Александр Рыжков – Славянская Мудрость (страница 5)
Свадебный плач и две косы.
Все менялось в день свадьбы. Подруги с ритуальным плачем расплетали девичью косу. Это был момент прощания со свободой и беззаботным получением энергии только для себя. Затем волосы делили ровно пополам и заплетали уже две косы. Почему две? Потому что теперь женщина должна была черпать энергию не только для себя, но и для своего будущего ребенка, а также для Рода мужа, в который она переходила.
Эти две косы укладывались короной вокруг головы (символ бесконечности и защиты) и намертво прятались под повойник и платок. С этого момента ни один посторонний мужчина не имел права увидеть ни единого волоска на голове замужней женщины.
Почему слово «распущенная» стало ругательством?
Мы часто говорим: «распущенная женщина», имея в виду ее легкое поведение. А задумывались ли вы, откуда взялось это слово?
От распущенных волос.
В повседневной жизни славянская женщина никогда не ходила с распущенными волосами. Это было строжайшим табу. Свободно спадающие волосы означали стихийную, неконтролируемую, первобытную энергию. Это был хаос.
Считалось, что распущенные волосы излучают и отдают энергию всем вокруг. Замужняя женщина должна была беречь свою силу исключительно для мужа и своих детей. «Светить» волосами на улице означало разбазаривать семейную энергию. Если с женщины в толпе в пылу ссоры срывали платок — это называлось «опростоволоситься». Это был несмываемый позор, публичное обнажение, за которое муж обидчицы мог поплатиться жизнью или огромным штрафом (вирой).
Распускать волосы разрешалось только в трех случаях:
Наедине с мужем. Снимая платок и распуская косы перед супругом, женщина демонстрировала абсолютное доверие и щедро делилась с ним своей накопленной женской силой.
Во время магических обрядов. Поэтому ведьм (ведающих матерей) и русалок всегда изображали простоволосыми — им нужен был прямой контакт со стихиями.
Во время родов. Когда женщина рожала, в доме расплетали все косы, развязывали все узлы на одежде и открывали замки, чтобы энергия текла свободно и ребенок легко покинул утробу.
Борода — Богатство Рода.
Ошибкой будет думать, что правила касались только женщин. Мужские волосы подчинялись не менее строгим законам.
Мужчины стриглись «под горшок» — эта форма создавала своеобразный купол, концентрирующий энергию в голове. Но главным источником мужской силы была борода. Само слово часто расшифровывают как «Богатство Рода».
Мужчина без бороды считался юнцом, неполноценным или женоподобным. Борода была признаком зрелости, мудрости и связи с предками. Дернуть мужчину за бороду или плюнуть в нее означало нанести самое страшное оскорбление, которое смывалось только кровью. Когда Петр I начал насильно рубить боярам бороды, это вызвало не просто эстетическое недовольство, а настоящий экзистенциальный ужас. Для русского человека отрезать бороду означало отрезать его от силы Рода, оскопить его на духовном уровне.
Гребень как магический артефакт.
Особое отношение было к выпавшим волосам и предметам ухода. Выбросить клок волос на улицу? Немыслимо! Предки верили: если птица утащит твой волос в гнездо — будет мучить мигрень. Если волос подберет злой человек — он легко наведет смертную порчу. Поэтому все вычесанные волосы аккуратно собирались и сжигались в печи. Огонь стирал информацию.
Расчесывание волос было не гигиенической процедурой, а медитацией и обережной магией. Гребень всегда делали из правильного дерева: дуб давал силу, береза — мягкость, можжевельник отгонял злых духов. Чужим гребнем пользоваться строжайше запрещалось — чтобы не перенять чужую судьбу и чужие болезни.
Самым сильным семейным ритуалом было расчесывание мужем волос своей жены. Вечером, закрыв двери, муж брал деревянный гребень и плавно, по 40 раз проводил по волосам супруги. Этот ритмичный процесс успокаивал нервную систему женщины после тяжелого дня, а муж, в свою очередь, получал через ее волосы мощную энергетическую подпитку и защиту от неудач.
Как использовать магию волос в 21 веке?
Вам не нужно вплетать в волосы конский хвост или срочно прятать голову под платок. Но использовать древние психологические и телесные практики можно прямо сейчас:
Срезайте прошлое осознанно. Женская привычка стричься после тяжелого расставания — это не каприз, а древний, инстинктивный ритуал очищения. Волосы действительно накапливают память о стрессах и негативных эмоциях. Если вы чувствуете, что застряли в прошлом, идете по кругу или не можете забыть обиду — идите к парикмахеру. Срезая кончики, четко и мысленно проговаривайте: «Я отпускаю боль, я отрезаю прошлое». Вы выйдете из салона с ощущением физической легкости, будто с плеч упал мешок с камнями.
Собранные волосы — ваша броня. Замечали, что когда нужно сделать сложную работу, убраться в доме, написать важный отчет или отстоять свои границы, рука сама тянется за резинкой, чтобы стянуть волосы в тугой пучок? Собранные волосы «закрывают» энергетический контур, помогают сфокусироваться и не расплескивать силу вовне. Если идете на тяжелый разговор, на конфликтное совещание или в место с большим скоплением агрессивных людей (больница, метро, налоговая) — собирайте волосы. Не будьте «распущенными» для тех, кто может выпить ваши силы. А дома — распускайте.
Заведите личный гребень. Выбросьте пластиковые щетки, которые электризуют волосы и рвут их. Купите хорошую деревянную расческу. Отучите домашних пользоваться ею. Это ваш личный инструмент настройки.
Возродите вечерний ритуал. Если у вас есть партнер, попросите его расчесать вам волосы перед сном. Без телевизора, в тишине. Медленно, плавно. Это потрясающе сближающая телесная практика, которая снимает статическое напряжение, убирает тревожность и формирует между вами ту самую «невидимую связь», о которой не пишут в учебниках по психологии семьи.
Славяне с глубоким трепетом относились к физическому телу, понимая, что в нем нет ничего лишнего. Все имеет свой смысл. Но если с волосами все более-менее прозрачно, то некоторые телесные ритуалы наших предков сегодня способны повергнуть в настоящий шок любого педиатра.
Вы когда-нибудь задумывались, что делали славянские женщины с больным, слабым или недоношенным младенцем, когда не было ни больниц, ни инкубаторов, ни антибиотиков? Они его пекли. В буквальном смысле — засовывали в горящую печь.
Глава 7. Перепекание младенцев: Скрытая медицина предков.
Представьте себе современную больницу. В палате интенсивной терапии стоит высокотехнологичный стеклянный кувез (инкубатор). Внутри, в строгом температурном режиме, лежит недоношенный младенец, опутанный проводами и трубками. Врачи борются за его жизнь с помощью новейших достижений науки. Мы смотрим на это с благоговением.
А теперь представьте себе русскую избу века эдак восемнадцатого. Зима, за окном воет вьюга. Женщина родила ребенка раньше срока. Он крошечный, синюшный, едва дышит и не может сосать грудь. Никаких врачей, антибиотиков и инкубаторов нет. Что делает славянская мать?
Она зовет местную повитуху. Та замешивает густое ржаное тесто, облепляет им младенца с ног до головы (оставляя только дырочки для дыхания), кладет его на деревянную хлебную лопату и… отправляет в печь.
Современный человек, услышав об этом, покрутит пальцем у виска. Дикость! Варварство! Именно отсюда, кстати, растут ноги у сказок про злую Бабу-Ягу, которая сажала на лопату Иванушку, чтобы зажарить его в печи. Но если мы снимем белое пальто цивилизованного снобизма и присмотримся к обряду «перепекания», мы обнаружим потрясающую, научно обоснованную систему выживания.
Диагноз: «Недопеченный».
Младенческая смертность в те времена была колоссальной. Дети рождались недоношенными, слабыми, часто страдали рахитом, атрофией мышц (в народе это называли «сухоткой» или «собачьей старостью»).
Логика наших предков была простой, образной и удивительно точной. Если ребенок родился раньше срока или слишком слаб — значит, он «не дозрел» в утробе матери. Он «недопекся». Следовательно, его нужно вернуть в условия, максимально похожие на материнскую утробу, чтобы он завершил цикл формирования.
А что в избе было главным символом женского лона, источником жизни, тепла и трансформации? Русская печь.
Технология древнего инкубатора.
Конечно, младенца не совали в пылающий огонь. Обряд перепекания проводился утром, когда печь уже истопили, угли выгребли, и внутри оставался ровный, мягкий, обволакивающий жар (около 35-37 градусов — точная температура человеческого тела!).
Сам процесс был продуман до мелочей:
Тесто-скафандр. Повитуха (или самая старшая женщина в семье) замешивала тесто. Использовалась только ржаная мука и вода, принесенная на рассвете. Ребенка обмазывали этим тестом, пеленали и снова обмазывали, оставляя свободными только нос и рот.
Погружение. Младенца привязывали к широкой деревянной лопате для хлеба и трижды плавно задвигали в теплую утробу печи.
Заговор-кодирование. В это время происходил ритуальный диалог. Мать выходила в сени или за дверь и стучала: —