Александр Руджа – Эксперимент (страница 9)

Как-то с опозданием меня осеняет: так я же попаданец! Самый натуральный. А так поздно дошло потому, что не похож. Средний попаданец — он ведь какой? Как минимум мастер спорта по борьбе, стрельбе и историческому фехтованию, причем еще и доктор всех наук с двадцатилетнем опытом службы в спецназе. И это еще самый хилый, неказистый, можно сказать, попаданец.

Понятно, если бы про меня писали те авторы, что варганили фанфики про отважных героев, провалившихся в 1941, 1991 или 972 годы, я бы раскидал тут всех одной левой, сжег все строения, запытал всех пленных, чтобы пожарища до неба, и впереди все разбегалось, а позади все рыдало. «Боевая Гвардия тяжелыми шагами идет, сметая крепости, с огнем в очах…» Ну, или имел бы при себе клинок, сработанный, как минимум, Хаттори Ханзо.

А вместо всего этого великолепия появляюсь я — какой восторг! Филолог, исследователь, переводчик, с обширным опытом работы за клавиатурой, единственный раз в жизни державший боевое оружие на сборах в одиннадцатом классе. Но, правда, умный, внимательный и логичный, тут научная карьера помогла. От этого, собственно, и будем отталкиваться.

Какой из всего вышесказанного следует вывод? А очень простой — не нужно прокачивать то, чего нет, а нужно прокачивать то, что есть. В моем случае — не надо полагаться на силовые решения, когда есть возможность поработать головой. Голова — она такая. Она всему голова.

Итак… вернемся к нашим девчонкам. Ну, первое и самое простое, это, конечно, четыре стороны света. Кстати, подходит неплохо. Мику — восток, со своей японской маманей, Алиса — запад, она же из Ленинграда вроде бы, Славя — вполне вероятно, север. Эвон какая она типичная варяжанка. «На севере диком стоит одиноко…» А Лена тогда что — юг? Хм. Думаем дальше.

А вот еще простое решение — четыре цвета, по волосам. Алиса — почти красный, Лена — почти синий, Мику — зеленый, ну и Славя… Можно с некоторой натяжкой назвать его желтым. Да. Каждый охотник желает знать, что за ерунду я несу.

Темперамент? Почему бы и нет? Славя — сангвиник, Алиса — холерик, Лена — меланхолик… м-да, Мику сюда как-то не вписывается по этому критерию.

Что еще? Стихии? Отлично! Огонь — снова Алиса, вода — пожалуй, Лена с ее вечной грустью, воздух — ну пускай Мику, такая непоседливая и активная, а земля — получается, Славя.

Что-то не сильно я продвинулся. Все схемы имеют, в принципе, право на жизнь, но совершенно неясно, что с этими сопоставлениями делать, и зачем. Плюс научная логика подсказывает, что теория не может быть «почти правильной», и если какие-то элементы упорно в нее не вписываются, то неадекватной следует признать всю теорию целиком. Что ж, оставим теорию. Перейдем к планированию.

Я серьезно собирался спланировать дальнейшие действия. Учет и контроль, ушки на макушке, враг не дремлет, и все такое прочее. Но размеренный шум сосен по соседству, плывущие по небу облака и общая безмятежная атмосфера сыграли свою черную роль. Я уснул.

***

И мне что-то снилось. Будто я сидел на крутом берегу, а мимо тек вязкий серый поток, похожий на бетон, но с редкими радужными разводами как от нефти или бензина. Откуда-то мне было известно, что этот поток — и есть наш мир, и мимо он течет по какой-то важной причине, которой я не знал.

Местное небо было полностью затянуто толстой пеленой облаков, отчего вокруг царили холодные неуютные сумерки. А где-то глубоко внизу под обрывом текла невидимая река, и это тоже казалось очень важным.

До чего дурацкий сон! Почему я не могу ничего вспомнить, и что вообще это за место?

За спиной слышались негромкие голоса, но обернуться я не мог. Смысла разговора уловить тоже не получалось, хотя все слова были понятны.

— Тридцать шесть часов, — четко и холодно говорил первый голос. — Результаты?

— Стопроцентные контакты, — отзывался второй голос, женский. — Первые результаты — положительные. В принципе.

— В принципе или положительные?

— Отторжения не зафиксировано, стабильное развитие.

— Уже хлеб. — Короткая пауза. — Что с сетью?

— В процессе формирования, без аномалий.

— Задействовать можно? Хотя бы в тестовом режиме?

— Рискованно, слишком большая пока фрагментация.

Обладатель первого голоса некоторое время молчал.

— Давайте тогда до завтрашнего утра. Завтра утром мне нужен четкий анализ происходящего с адекватным, верифицируемым прогнозом. Ясно? И так сроки все летят к… Это, черт побери, последнее лето.

— Так точно. Завтрашнее утро.

— Выполняйте.

***

Проснулся я в лучших традициях голливудских ужастиков — сев на земле, выпучив глаза и тяжело дыша. Была бы это сцена из фильма — снял бы с первого дубля!

— Ты живой? — надо мной стояла Славя в своем символическом купальнике. — А чего тут спать решил?

— Знал бы где упасть — соломки бы подстелил, — выдал я немеркнущую народную мудрость. — Сморило.

«И упал он заместо нас — было мальчику двадцать лет!»

— А ты куда и зачем? — поинтересовался я у Слави.

— А я на пляж собиралась, решила к Мику зайти, вдруг и она захочет. Она как раз переодеваться побежала. Если хочешь, давай с нами, заодно и освежишься!

— Так ведь жарко еще для пляжа, день на дворе, — вяло попытался протестовать я. Вставать и идти совершенно не хотелось, в голове царила полнейшая каша, тело было как ватное.

— Какое жарко, шестой час уже!

А ведь и верно. Это я что, два с лишним часа проспал тут? Солнце голову напекло, похоже, все-таки основательно. Ничего удивительного, что всякая ерунда снится.

Я несколько раз глубоко вдохнул.

— А пошли тогда.

На полпути к нам пристроилась уже успевшая переодеться Мику, так что дальше я пошел в сопровождении двух прекрасных девушек в купальниках, и недостатки самочувствия как-то совсем перестали ощущаться.

На пляже было шумно: младшие отряды дисциплинированно бултыхались у самого берега, подымая тучи брызг, ребята постарше норовили уплыть на середину реки, провоцируя вопли вожатых, а совсем неподалеку от нас загорала Алиса с Ульянкой, демонстративно не глядя в нашу сторону. Мику почти сразу убежала к Жене, которая, как оказалось, была одной из вожатых, так что на некоторое время мы со Славей остались одни. И с этим нужно было что-то решать.

— Ну что, — предложил я, дружелюбно скалясь. — Мы же вчера договаривались махнуть на остров. А обещания надо выполнять!

— А я и не против, — улыбнулась в ответ Славя. И первая вбежала в воду. А за ней уже и я булькнул.

Вода была отличная, а присутствие прекрасной дамы добавляло интриги, так что первым делом я, конечно, нырнул и схватил Славю за ногу. Она взвизгнула и отфутболила меня на глубину, но я и там извернулся и, подкравшись под водой сзади, искусно ее защекотал. Славя, к счастью, не боялась намочить свои роскошные косы, и мы некоторое время просто дурачились у буйков.

— А кто говорил, что плавает плохо? — крикнула Славя, запыхавшись. Я, кстати, ничего такого не говорил, это она меня неправильно поняла. — Да ты настоящий Ихтиандр! Помнишь, из Беляева?

— Помню, — сказал я, отфыркиваясь. — Капитан Зурита и доктор Сальвадор. Только я человеком-амфибией быть не хочу, мне жабры не идут.

«Что я ей, Витас что ли?»

— Пускай без жабр, — согласилась Славя. — Но плаваешь ты здорово. Ну что, за буйки?

Она и сама плавала более чем прилично, так что до острова мы добрались практически в рекордные сроки — тренеры любой республиканской сборной по плаванию нами бы не побрезговали.

— Ух, — сказал я, выбравшись наконец на берег и присаживаясь на песок. — Ух.

— Да, хорошо, — подтвердила Славя. — Я тут очень люблю бывать.

Я вообще не совсем это имел в виду. Ну да ладно.

— Тоже не в восторге от шумных компаний?

Славя повернула ко мне свой точеный профиль.

— Не очень, — призналась она. — Я больше люблю когда вот так, когда только природа вокруг, и тишина, и спокойствие. Мне тогда и думается лучше, и настроение улучшается, и ясность в голове наступает.

— Ты, наверное, в прошлой жизни какой-нибудь русалкой была, или нимфой, — усмехнулся я.

Славя серьезно кивнула.

— И мне тоже иногда так кажется.

Мы валялись на песке, болтали ни о чем, и единственное, чего мне хотелось сейчас (гусары, молчать!) — это чтобы этот тихий вечер не заканчивался никогда. Славя была ничем не похожа на Алису, она казалась куда взрослее своего возраста, спокойной, рассудительной, и одновременно такой доброжелательной и открытой, что не влюбиться было очень тяжело. Почти невозможно.

И это, страшно сказать, только второй день. Подумать только, что будет к концу смены. Наверное, буду слюни пускать литрами, или мучиться душевным расстройством. Итак, делайте ставки, дорогие друзья, Алиса или Славя? Славя или Алиса? Кто из них навсегда останется в сердце у нашего сегодняшнего чемпиона? Давайте посмотрим повтор!

— Может, пройдемся по бережку? — поднялся я, чтобы как-то ослабить эти русалочьи чары. — Посмотрим, может тут в рощице и ягоды есть?

— Ягоды точно есть, — подтвердила Славя. — Только не здесь, а чуть дальше. Мы на прошлой неделе сюда уже приплывали за земляникой с Леной и… — она замялась, — с Семеном.

«И это страйк, уважаемые любители боулинга, я веду свой репортаж с таинственного острова, где наш чемпион Санек мастерски выбивает нужный ответ из ничего не подозревающей девушки. Какое мастерство! какое коварство!»

Я внимательно выслушал монолог внутреннего психопата, ничего ему не ответил, и задал новый вопрос: