Александр Руднев – Бабочка в янтаре (страница 50)
— А что рассказывать. В общем, все.
— А как катер угонять будем?
— Как обычно, — пожал плечами тот, — дождемся темноты, нейтрализуем охрану…
Егор покачал головой. Все-то у него просто.
— Вкусно пахнет, — весело сказал Астахов, протискиваясь в пещеру.
Девушка мельком взглянула на него и продолжила вращать на скрученном из веток вертеле тушку какого-то зверька. Надо же, кровь племени охотников дает о себе знать, подумал он. Через минуту залез и Вэй, одобрительно кивнув, глядя на шипящее мясо.
Веста почти не разговаривала, обходясь короткими фразами или жестами. Но Егор почему-то ждал от нее большего. Ее молчание угнетало его, вызывая время от времени приступы самоистязания. Простила ли? Никакого намека. Порой ему казалось, что девушка даже избегала его, игнорируя любые попытки установить контакт.
Неизвестный зверек оказался весьма недурен, особенно, если учесть, что они уже часов двенадцать не ели. Астахов похвалил хозяйку, подумав, что в следующий раз надо отправиться на охоту вместе с ней.
Вэй снова занялся наблюдением, он тоже вышел на свежий воздух, потому как глаза щипало от дыма. Вскоре вылезла и Веста.
— Если ты опять на охоту, возьми меня, — попросился Егор, снова заметив молнию в глазах девушки.
Та пожала плечами, и обрадованный он пошагал вслед за ней.
Они отошли уже на приличное расстояние, углубившись в горы, но разговора не получалось. Пару раз Егор спрашивал о чем-то незначительном, получая односложные ответы. Платье мешало Весте перескакивать с камня на камень, и она периодически подбирала подол, когда нужно было сделать широкий шаг.
— Тебе бы штаны, — озаботился он, поднимаясь на очередную возвышенность и протягивая ей руку.
Девушка ловко запрыгнула на кочку, даже не прикоснувшись к нему, и опустив глаза, пошла вдоль склона. Астахов почесал затылок и сел на землю.
— Послушай! Может, поговорим? — крикнул он удаляющейся спутнице.
Остановившись, Веста оглянулась, и, он готов был поклясться, что по ее лицу скользнула легкая улыбка. Нет. Это точно улыбка, убеждал себя Астахов. А девушка тем временем пошла дальше, всматриваясь в кусты какого-то колючего растения. Потом она присела и рассматривала какую-то веревку. Боже! Да это же силки, догадался Егор.
— Ну, что? Есть что-нибудь?
Она покачала головой.
— Обеда не будет, — донеслось до него на ломанном околоземном.
— Жаль, — пробормотал он и поднялся, отряхнув прилипший к одежде песок и ветки. — Идем назад?
— Идем.
И все-таки это была особенная девушка. Растрепавшиеся немного вьющиеся волосы, слегка вздернутый нос и жгучий взгляд непокорного существа сочетались с мягким голосом и грацией светской красавицы. Егор засмотрелся и едва не свалился в овраг, впервые услышав ее звонкий смех. Почему-то смутившись, он плелся позади всю обратную дорогу, втайне наслаждаясь видом ее гибкой фигурки, маячившей впереди.
По пути они насобирали две охапки дров, которые Астахов галантно тащил на себе. Встретив лукавый взгляд китайца, Егор слегка смутился. Пока Веста скрылась в пещере, он подошел к приятелю, по-прежнему сидевшему у камня с биноклем в руках.
— Что нового?
— Да, в общем, ничего, если не считать корабля.
Егор опешил.
— Какого корабля?
Оказалось, что примерно пятнадцать минут назад на площадке перед каньоном сел грузовик среднего класса. Впрочем, его было видно невооруженным глазом. Взяв у Вэя бинокль, Астахов прильнул к окулярам и стал регулировать резкость.
Корабль выглядел старым и потертым, былой блеск давно превратился в серое матовое покрытие. Вокруг стояло несколько человек, похоже, из охраны Генерала. Еще двое находились у трапа. На фюзеляже Егор рассмотрел название судна. Черной выцветшей краской было выведено «Сталкер».
Глава 15
Не успев проехать и километра, он услышал характерный гул реактивного двигателя. Блуждающий луч несколько раз разрезал пространство перед вездеходом. Вскоре прямо по курсу появился силуэт патрульного катера, ослепившего его голубым светом прожектора, направленного на видоискатели сенсоров.
Площадка голопроектора тут же активировалась, и в центре возникла лысая голова и плечи офицера службы охраны порядка.
— Приказываю немедленно остановиться, заглушить двигатель и выйти из транспортного средства! — рявкнула она.
Приказ повторили еще раз. Потом предупредили, что расстреляют вездеход через тридцать секунд в случае неподчинения. Сит отжал рычаг, и машина остановилась. Полицейское судно тем временем село метрах в сорока, и из открывшегося люка выпрыгнули три фигуры с оружием и побежали к нему в боевом порядке.
Вздохнув, Гудвер откинулся в кресле. Ну, вот и все, подумал он. Теперь арест, допросы, суд, наказание. Но не раньше, чем вычерпают из его мозгов всю информацию. Внезапно виски словно прокололи иглой насквозь. Видать еще и колпаком S-поля накрыли, сволочи.
Превозмогая боль, он резко потянул рычаг, и вездеход, взревев, устремился прямо на катер. Полицейские отскочили в сторону и открыли огонь из ручных резонаторов, оплавляя куски внешней обшивки металлического корпуса. Сит понимал, что судно может в считанные секунды взлететь и расстрелять его с воздуха, однако ему было все равно.
Тем временем катер не шевелился, обреченно ожидая столкновения. То ли пилот замешкал, то ли техника подвела, но через пятнадцать секунд многотонный вездеход со всего размаха врезался в блестящий переливающийся огнями фюзеляж катера, тут же сложившийся пополам и полыхнувший от удара.
Обшивка вездехода выдержала, и Гудвер, еще не до конца веря своей удаче, замер, наблюдая на мониторах задних сенсоров, как догорают останки некогда хищного силуэта грозного летающего механизма.
Сит прекрасно понимал, что теперь за ним вышлют погоню по воздуху, которая не оставит ему шансов, но сейчас ликовал, будто в этом взрыве сгорала вся его никчемная прошлая жизнь.
Еще пару минут он слышал шлепки плазмы по корпусу, но потом все стихло, лишь урчание мотора нарушало тишину. Руки дрожали, и Сит крепко сжал подлокотники, глядя на главный монитор.
За бортом начиналась песчаная буря, и он, пожалуй, впервые был ей рад. Теперь с воздуха его преследовать будут вряд ли. Появилась еще одна проблема. Нельзя было включать навигационное оборудование. По карте он мог сориентироваться лишь приблизительно. Шанс сорваться в какой-нибудь обрыв и остаться там навсегда или врезаться в скалу возрос в геометрической прогрессии. Но надо было двигаться. Следовало оказаться как можно дальше к тому моменту, когда буря стихнет.
Оставалось уповать на счастливый случай, и Гудвер прильнул к экрану, надеясь заметить опасность вовремя. Впереди стояла сплошная стена из песка и пыли, вынуждая вздрагивать каждый раз, когда вездеход въезжал на какой-нибудь пригорок и подпрыгивал.
Казалось, он едет вот так в никуда уже целую вечность, и чем глубже машина вгрызалась в плотные слои пылевой завесы, тем страшнее было от той неизвестности, что ждала его за бортом. Время от времени Гудвер ловил себя на мысли, что если кончится заряд энергоблока вездехода, то смерть посреди пустыни неминуема. А заряд рано или поздно иссякнет. Возвращаться назад было бы самоубийством, а впереди лишь пески и горы. Значит, нужно искать убежище.
В какой-то момент Сит начал отключаться, несколько раз поймав голову на груди. Ехать в таком состоянии было опасно, но остановиться он не решался. Чтобы не уснуть, Гудвер стал петь песни. Так прошло несколько часов. Однако монотонный гул все же сморил его, и проснулся Сит от того, что больно ударился о стенку салона головой.
Вездеход куда-то оседал и вскоре повалился на бок. Тут же погас свет, и на него посыпались разные предметы, прижимая к боковой стенке салона, на которой он оказался. Потом все стихло, только вой ветра и дроби песка по корпусу.
Сит выругался и попытался выбраться из-под кучи инструментов, посуды и другого барахла. Откуда столько взялось! Убедившись, что никаких серьезных повреждений не получил, Гудвер встал на четвереньки, вспоминая, где фонарь.
Он понимал, что нужно идти, хотя песчаная буря делала дальнейшее передвижение, тем более пешком, почти немыслимым. Вездеход лежал на боку в глубокой яме и уже наполовину оказался погребенным под песком. Забросив рюкзак с нехитрым набором припасов за спину, и поправив повязку на лице, Сит начал выбираться наверх, утопая в сыпучих кучах.
Не понимая толком, куда идти, он двинулся на север, где, по его мнению, должны быть горы, в которых можно найти убежище. Стараясь отгонять мысли о смерти, Сит с невиданным упорством переставлял ноги, хотя делать это становилось все труднее. В какой-то момент ему стали чудиться странные звуки, похожие на шум двигателей, однако это оказались причудливые завывания ветра. Потом впереди потемнело, выступили силуэты гор. Ветер начал стихать, и Гудвер воодушевленно прибавил шаг.
Неужели еще поживу, пришла в голову мысль, приведя за собой надежду. Только надежда, как водится, не приходит одна. Как только начинаешь цепляться за нее, появляется сразу страх потерять соломинку, за которую судьба дала ухватиться. Поэтому, Сит старался не думать, а просто идти навстречу шансу, доверив свою жизнь высшим силам.
Вскоре размытые силуэты превратились во вполне осязаемые очертания скал и холмов. Возле одного из валунов высотой около метра Сит свалился на землю и отключился.