Александр Сафонов – Целитель (страница 24)

— Хорошо, пусть попробует. Но если что не так, ответите оба.

Заводят в другую, меньшую комнату. На широкой кровати лежит мужчина с забинтованной грудью, бинты пропитаны кровью, похоже он без сознания. Останавливаюсь в метре от него, посмотрю, если дело плохо, скажу, что ничего не могу. Если начну лечить и он умрет меня отсюда могут и не выпустить. Вижу внутри две пули, одна разбила ребро и застряла рядом с позвоночником. С второй хуже пищевод практически перебит, содержимое желудка выливается в полость, желудочный сок, кровь. Без операции протянет недолго.

— Нужен хирург и операция — оборачиваюсь к Арсену — иначе несколько часов протянет не больше.

— Это мы и без тебя знаем — раздраженно отвечает тот — Наш врач сидит в аэропорту, рейсы не выпускают — метель. Надо чтобы Резо дотянул, пока тот доберется.

Я еще раз посмотрел на раненого. Остановить кровь, поддерживать давление это я могу, но сколько времени это придется делать, хватит ли сил? Блин, во что я ввязываюсь!

— Несколько часов я могу его удерживать. А в больницу не вариант? Тюрьма лучше, чем могила все-таки.

— Не вариант, ему вышка светит. Синоптики обещают погода наладится, утром в худшем случае должен вылететь. Сделай братишка, в долгу не останемся.

Вздохнув сажусь у кровати.

— Кофе, покрепче мне каждый час, сахара три ложечки. И не отвлекать.

Сначала время летело незаметно, пока купировал многочисленные кровотечения, давление хоть и было низкое, крови много ушло, но стабильное. К полуночи оставалось лишь следить за состоянием и поддерживать. Сил ушло немало, дальше было легче, но слабость и клонило в сон. Кофе мало помогало. Хорошо можно было уже отойти на время, вышел во двор, растер лицо снегом, постоял на морозе. Немного взбодрило, когда стал замерзать зашел назад.

— Ну что скажешь? — Арсен тоже не спит, остался он и еще два человека.

— Пока будет жить. До приезда врача я его дотяну. Но чем позже он приедет, тем меньше шансов будет успешности операции.

— Парни поехали звонить, узнавать, скоро вернутся. И машину пригонят, надо будет в город везти, здесь оперировать не получится. Он в сознание не пришел?

— Я сам его усыпил, могу разбудить, но лучше не надо. Так организму легче справляться.

Часам к четырем утра стало совсем трудно бороться со сном, хотел было уж сказать Арсену чтобы через час меня разбудили, но проверив больного очередной раз, понял — сон отменяется. Температура пошла вверх, инфекция все- таки свое дело делает. Пришлось усиленно заняться чисткой крови. Через пару часов состояние чуть улучшилось, в это же время и пришла машина, уазик — таблетка. Резо аккуратно перенесли в машину, постелив предварительно матрац. Я сел рядом и медленно поехали в город.

— Врач уже в воздухе, через час будет на месте — обрадовал Арсен — держись братишка немного осталось.

Как мы доехали, помню уже неотчетливо, хватило еще сил назвать адрес, куда меня отвезти. Уснул в машине, потом долго не мог понять, что от меня хотят, когда подъехав к общежитию, пытались разбудить. Добравшись до кровати, упал не разувшись.

Глава 12

Разбудила меня Настя. Протираю глаза — свет включен. Ночь уже?

— Сколько время?

— Семь часов. Где ты пропадал? И что делал, что тебя разбудить невозможно?

— Потом расскажу, дай проснуться. Тебя домой надо проводить, темно уже.

— Куда домой? Семь утра! На занятия пора, ты вчера и так прогулял. Я после обеда пришла к тебе, до вечера пыталась разбудить, так и ушла.

Нормально, сутки проспал! Но силы восстановились, жрать охота. И еще чего-то охота, обнимаю Настю, увлекаю к себе на кровать. Вырывается.

— Маньяк! Всю ночь наверно с бабами где-то провел!

— Какие бабы, я человека спасал!

— Так я тебе и поверила! Спасатель блин!

— Не хочешь не верь. Есть хочу, надо в столовую заскочить успеть.

— Тогда на занятиях увидимся. А после ты мне все расскажешь! В деталях.

На последней паре в аудиторию заглянул отец Насти, Сергей Николаевич. Поздоровался с преподавателем.

— Юрий Иванович, я Настю заберу. — тот кивнул, Настя собрала вещи, на мой вопросительный взгляд пожала плечами — сама мол ничего не знаю. Назад не вернулась. Я зашел в библиотеку, потом в общежитии меня привлекли к уборке территории. Так с лопатой в руках она меня и застала.

— Оставь снег в покое, весной сам растает!

— Что-то случилось? Зачем отец забирал?

— Его в Москву вызвали. А мама в командировке. Инструктировал. Теперь вот я одна в большом доме, мне страшно. Не дашь пропасть бедной девушке?

— Хочешь пожить в общежитии?

— Упаси боже! Собирайся, едем ко мне.

— В смысле ночевать?

— Естественно! Что ж ты такой… недогадливый!

— А если мама вернется… или отец. На сколько он поехал?

— Отцу я сказала, он восторга не выразил, но и не возражал. А мама… а что, мы ничего предосудительного делать не будем.

Конечно, будем анатомию изучать, подумал я, но вслух ничего не стал говорить. Сказал коменданту, что меня срочно вызывают в профком, собрал нужные на завтра учебники и отправились к бедной девушке ночевать.

Как обычно, после большого расхода сил и восстановления, энергия из меня так и перла. А тут рядом девушка и полное отсутствие свидетелей! И пока занимались и пока вместе готовили ужин, все время отвлекались на поцелуи и обнимашки. Но не более, попытки проникнуть рукой в запретные места жестко пресекались. Ладно, еще не вечер.

Вечером по видику смотрели фильм. Настя сказала, папины друзья привезли из-за границы, у нас его не найти. Терминатор называется. Да, умеют американцы фильмы ставить. После фильма Настя поставила кассету с музыкой.

— Я в ванную, потом ты.

— А может вместе?

— Нет! Руки! Все, я пошла.

Вернулась минут через сорок. Что там мыть столько времени? В халатике… интересно под ним есть что-то еще из одежды?

— Иди, я воду открыла набирать. Я пока постелю тебе, там, где летом спал.

— Насть… а почему не с тобой? Я не буду приставать, честно.

— Зато я буду. Нельзя Сашенька, потерпи.

— Почему нельзя?

— Ну… мне еще восемнадцати нет. И вообще… я не готова еще.

— Можем просто вместе лежать. Не буду же я тебя насиловать, в самом деле.

— Иди, давай, там ванная, наверное, уже полная!

Я управился минут за пятнадцать, обмотался полотенцем, выхожу. Настя красит ногти. Ага, пока занята, надо воспользоваться! Подхожу сзади, обнимаю.

— Осторожно, еще лак не высох!

— Я осторожно — а сам губами щекочу ушко, а рука поползала за отворот халатика к груди.

— Саша! Прекрати! Блин, я не знаю, что с тобой сделаю!

— А я знаю, что с тобой сделаю!

— Ну всё, я разозлилась! — встает, вырывается. — Давай спать, я постелила уже тебе.

— Настя! Ну что ты мучаешь меня?

— Ничего я не мучаю, не сегодня. Всё, спокойной ночи!

Обиженный, разворачиваюсь, чтобы не увидела приподнявшееся полотенце и ухожу молча. Завтра пусть сама ночует, и вообще, в группе куча девчонок, только свистни!

Утром просыпаюсь как обычно, будильник мне не нужен, во сколько запланировал во столько и проснусь. Иду в ванную, слышу, Настя на кухне чем то гремит. Сделав свои дела захожу.

— Доброе утро. Как спал?