Александр Сафонов – Целитель (страница 54)

— Как он умудрился такую дозу схватить?

— С друзьями поехали смотреть пожар на великах, оцепление еще не выставили. Ветер как раз в их сторону был. Домой не доехали — попадали. Месяц лечили, один умер почти сразу, второй неделю назад. А Сашка вот держится пока. Сказали, у вас каким-то новым способом лечат, есть шанс — По лицу видно нелегко ему этот месяц дался.

— Сто процентов гарантировать не могу, но шансы очень высокие.

Максудова в отделении не видно, может отправили в дополнительный отпуск. Меня это мало интересует. Закатываем новичка в ту же палату и за работу. Сегодня ночевать придется тут, пока не буду уверен в безопасности жизни — не уйду.

В который раз убеждаюсь — чем моложе пациент, тем быстрее восстанавливается. К вечеру Сашка уже пытается встать. Стоило отлучиться в туалет, возвращаюсь — сидит в постели.

— Так тезка, быстро принял горизонтальное положение. Потерпи до завтра — подумав, просто отключаю его, усыпив. Так надежнее. До ужина поработал с ним, почти все главные органы опасения не вызывали, могу чуть отдохнуть. В коридоре сидит отец Сашки.

— Вам есть, где остановится?

— Да, у родственников. Как он? Мне сказали это ты тут волшебник, мертвых поднимаешь. Спаси его — всё, что хочешь, для тебя сделаю.

— Вот что для меня сделайте — не появляйтесь здесь пока. Завтра к вечеру навестите его, думаю, будет ходить сам уже.

Только выпроводил его, подходят Павел с девушкой. Девушка моложе, похожа на него, видимо сестра.

— Александр Иванович, можно на минутку?

— Паша, я так плохо выгляжу, что сестренка твоя в старики записала?

— Ой извините…, извини, мы поблагодарить хотели за Пашу, если бы не ты…

— Ладно, благодарите, но не вздумайте деньги совать — краснеют, мнутся, явно не знают, как это делается. Девушка прячет руку за спину. Сразу заметил конверт в руке.

— Саша, я понимаю, деньгами это не оценишь, если сын будет у меня, твоим именем назову. Я оставлю адрес — будешь в Донецке обязательно заезжай. Деньги не возьмешь, может, что другое… ну я не знаю, ящик коньяка или шампанского сейчас притащу. — Паша даже вспотел.

— Лучше ограничимся сыном. Дочку кстати тоже можно Александрой назвать. А спиртное я не употребляю. Возьми лучше конфет, вечером чай вместе попьем.

Добрался, наконец, к телефону.

— Настюша, как экзамен, сдала?

— Да, отлично! А ты что, не приедешь? Я ужин готовлю…

— Извини зайка, мальчика привезли с Киева, плохой очень. Завтра буду.

— Если мальчик ладно, а то вдруг девочки… видела я какие там медсестры..

— Я тоже видел, как твои однокурсники недовольно на меня смотрели. Неспроста. Всё, спокойной ночи.

А что медсестры, совсем не в моем вкусе. Сегодня Ира дежурит ночью, неплохая девчонка, собирается поступать в этом году в медицинский. У неё парень есть, по крайней мере, говорит так. Иду ужинать в дежурку, она как раз накрывает стол. Только сели, стучат. Пашка, притащил торт, цветы, килограмма три конфет.

— Ну ты Паш, даешь! Ладно, цветы бабам, извиняюсь, девушкам, а торт садись с нами тогда есть, сами не справимся.

Не справились и втроем, поставили в холодильник — утром врачи разберутся. Иду опять к Сашке, нравится мне с ним работать — так легко всё получается. К полуночи я за него уже спокоен, жить будет. Завтра поработаю еще с ним и достаточно. Можно даже с другими чередовать. Спать могу не волнуясь.

Утром появился Максудов. Думал, будет меня игнорировать, нет — подходит, тянет руку. Ну, ну.

— Извини, вчера у нас непонятка была. Мне толком не объяснили, что и как. Думал, вундеркинда какого-то прислали, с новыми методами лечения.

— Ладно, проехали. — Лишь бы не надоедал, не нужны мне его извинения.

— Я могу присутствовать, когда ты… ну делаешь это, как назвать..?

— Да, я всё равно ничего вокруг не замечаю когда работаю. Только не отвлекайте вопросами.

Если он и задавал вопросы, я их не слышал. Если сконцентрирован на больном — реагирую только на прикосновения. Поработал с Сашкой пару часов, разрешил ему вставать потихоньку и занялся с другими. К обеду пришел главный.

— А где киевский ребенок?

— В туалет ушел.

— Как ушел?! Он же при смерти был?

— Вчера да.

— Нет, я тебя точно не отпущу. Сколько тебе служить еще?

— Год. Чуть меньше.

— А потом? Учиться дальше пойдешь?

— Да, собираюсь.

— Какой идиот тебя в армию отправил? Я в министерстве поставлю вопрос. Нужно ускорено тебе учебу заканчивать и в любой больнице с руками оторвут. Ты десяток врачей сам заменить в состоянии.

— Так получилось. Думаю, теперь только в министерстве обороны могут досрочно разрешить уволить.

— Надо будет — и до Горбачева дойдем. Максудов не достает?

— Нет, я на него внимания не обращаю.

Вечером могу с чистой совестью идти домой. В коридоре опять сталкиваюсь с Сашкиным отцом. Тот жмет руки, сбивчиво благодарит, пытается деньги дать.

— Вы кем работаете? — прерываю его.

— Водителем.

— Еще дети есть?

— Да, дочке восемь лет.

— У вас что, деньги лишние? Мне нужны будут — поеду в Киев водителем работать. Ира! Почему посторонние в отделении?

У входа в метро вижу Раду. С ней цыганенок лет десяти. Подхожу, здороваюсь. На русском, помню её совет.

— А привет лачико ром! — улыбается она. — Как девушка, согласилась замуж?

— Согласилась. Как у тебя дела, многих успела околдовать?

— Я не колдую, колдовство грех! Правду людям говорю, ту которую они хотят слышать. Как еще бедной цыганке на жизнь заработать?

— Ты ведь не в таборе живешь? Это мама с тобой была?

— Сестра мамы. В квартире конечно живем. Детей много, я старшая, надо помогать семье. Нас десять человек в трех комнатах. А работать, куда меня возьмут? Полы мыть? Ты видел цыганку уборщицу когда-нибудь? — разгорячилась она, я как-бы и не сказал ничего такого.

— Что ты завелась, я разве обвиняю в чем?

— Да только что тут на меня кричали — воровка, бездельница. А я еще даже за место заплатить не заработала — глаза блестят, того и жди, заплачет. Совсем девчонка еще.

— Рада успокойся, это издержки профессии. Пойдем, я вас мороженным угощу? — ну не могу просто так сейчас уйти. Она заколебалась, посмотрела в сторону, возможно, кто присматривает за ними. Цыганенок дернул её за рукав с просящим взглядом.

— Ладно, пошли.

— Меня Саша зовут кстати. А это брат твой?

— Племянник, Данила зовут.

Зашли в кафе рядом, взял им и себе по вазочке пломбира с сиропом. Рада уже успокоилась и от моих расспросов о ней стала уклоняться, ловко переводя их на другое. Украдкой осматриваю её. Странно одевается — три юбки одна на одной и рейтузы какие-то. Кофты тоже две. Без лифчика. Хотя он ей и не нужен, грудь любому видно как торчит. И девочка еще. Косметики ноль, а лицо как нарисованное, яркое.

— Вот, теперь и тебе должна буду — вздыхает она.

— Ну не знаю, можешь погадать за это — предлагаю вариант.

Смотрит на меня странным взглядом, берет за руку, рассматривает ладонь, ничего не говоря отпускает.