Александр Сапегин – Столкновение (страница 50)

— Я вас спрашиваю, что это было? — белугой проревел колдун, вперив взгляд в земную молодежь.

— Риктусемпра, — промямлила Валя, шаркнув для вежливости ножкой.

— К-к-какая риктусемпра? — опешил ректор, бросив на магов недоуменный взгляд.

— Риктусемпра — от врагов, — пояснил Березин.

— О боги! За что? — повторил магистр сакраментальную фразу. — С вами никаких врагов не надо. Все, с меня хватит, пусть с вами разбирается куратор. Вы слышите меня? НИКАКИХ ЭКСПЕРИМЕНТОВ! НИКАКИХ РЕКТУСЕМПР! Вам понятно? Понятно, я вас спрашиваю? — резко развернувшись, рявкнул ректор в лицо Белову.

— Понятно, — ответил он за всю гоп-компанию, продолжая индифферентно разглядывать груды щебня на школьном полигоне.

— Если понятно, то больше без наставника чтобы я вас на полигоне не видел! Зарубите себе на носу, что нельзя экспериментировать с нестабильными рунными схемами. Если вы не способны запомнить прописные истины и плюете на меры безопасности, то вам не место в школе. Я отказываюсь держать под боком нестабильное взрывное проклятие.

— Прошу прощения, мы все поняли. Больше не повторится, — влез Сергей в патетический монолог.

— Верится с трудом. — Ректор еще раз суровым взглядом прошелся по тройке нарушителей, обреченно махнул рукой и отправился в сторону портальной площадки. За первым лицом школы потянулась остальная свита, за все время разноса не проронившая ни одного слова, но поддерживающая начальство морально. Белов, пожав плечами, тяжело опустился на нагретый солнышком валун, сил стоять на ногах у него не осталось. И как перед ректором не грохнулся? Вот это был бы номер…

— Короче. — Сплюнув серую от пыли и песка слюну, Вадим кинул на Сергея и Валю такой взгляд, что тем моментально захотелось испариться, закопаться в землю, исчезнуть, лишь бы оказаться как можно дальше от разъяренного товарища. — Серый, ты мне должен, как земля колхозу. Без бутылки в кампусе лучше не появляйся, понял?

— Да ладно тебе, ничего страшного ведь не случилось. Все пучком, чики-пуки!

— Помолчи, пожалуйста, я еще не закончил, экспериментатор хренов. Ищите себе другую обезьянку для опытов. Я умываю руки. — Вадим грязно выругался, друзья удивленно переглянулись, они ни разу не слышали от него мата. Матерящийся Белов — это нонсенс! До сегодняшнего дня они и представить себе не могли, что этот упертый на учебу тихоня знает такие слова.

— Березин, тебе сколько лет? — бушевал Вадим. — Скоро четвертак стукнет. Другие в твоем возрасте пятерых по полкам нянчат, а у тебя до сих пор детство в заднем проходе играет. И я с вами туда же. Ты хоть понял, что мы были на волосок от того, чтобы отбросить копыта?

— Да ладно, — легкомысленно отмахнулся Сергей. Он не стал поправлять коллегу по ремеслу, тем паче тот ненамного-то и ошибся. Четвертак Березину исполнился три месяца назад.

— Какое «ладно»? — Белов вскочил на ноги и буром попер на старшего товарища, глаза парня превратились в бездонные колодцы. Березин попятился и закрылся силовым щитом. Валя отступила на пару шагов, радуясь, что разозленный коллега — настоящий джентльмен и руку на девушку не поднимет, а вот Сергея ей было жалко. Того и гляди, конструктор заклинаний и рунных схем огребет горячих. Причем Вадим, потирающий в предвкушении кулаки, будет в своем праве. — Если бы я не догадался убрать из рунной схемы циклическую подпитку, то нас бы размолотило вместе с восточной стеной! Береза, ты котелком своим хоть иногда думай! Кстати, моли Бога, что за нас нехилые денежки плачены, иначе бы мы уже летели отсюда и посвистывали. Ректор бы нам быстро придал ускорение… Что молчишь? Я из своей зарплаты не собираюсь рассчитываться за твои грехи.

— Сознаю свою вину, меру, степень, глубину… — Сергей попробовал перевести ситуацию на шутливые рельсы.

— Сознает он, — буркнул Вадим, неожиданно успокоившись. Пнув ногой серый комок засохшей грязи, он примостился на прежнее место. — Придурок ты, Серый.

Березин плюхнулся рядом. Поерзал тощим задом по нагретому камню и, оскалившись, выпалил:

— Классно получилось!

— Классно, — согласился Вадим, — только маны твоя лабуда жрет — море… Я весь резерв потратил на запитку.

— Валя, — улыбнувшись и радуясь, что гроза миновала, Березин подозвал девушку, — планшетник дай.

— Сейчас, — ответила та, — держи.

— Белый, глянь. — Сергей вывел на экран компьютера сложную трехмерную рунную схему. Разноцветные линии сопряжений и узловые силовые точки, окрашенные в разные цвета, издали складывались в некое подобие новогодней елочки, увешанной шарами. — Что посоветуешь?

— Э-э-э, — вглядываясь в модель, пробормотал «советчик», — убери циклическую накачку. Энергетический каркас надо проще сделать, а то я, пока накачал его энергией, чуть не сдох от истощения. Поработайте с Валюхой над общей конструкцией. Надо что-нибудь примитивнее — для лучшего запоминания и применения. Пока состряпаешь такую, тебя уже элементарно свинцом нашпигуют.

— Согласен. Убойно, но тяжеловато в применении. Да, Валюха, тут мы переборщили, — пробубнил конструктор, водя пальцем по экрану и заставляя вращаться силовую проекцию магического плетения. — Жалко такую красоту портить.

Сзади блеснуло, и раздался тихий хлопок сработавшего портала. Продавив серебристую субстанцию, на площадку вышел подполковник Тихомиров — куратор второй группы, в которую входили земные маги в возрасте от восемнадцати до двадцати пяти лет включительно. Подполковник, невысокий полный мужчина с круглым добродушным лицом, внешне напоминал колобка, но, случись народному герою в его лице встретиться с лисой, не факт, что Патрикеевна съела бы бабкину круглую запеканку. Скорее всего, с вероятностью в сто процентов, рыжую бы саму пустили на шашлыки. За внешностью милого добряка скрывался зубастый монстр, умело маскирующийся под белого и пушистого котенка.

— Ну, братцы-кролики, чего вы опять натворили?

— День добрый, Валерий Степанович! — поздоровалась Валя, парни молча кивнули в знак приветствия. Тихомиров жестом успел показать, чтобы они не вскакивали.

— Ага, и вам не хворать. Колитесь: из-за чего наш добрый ректор вырвал себе последние волосы?

— Как сказать… — начал Сергей, как самый старший в компании.

— Словами, Березин. Желательно русским языком… а где, кстати, стена, которую гномы построили для полосы препятствий, а?

— Понимаете, товарищ подполковник… — оглянувшись на кучу щебня, некогда именовавшуюся стеной, сказал Сергей. На этом его красноречие исчерпало себя.

— Ага, понимаю. Березин, только не говорите мне, что эта груда щебня — ваших рук дело.

— Хорошо, не буду.

— Так-так; насколько я понял из объяснений ректора Валетта, стена была магически зачарована от разрушений. Белов, вы ничего не хотите добавить к словам Березина?

— Вы правильно заметили, Валерий Степанович, ключевое слово тут — «была», но против разработки этих двух уникумов, — Вадим некультурно ткнул пальцем в сторону Вали и Сергея, — зачарованная стена оказалась хлипковата.

— Вижу, не слепой. Ладно, проехали. Орать, как ректор, я на вас не буду, но последний раз предупреждаю: еще один залет — и пакуйте вещички. Не хотел повторяться, но придется. Когда вы, наконец, запомните, что все сомнительные эксперименты вы должны согласовывать с куратором группы и наставником?

— Валерий Степанович, мы же не специально… — состроила плаксиво-виноватую рожицу Валя.

— Не специально американцы Хиросиму разбомбили, а вы меня в гроб вгоните раньше времени, и тоже не специально. Ладно, с ректором я договорюсь о предоставлении вам другой площадки. В горах и подальше от людей. Схему и заклинание — пронумеровать и зарегистрировать в реестре. В горах отработаете плетение досконально, в журнале должно быть детальное описание и ваши предложения по применению. Свободны.

— Есть!

Чтобы не нервировать Колобка, студиозусы второй особой группы Ортенской школы магии быстренько ретировались с полигона. В глубине души каждый из них знал, что нагоняя от куратора не будет. Распекал их подполковник для галочки. Командование, наоборот, поощряло инициативу и приветствовало разработку новых магических плетений. Единственным требованием куратора и руководства школы было обеспечение мер безопасности. Как раз с последним у земных конструкторов обстояло не ахти. Несмотря на все достижения вычислительной техники вроде последних моделей планшетных компьютеров, собранных на базе оптических чипов, спертых с Игрума, не всегда удавалось рассчитать мощность активированного плетения и его действие. Последнее иногда расходилось с расчетными моделями, а мощность целиком и полностью зависела от силы и мастерства мага.

Ректор Валетт тоже поорал бы да успокоился, если бы стеночка осталась целой. Сооружение возводилось бригадой гномов и должно было стать одним из элементов полосы препятствий для натаскивания магов-боевиков. Кто знал, что магически усиленная стена падет от натиска землян, не догадывающихся о ее магических свойствах. Еще раз нашли свое подтверждение древние истины «заставь дурака Богу молиться — он и лоб расшибет» и «против лома нет приема». Ректору, магам Тантры и драконам было грех жаловаться. За полгода обучения земные маги, специализировавшиеся на рунной магии, досконально изучили вопрос составления плетений, а наличие у них мощных вычислительных центров позволило поднять на новый уровень науку составления магических конструкций. Молодые энтузиасты оказались охочими до экспериментов. В группе Вадима очутились пять человек, общавшихся с компьютером на «ты», причем двое из них были доками в программировании. Одним из «док» была Валентина Остапенко — миловидная, пышногрудая русоволосая особа восемнадцати лет от роду. Все бы ничего, не фанатей Валечка от Джоан Роулинг и сказочек о Гарри Поттере. Не сказать, что у девушки капитально срывало крышу, но все ее разработки были с дифферентом в сторону поттеровщины. Разработанным рунным схемам присваивались названия из книг о приключениях шрамоголового гриффиндорца. «Силенцио» — звуковой полог, отсекавший звук непосредственно вокруг того, против кого применялось плетение. «Протего» — активный щит, поглощавший магические атаки. Были еще десяток заклинаний из программы Хогвартской школы чародейства и волшебства, нашедших применение на просторах Иланты. Валечке, в меру сил и способностей, помогал второй гений магии и программирования. Причиной «вспоможения» был глаз, тут Вадим не разбирался — левый или правый, или оба вместе, без разницы, но этот глаз, или глаза́, Сергей Березин положил на юную магичку и больше не убирал. Березин быстро показал всем, что Валя находится под его защитой и покровительством. Первое время порывы парня помочь ей в разработках девушка принимала за чистую монету, но потом разобралась в истинных побудительных мотивах помощника. Долго ли, коротко ли, но во вторую увольнительную на Землю они отправились уже вместе: Валя повезла ухажера знакомиться с родителями.