Александр Сафонов – Целитель 2 (страница 19)

До Кировограда минут тридцать. Отправляю Настю назад.

— Иди к детям. Видишь, как опасно ездить даже в поезде.

— Только никуда не лезь! — Настя нехотя уходит.

Полчаса прошло спокойно, доехали. Тут же из того вагона вывели всех пассажиров, в остальных закрыли и запретили выходить. Вокзал тоже пустой. Я успел выйти из вагона, метнувшемуся ко мне сержанту сказал, что я врач и участвую в операции.

— Вон туда! — указал он мне в сторону, там стояла скорая и несколько человек. Подхожу к ним.

— Что там? Ты с поезда? — немедленно забросали вопросами.

— Я сам толком не знаю — признаюсь.

Ожидание затянулось, прошло часа два. Вагон отцепили, остальные вагоны отогнали. Кольцо бойцов в камуфляже. Недалеко от нас группа, видимо руководство, обсуждают.

— Киев не даст команды, всё на нас свалил — горячится военный с погонами подполковника — Облажаемся, мы крайние будем!

— Давайте газ все-таки пустим — предлагает мужчина в штатском.

Вздохнув направляюсь к ним. Раз я притягиваю проблемы, мне и разбираться. Как ни странно, никто не остановил.

— Товарищи военные! — пять пар глаз уставились на меня — Я врач, психолог, могу быть полезным.

Некоторая заминка, смотрят на подполковника, очевидно, он старший. Тот чуть задумался.

— Вряд-ли. На контакт не идет. Требует самолет и миллион долларов.

— Сюда самолет?

— Машину к двери поезда, самолет готовый к взлету в аэропорту. Заложники — женщина и два ребенка. Иди психолог, ничем помочь не сможешь.

— Я владею гипнозом, мне только приблизиться к нему. У него оружие?

— А что, это вариант! — оживился штатский — Он требовал автомат, пусть отнесет ему калаш без патронов. Вдруг получится?

— А если нет? Завалит его в придачу к остальным, что нам сделают? — Не соглашается полковник.

— Без патронов нельзя, лучше холостые положить. Иначе он разозлится — советую я, как будто вопрос уже решен.

— У него пистолет, у милиционера в поезде забрал — отвечает на мой ранее заданный вопрос майор в камуфляже.

— Почувствует газ, поймет, что терять нечего, убьет заложников. То же самое при штурме. А так есть шанс — настаиваю я. А у самого коленки дрожат. Не герой я, просто судьба такая.

— Точно сможешь загипнотизировать? — сомневается подполковник. Недолго думая отключаю штатского, заставляю его попрыгать на одной ноге и рассказать стишок. Впечатлены, но и почему-то растеряны.

— Это полковник СБУ — поясняет майор.

— Лучше ему не рассказывать, он не запомнит — Да и хрен с ним что полковник. СБУ — видимо местное КГБ?

— Даже если не смогу, получив автомат — он пистолет уберет, автомат ведь лучше! И будет время его взять, пока он сообразит, что оружие не поможет. И машину тоже готовьте, возможно затянется — продолжаю убеждать.

— Ладно! — решается начальство — Сейчас попробуем поговорить, скажу, что удовлетворим его требования. Оружие принесут, а машина и самолет готовятся.

— Машина подъедет с деньгами — подсказывают ему.

— Только ты осторожно, чтобы он не понял, если не получится — Это уже мне.

— Всё получится! — Уверяю я, но сам в этом далеко не уверен. Человек в крайне возбужденном состоянии, загипнотизировать такого очень трудно. Да и не все поддаются гипнозу.

Переговоры прошли успешно, пришлось ждать, пока привезли холостые патроны. Надеюсь, он не специалист и не поймет разницу. Я, например, хоть и служил, холостые патроны не видел.

Привезли оружие спецназовцы. Офицер без знаков различия вручил АК-74 с магазином. Снимаю магазин, смотрю на патрон — на первый взгляд обычный, боевой. Штатский полковник тоже заглядывает.

— Это точно холостой? — с сомнением спрашивает он.

— Холостые с белой пластиковой пулей, их сразу видно — объясняет офицер — Это боевые, но без пороха. Выстрел невозможен.

И тут же демонстрирует, берет у меня автомат, щелкает курком. Негромкий хлопок капсюля, но пуля остается внутри. Передергивает затвор, патрон вылетает, опять щелчок. Нормально, можно принять за осечку.

Всё, приготовления закончены, иду к вагону. Разделся до пояса, держу за ремень автомат. Ноги трусятся. Даже не нужно делать вид, что испуган, и так видно. За спецназовца меня не принять даже с больным воображением — мускулатуры особой нет, волосы длинные, усы. Кожей чувствую, что за мной наблюдают из окна. Еще обмочится для достоверности — преступник со смеха умрет. Надеюсь, хоть чуть расслабится. Добрался к двери. Что дальше?

— Я занесу автомат — голос сорвался — Не стреляй, я… — хотел сказать «без оружия», а в руках что?

— Заходи и без глупостей! — раздалось из окна.

Поднимаюсь в вагон. Купе посредине, закрыто. Естественно, снайперы сразу снимут, если высунется. Подхожу, стучу.

— Положи у двери автомат и проваливай — голос изнутри. Нет, мы так не договаривались! Что делать?

— Слушай, возьми меня вместо детей в заложники. Я не боец, я врач!

— Иди нах или стреляю! — голос на срыве, нервничает.

— Подожди! Тебя обмануть хотят — говорю громким шепотом — Если деньгами поделишься, я помогу!

Тишина. Соображает. Да, нелегко ему принять решение.

— Положи автомат и отойди в конец вагона! — наконец принимает решение — Когда будешь там, крикнешь.

Делаю, как он сказал. После моего крика дверь купе приоткрывается, высовывается женская рука и затаскивает автомат внутрь. Через некоторое время слышу крик.

— Подойди!

Иду к двери. Почему-то успокоился, уже не так страшно.

— Рассказывай, что там — голос уже чуть спокойней.

— Меня сейчас видят, могут заподозрить, почему долго разговариваю. Я говорил, что попробую уговорить детей отпустить, вместо меня. Давай так сделаем, потом расскажу.

— Заходи, смотри, ты на мушке!

Протискиваюсь в приотворенную дверь. На одной полке заплаканная женщина лет двадцатипяти, рядом с ней два мальчика, один лет семи другой совсем кроха. Напротив них мужик непримечательной внешности, короткая стрижка, обычная одежда. В руках, как я и говорил — автомат.

— Сел туда — указывает кивком рядом с женщиной — И рассказывай.

— Давай детей отпустим — настаиваю я — Они только мешать будут. Когда из вагона в машину будем перебираться, я и она прикрываем с двух сторон, а их некуда деть, проход узкий.

— На руки возьму! — не соглашается. Но задумался, автомат деть некуда — Постой! Если отпустим, они расскажут, что ты мне их план сдаешь!

Черт! Про это я не подумал! Повторяю эту фразу вслух. Мужик злорадно улыбнулся. Настороженно поглядывает в щель между шторками окна.

— Ну, этот точно не расскажет, он и говорить еще не умеет — показываю на меньшего. Бандит оценивающе смотрит на мальца.

— Хрен с ним, пусть валит. А то тут становится слишком тесно — Ура! Идет на уступки.

Обрадованная женщина выпускает ребенка в коридор, объясняя ему куда идти. Сама она без второго точно никуда не уйдет.

— Повернись спиной, руки назад — командует он мне. Выполняю — Давай, заматывай кисти. Потуже!

Слышу треск скотча, кисти рук туго им обматываются. Откуда нахрен у них скотч?

— Вот теперь говори — Довольный, сука. Я еще и не придумал толком, что сочинять. Пробовать гипноз пока не рискую — сильно он напряжен. Но у него и не будет возможности расслабиться, вряд ли нас оставят в безлюдном месте. Руки, фиг с ними, даже не будь у него оружия — я с ним не справлюсь, а для гипноза руки не обязательно.

— Они хотят в машине установить баллончик с усыпляющим газом. Когда машина поедет, он начнет поступать, шипение за звуком мотора не будет слышно — Рассказывая, понимаю, такой вариант можно было на самом деле осуществить.

— А почему ты мне это рассказываешь? — Недоверие так и сквозит.

— Да потому, что я полгода без зарплаты! — почти кричу — А у меня два вот таких! — указываю головой на мальчишку.