Александр Рыжков – Этот русский рок-н-ролл (страница 39)
- Мне нужно на работу, - сухо бросил он.
- Я с тобой.
- Не впутывай себя!
- Уже впутала.
- Зачем?!
- Ещё не знаю. В крайнем случае, буду подавать патроны.
Индейский планшет «сигналил» принятыми messages. Безлюдный офис и лаборатория встретили гостью равнодушно - выходной. Она скучала, сидя на тахте, пока Игнат собирал рюкзак. Провода... провода... мудрёные приборы.
«Не офис, а мальчуковый рай!»
Щёлкнул пустой курок - индейские руки, проверив патронник ПМ, воткнули пистоль в поясную «бабочку».
- А ты точно инженер?
- Не сомневайся, - Игнат одёрнул одежду, прикрыв кобуру курткой. - Всё, идём.
Лада никогда прежде не ездила на байке, потому и трусила.
Разозлившись, долго путала петли в застёжках винтажного шлема и уселась верхом в последний момент, когда подкат ушёл под брюхо «Спрингфилда», оставив того без опоры.
Дыхание перехватило: тяжёлый «крузер» нёсся по улицам Фриско, лавируя в застывших автомобильных пробках. Спина Игната (он говорил с другом через гарнитуру в шлеме) окаменела, тугой ветер норовил сбросить седоков, и Лада, отчаянно вцепившись в кожаные строчки, укрылась за «бомбером», как за стеной.
***
- Марчо, ты все получил?
- Да, проверил.
- Значит так: четыре «Эскалайда», семнадцать бойцов. Главный - тёртый старикан. Тот, с которым договаривался, тоже был, но он «попроще». А те латиносы - реально «злые», стволов не прячут, обвешались «железом». У них даже фугасные гранаты на поясах! - Корень приоткрыл визир. - Кислорода не хватает, хоть и холодно.
- Сейчас как?
- Сейчас еду обратно по «сто первой». Они не отпустили, «ведут» меня, висят на хвосте. А я... Вроде как штурман. Должен доставить их к офису. До Фриско ещё примерно двести миль, но все равно, поспешай, Марчо. Кстати, первым делом бандюки взяли адрес.
- Это плохо. Теперь ты им не нужен.
- Я думал об этом. Перед городом попробую сбежать, уйду вправо, а там чёрт ногу сломит.
- Не надо, можешь не успеть, подстрелят. Скоро буду на месте, выеду на точку, подниму дроны. Они отработают быстро, латиносам будет не до тебя. А пока не дёргайся, веди себя предсказуемо, не рискуй.
Корень всё-таки рискнул... «Эскалайды» обогнала полицейская машина с ревущей сиреной. Это отвлекло «черноруких». Не включая поворотник, Димон вильнул в правый «карман», на перпендикулярную дорогу. Чуйка не подвела Абелино и в этот раз: латиносы не пропустили поворот и погнали мотоциклиста, как зверя. Индеец ворвался на стоянку траков и затормозил ревущим байком в повороте, словно яхтой в оверштаге. Скинув запотевший шлем, он перевёл звонок с гарнитуры на «громкую связь» (руки..., свободные руки!). Теперь Лада слышала всё...
- Корень! Не стой на одном векторе, рыскай, хрен попадут! - индейские пальцы порхали над клавиатурой trailer- сервака. - Я на громкой связи, запускаю систему. Вижу тебя, вижу упырей. Вижу вас на карте. Между вами метров триста. Внимательно! Впереди, через полминуты Т-образный перекрёсток, поворот налево. Ныряй туда, там череда крутых поворотов, буду штурманом. На виражах у тебя преимущество - «Эскалайды» - не «Бугатти», не ускорятся, как ты. Готов?
- Готов, ныряю влево!
Сухой звук далёких выстрелов просыпался горохом. Стреляли короткими очередями и сразу из нескольких стволов. Гарнитура в шлеме Димона, конечно же, исказила услышанное, но характер... Гвоздили штурмовые винтовки.
- Петляй, Корень! Петляй! – истошно заорал Игнат.
Два раза чавкнул металл - зацепило байк. Потом свисты и, наконец...
- Марчо..., - на выдохе просипел Димон.
Индиан споткнулся: рухнули обороты, вывернулся руль. Восемьсот фунтов зеркального железа захрустели по асфальту. И ещё глухой стук (шлемом о бетон). Всё.
Лада уткнулась в индейское плечо, неслышно роняя слёзы. В динамике нарастал шум четырёх моторов - подъехали «Эскалайды».
- Tiro de control!
Бах! Теперь точно всё. Пуля ударила близко, едва не зацепив гарнитуру - добивали в голову. Хрипы оборвались. Корень погиб.
До стартовой точки ехали молча: Игнат скрипел зубами, напрягая желваки, Лада плакала. На пустыре, в трёх километрах от «сто первой», трак остановился. Зажужжали сервоприводы, открылись люки трейлера, сорок боевых дронов провернули стабилизаторы в контрольном обращении - все заряжены, все готовы. На мониторе, поверх электронной карты, мерцали семнадцать красных точек: Кадиллаки латиносов гнали по трассе в сторону Сан-Франциско. Синие точки на попутной и встречной полосах - неопознанные терминалы. Индеец выбирал координаты для грядущей атаки: после «выключения мишеней», «Эскалайды» станут неуправляемы и могут «зацепить» случайных водил с пассажирами. Местечко с минимальными рисками как раз лежало к северу по движению «сто первой». Пятнадцать миль.
«То, что нужно.»
Семнадцать мишеней, сорок дронов. По два на каждую, плюс шесть - в резерве. Подправив опорные координаты, Индеец нажал enter.
Разом загудели сто шестьдесят пропеллеров. Из динамика трейлера плеснуло струнным лейтмотивом оперного цикла «Кольцо нибелунга». Шутка Димона... Это он придумал. Стая боевых дронов стартует под Вагнера.
«Какой сложный размер... Девять восьмых... Точно, валькирии на взлёте.»
Коптеры выстроились «клином», зависнув чуть поодаль трейлера. И на тринадцатом такте в дирижеском crescendo рванули вверх, скрывшись в облаке.
«Гляди, Корень... Это за тебя...»
***
Водители, ехавшие позади кадиллаков, притормозили и даже высунули головы в окна: четыре бегемотообразных автомобиля разбросало по отбойникам и кюветам. Ни с того ни с сего... Ни взрывов, ни столкновений, ничего... Как будто у мальчика, рулившего машинками, внезапно забрали пульт.
Полицейские вскрыли «Эскалайды» - парамедики развели руками: груды безжизненных тел, вперемешку со стволами «... без внешних признаков насильственной смерти...»
***
Дотошный Грег из Цинциннати, кативший на пикапе за кадиллаками, уже дома покадрово пролистал тот самый файл из видеорегистратора. И не обнаружил ничего необычного, кроме странных «смазов» над крышами «бегемотов».
Неудивительно: дроны пикировали на скорости под 300 км/ч. Одновременно. С точностью до миллиметра. Отработали каждый свою цель, «выплюнув» импульс. И так же быстро ушли вверх, скользнув по воздушной подушке лобового стекла. Вся атака уложилась в полсекунды. Роботы...
***
Красные точки потухли, дроны вернулись.
«Опять булыжники в груди...»
И пока Индейца корёжили спазмы перед остывающим серваком, его спутница занялась буфетом, прикусив пунцовую губу. Крутой чифирь с невероятным количеством сахара и бутерброд из вакуумированных сублиматов (всё это хранилось в трейлере на случай..., на всякий случай).
- Съешь и выпей, - Лада поставила перед Игнатом одноразовый стакан и тарелку. - Только попробуй отказаться! Думай о главном, о пустяках позабочусь я.
Он зажмурился, проглотив кипяток, и сразу отпустило... Сипло, на выдохе, процедил: «Хотели войны, суки? Вы её получите».
ПРОДОЛЖЕНИЕ следует...
Этот русский рок-н-ролл. Часть четвертая, американская.
Пионер.
Корня похоронили, как и положено русскому человеку, на православном погосте. Такие в Америке есть: на пригорке с тяжкими православными дубо-каменными крестами, оградами, скамьями и столами - то, к чему привыкли. Наши глаза туманятся, почивая в сером контрасте, уши - дремлют. Безмолвие... Кладбищенские птицы шуршат пером деликатно, словно понимают, где они и зачем. Да и мысли в таких местах текут неспешно, по «парадным» тропинкам, что ли... Димон бы одобрил.