого не произойдёт. Давно подмечено, что эти нематериальные сущности теряют активность по утрам, впадая в некую спячку. Не все, конечно. Самые сильные, типа Кровавого Барона и Серой Леди, плевать с высокой колокольни на сон хотели, но эти двое давно доказали, что они свои в доску и директор им не указ. Ещё стоит учитывать тот факт, что про ход мне рассказал именно Барон, и что он стоит на шухере у картины Варнавы Вздрюченного… Да-да, вы не ошиблись, пока надзорное око отвлечено на другие, более важные дела, а гриффиндорские шестёрки снедают нехитрый завтрак, самое время навестить выручай комнату. Я обещал Герми подарок ко Дню рождения: мужик сказал, мужик сделал! Есть у меня на примете одна старинная диадема…

— Ещё на этаж поднимемся и всё.

— И что там?

— Там объясню.

— Понятно.

Вот что значит школа Леди Блек! Ещё год назад с меня бы потребовали немедленного ответа и засыпали вопросами, как бабки на лавке у подъезда землю подсолнечной шелухой. Крёстная великолепно поработала над Гермионой, выбив из неё слепое почитание взрослых и веру в печатное слово, привив другие полезные качества и черты характера. Вальпурга прекрасно понимала, что девочке суждено, рано или поздно, влиться в общество магической аристократии, поэтому лепила из неё чистопородную слизеринку. Для чужих натуральную стерву, знающую себе цену. Милую и заботливую для своих. Змейка из моей наречённой получалась на загляденье: умная и хитрая, умеющая постоять за себя словом и делом, она могла: где надо сказать и нанести молниеносный укол, а где не надо отступала и никак себя не проявляла, изображая серую мышку под веником. Наставница научила Гермиону тщательно скрывать свои слабые места, при этом находить и давить на них у других. Да ещё я и старшая дочь сенсея Кояма над девочкой поработали…, приложили, так сказать, свои ручки.

— Пришли, — приотворив дверь, я просигналил Барону.

— Чисто, — звякнув окровавленными цепями, сказал призрак.

Достав из безразмерной сумки старое покрывало, я закрылся им от балетмейстера и танцующих троллей в пачках.

— Это безобразие! — заорал Варнава, когда плотная ткань накрыла холст. — Я буду жаловаться!

— Тс, — приложив палец к губам, я три раза прошёлся туда-сюда перед занавешенной картиной.

— О! — тихонько пискнула Гермиона, глядя на крепкую дубовую дверь, появившуюся на стене.